Невкусные души: Начало
— Добро пожаловать на нашу территорию. Вы откуда такие самоуверенные? Идёте по нашей земле, налог не заплатили, уважения не выказали. Не местные, что ли?
— Ну, почему не местные? Просто отсиживались в частном секторе на окраине города нашего. А теперь пошли на людей посмотреть да себя показать. Заодно узнать, что происходит в Отчизне. А, может, связи полезные наладить. А вы, сударь, если не секрет, чьих будете? Ведь, право слово, мы действительно ничего не знаем.
Уж не знаю, с чего на меня накатило общаться немного выспренним слогом, но мужику, кажется, зашло. Заулыбался.
— Я Бардаулов Антон Алексеевич. Глава нашей коммуны. И мы ищем единомышленников. Мы держим под своим контролем весь новый центр. Искореняем любой беспорядок на своей территории. У нас даже маникюрный салон работает, — женская половина дружно посмотрела на свои ногти. — Пройдём, побеседуем?
Ну, собственно, выбора-то особенного и нет. И то, что нас вежливо приглашают, приятно, но ничего не значит. Проходим в подъезд, заходим в квартиру. Над входом скромная вывеска «Штаб». Внутри снесли все межкомнатные стены, БТИ на них нет. В получившейся огромной комнате стоят два дивана по одной из стен, и в центре — огромный стол, окружённый большим количеством стульев времён СССР. В углу — кулер с водой. Старый, с тяжелыми кнопками. Зато работает без электричества. Проходим, рассаживаемся по диванам. Гостеприимный хозяин берёт стул, ставит напротив нас спинкой к нам, садится, положив на неё руки. Молчим, разглядывая друг друга.
— Давайте начну я. Сразу скажу, что мы заинтересованы в пополнении наших рядов. Особенно нам нужны молодые ребята, способные и умеющие держать в руках оружие. Вижу, вы из таких. Моё предложение: благоустроенные квартиры в новом центре города, питание. С вас патрулирование и прочая работа на благо коммуны. Мы пытаемся жить нормальной жизнью. Но у подонков и отморозков пропал основной сдерживающий фактор — страх наказания.
— Антон, я не…
— Антон Алексеевич. Будьте любезны!
«Да, ему можно рассказать. Но нас слушают»
Вот теперь сообщению Завода я удивился всерьёз. Я только начал обдумывать, как бы ему тактично отказать и какие аргументы приводить. И что ему можно сообщить, а что скрыть.
— Антон Алексеевич, мы можем где-то поговорить, чтобы нас никто не слышал?
— А что, ты не доверяешь собственным людям?
— Собственным доверяю.
— А откуда ты… В смысле, с чего ты взял?
— Лично.
Ни слова больше не говоря, поднимается и идёт к выходу. Пристраиваюсь к нему в кильватер. Поднимаемся на два этажа, заходим в квартиру. Он тщательно запирает дверь. Стандартная трёшка, богато, кричаще и безвкусно обставленная. Не ожидал. Увидев мой удивлённый взгляд, морщится:
— Это не моя квартира. Но ребята посчитали, что командиру нужно жить тут. Вот и мучаюсь. Меня тоже коробит такая обстановка. Рассказывай, как ты узнал, что нас слушают?
— Я мог бы сказать, что это логика и тебя не могли оставить одного в компании незнакомых вооружённых людей. Вы же даже оружие у нас не забрали. Но врать тебе не буду.
Видно, его корёжит, что я к нему на «ты». Но любопытство и выдержка перевешивают. Реально умный мужик, понимает, что понты tête-à-tête глупы и излишни.
«Завод, это реально?»
«Конечно»
Как же здорово, что ему не нужно ничего объяснять. Похоже, Завод знает мои мысли ещё на стадии их зарождения.
— Перед честным ответом я бы провёл маленькую демонстрацию, если ты не против. Убери руки за спину и покажи пальцами любое число.
Он заводит руки за спину.
«Три, теперь семь»
— Сначала было три, потом ты передумал, и сейчас семь.
«Один»
— Сейчас один. Ещё? Или развлечения пропустим?
«Наверно, это ноль. Кулаки сжаты»
— Надеюсь, это ноль, а не начало атаки?
Он прямо на глазах сдувается. Сейчас передо мной сидит дико уставший мужик, один из множества, с потухшим взглядом.
— Я не знаю, как ты это делаешь, но очень хочу узнать. Если ты не против.
Нет, ребят, я так не договаривался! Что значит «если не против»? Вот только не говорите, что моя маленькая демонстрация сломала этого сильного мужчину!
— Всё просто. И сложно. Я могу общаться с нанитами. Они мне помогают. А ещё ждут какой-то помощи от меня. Но какой, сообщить пока не могут, у них свои правила. Главное! Это секрет. Тайна. Об этом никто не должен узнать.
И тут его прорывает.
— Как же я устал. Ты просто не представляешь. А тут к нам забредает какой-то пророк с компанией. Который ПОЧУВСТВОВАЛ моих людей. И сказал об этом вслух! А потом этот же пророк, опять же вслух, полностью уверен, что комнату слушают! И он опять прав! Ты знаешь, сколько появилось различных сект? Имя им — легион! Про пришествие прочитали все, только в основном все увидели только слово «пришествие». И все эти секты ждут какого-то мессию. А тут ты! Всё знаешь, всё видишь! Да меня чуть Кондратий не хватил. Когда ты продемонстрировал, что знаешь вообще всё! Честно? Я просто не знаю, что думать. Это за гранью моей компетенции. Сплотить народ смог, сделать карликовое государство смог, дать людям спокойствие и надежду тоже смог. Но вот мессия меня чуть не доконал. Прости за эту временную слабость, нужно было выговориться.
Опять же на глазах он превращается обратно в лидера, сильного, уверенного в себе.
— Мне нужно переспать с новыми данными. Но сначала подробности.
Никаких «если не против». Уже чуть ли не приказ.
— У меня встречное предложение. Я же не соврал, когда говорил, что мы глухо сидели на краю города, в частном секторе. И тоже не знаю, что происходит. Давай вопрос ты, вопрос я?
— Вполне! Меня устраивает. Мой вопрос. Что нужно, чтобы получить возможность общаться с нанитами?
— К сожалению, ничего. Мою ДНК Завод изменял восемь тысяч лет. Точнее не мою, а моих предков. Чтобы я смог пережить изменение организма, позволившее мне общаться с ними.
— Завод? А это что такое?
— Так себя называют наниты. С тебя два ответа.
— Справедливо. Но вопросов стало только больше. Спрашивай.
Вот тут я растерялся. Что спросить? Что происходит в мире? Так ответит, что конец света. И будет прав. Начну с малого. Спешить некуда.
— Что слышно про прошлую власть? Осталось от неё что-нибудь?
— Что происходит в Москве, мне неизвестно. Связи никакой. Знаю немного про местных царьков. Поначалу они ещё пыжились. Нагнали вояк, объявили комендантский час. Сами переселились в свои особняки, нагнали народ, огородили с десяток домов стеной с колючкой. Платили хорошо, по рассказам. Но через неделю вояки просто разошлись по домам. В итоге у нашего «правительства» свой анклав. Там они власть. Мы создали свой. Вообще всё развалилось на крохотные феодальные государства, в основном. А как так вышло, что наниты изменяли твоих родных восемь тысяч лет?