Следак 3

— Пять тысяч, — озвучил он условия сделки, довольно ухмыляясь от осознания своей выигрышной позиции.
— Срок?
— До четверга. В пятницу, если я не получу желаемого, дам делу ход.
— Я тебя услышал. Можешь идти, — отпустил я его.
— А вот грубить мне не надо! — задетый за живое, предостерег он меня, вылезая из машины.
Не реагируя на угрозы, я тоже вышел, но только для того, чтобы пересесть вперед.
— Рассказывай, — потребовал я у Ольги, провожая взглядом инспектора, который как раз усаживался в припаркованный с другой стороны дороги автомобиль.
— Ситников сказал, что если я позову тебя, то он ограничится деньгами, — первым делом вывалила на меня девушка и всхлипнула, грозя разреветься.
— Вот только без этого! — пресек я мокрое дело. — Сейчас не время. Давай, рассказывай, что произошло и будем думать.
— Что тут можно придумать? Платить только. Или ты хочешь его на взятке поймать? — Ольга посмотрела на меня с подозрением, даже глаза от догадки высохли. — Тогда и я под удар попаду!
— Оля, — я вздохнул, — сперва расскажи, потом причитать будешь.
— Это ведь все из-за тебя! — не унималась девушка. — Что вы с этим из ОБХСС не поделили?!
— Споткнулись на одном спекулянте. Но мы уже все уладили. Вернее, я так думал.
— Ах, ты думал?! Ты меня подставил! Этот Ситников мстит тебе через меня! — закричала она.
— Оля, успокойся! Я все решу! Просто расскажи мне, как тебя на передаче денег поймали!
Ольга еще какое-то время пометала в меня взгляды-молнии, но все же благоразумие победило.
— Ко мне сегодня клиент пришел, — начала она рассказ. — Сказал, что работает продавцом в овощном киоске и, что при контрольной закупке сотрудники ОБХСС выявили обвес. Попросил взяться за его дело. Обещал хорошо заплатить. Ну, я и согласилась. Договор оформили, он внес деньги в кассу, а потом уже в моей машине, доплатил. Альберт, все так делают! Расценки на услуги адвоката просто смехотворные, на них совершенно невозможно прожить!
— Давай, без эмоций. То есть Ситников появился в момент передачи денег?
— Да, подошел с двумя понятыми. И этот чертов Дойников оказался с ними заодно, — заскрежетала она зубами.
— Теперь расскажи все, что ты знаешь о Дойникове. Как выглядит, его имя, адрес. Он ведь должен был это указать их в договоре? И имена понятых, если запомнила.
— Альберт, я не хочу лишиться статуса адвоката, — Ольга смотрела на меня умоляюще. — Я люблю свою работу, и не хочу ее терять.
— Ты ее не потеряешь, — уверил я ее.
Осталось выполнить обещание.
— До отдела меня довезешь? — попросил я Зудилину, после того как выудил у нее нужную информацию.
— Поздно ведь уже, — она посмотрела на часы.
— Мне кое-что нужно доделать. Ты же меня с работы сорвала, — объяснил я ей, не вдаваясь в подробности. Незачем ей знать то, что я задумал.
— Сорвала я его, — ворчливо передразнила меня девушка. — Ты сам виноват. Если бы ты не рассорился с этим с Ситниковым, ничего бы не случилось, — напомнив мне о моей вине, Ольга тронулась с места. — Ты мне не хочешь рассказать, что между вами произошло? Это ведь и меня касается. Ты вымогал у него деньги?
Ее предположение меня позабавило. Сразу видно, какого обо мне мнения девушка.
— Не угадала. Все было наоборот.
— Ты не заплатил? — еще одна догадка.
— Деньги он получил, но похоже аппетиты выросли.
— Чертов шантажист! — выругалась Ольга и тут же проявила любопытство. — А на чем он тебя поймал?
— Пуховик у спекулянта покупал.
— Но это же бред! — удивленно воскликнула она. — За это нет статьи. А поняла! Он обещал в комсомольскую организацию сообщить. Вот козел! Альберт, но ведь он и дальше будет тебя шантажировать, — пришла она к выводу. — И меня заодно. С этим надо что-то делать!
— Оля, я решу этот вопрос. Не поцелуешь на прощанье? — сделал я попытку, когда мы становились у отдела.
— Настроения нет, — она отвернулась.
Оказавшись в кабинете, я достал из сейфа крайнюю стопку уголовных дел и нашел среди них дело о грабеже. Домашний адрес Дойникова как раз граничил с местом преступления, где месяц назад неустановленное лицо выдернуло у пенсионерки сумку с пенсией, которую она только что получила в сберкассе. Потерпевшая разглядела лишь то, что преступником был мужчина. А большего нам и не нужно.
Курбанов требует три дела до понедельника раскрыть, значит предоставим ему их. Одно уже есть, вот и второе подоспело.
Не захотел Дойников получить судимость за обвес — сядет за грабеж. Если, конечно, резко не поумнеет.
С этой мыслью я напечатал постановление о приводе и отнес его в уголовный розыск. Завтра с утра привезу потерпевшую на опознание и один козырь у Ситникова будет отбит.
Ольга права, брать инспектора на получении взятки, не создав для этого благоприятных условий, значит самим подставиться. Отдавать же ему деньги я не собираюсь, да и нет у меня десяти тысяч. В загашнике только полученные криминальным путем драгоценности, которые лучше в СССР не светить. К тому же даже если я заплачу Ситникову, то это не гарантирует, что он не захочет получить с меня еще больше. Аппетит же растет во время еды. Поэтому надо отбить ему раз и навсегда желание со мной связываться.
— Ты ведь сегодня вроде не дежуришь. Я смотрела ваше расписание. Или что-то поменялось? — от обдумывания контрудара меня отвлекла комсорг. Она зашла в мой кабинет и заперла за собой дверь.
— Просто задержался. Работы много, — отозвался я, наблюдая за тем, как девушка плавно ко мне приближается. Обтянутые узкой юбкой бедра, очерченная полупрозрачной блузкой грудь, лукавая улыбка с пробежавшим по губам кончиком языка, высвобожденные напоказ из прически и рассыпавшиеся по плечам светлые волосы.
— Отдыхать тоже надо, — с придыханием сообщила она, зайдя за спинку моего стула. Положила руки мне на плечи и начав их массировать.
— Отлично, продолжай, — прикрыл я глаза от удовольствия.
— Я соскучилась, — не переставая, шепнула она мне на ухо и тут же прихватила губами мочку.
— Света, это потрясающе. Выходи за меня замуж, — отозвался я.
— Ты опоздал, — тихонько засмеялась она. — Я уже третий год замужем.
— А где кольцо? — удивила, так удивила.
— Не люблю я эти кольца, — ответив, она вновь занялась моим ухом.
Хотел спросить, кто ее муж, но вопросы пришлось отложить. Стало не до них. А после и не вспомнил. Из отдела я выходил выжитым до предела. Светлана уехала домой на патрульной машине, а мне, чтобы никто не заподозрил нашу связь, пришлось идти домой пешком.