О-ерой, академия для избранных

– Чего завис? Иди, догоняй своего друга!
Мне стало намного легче, едва Рэм покинул комнату, напряженность, царившая в лаборатории, схлынула.
– И все же, доктор Хару. Что мне теперь делать? — спросила у писавшей в блокноте женщины.
– Ну, при парнях я говорить не стала, но думаю, тебя зачислят в академию, и ты станешь пилотом о-ероя.
– Что?! – нет, пожалуй, с меня на сегодня хватит. – Это полный бред! Да кто меня осужденную возьмет в АкВоС? К тому же, может я не хочу быть этим вашим пилотом?
Женщина сняла очки, лучше бы она этого не делала, и посмотрела на меня красными раскосыми глазами. По спине побежал холодок… Это линзы или она на себе эксперименты ставила? Я сглотнула подступивший к горлу ком.
– А тебя, девочка, и не спрашивали. Большие дяди все решат и за тебя и за меня. Советую запомнить раз и навсегда, Лакшми, здесь у тебя нет собственного мнения, нет желаний и свободы выбора. Ты их лишилась на суде…
Внезапно она улыбнулась как ни в чем не бывало и весело продолжила:
– Пока ты восстанавливалась, я сделала анализы. У тебя превосходная совместимость с системой О-ероя. Я бы сказала одна из лучших!
Черт, да что она несет! Я человек и никто не имеет права так со мной обращаться. Да я подам в суд по правам человека на них за такое обращение и самоуправство!
Доктор видимо поняла ход моих мыслей, который явно отразился на моем лице.
– Нет, не советую. Тогда тебя точно запихнут в лабораторию, сделают подопытной крыской. И кто знает, что там будут с тобой делать, – женщина запустила руки в волосы. – А потом, наигравшись, если не убьют нечаянно, продадут какой-нибудь семье оборотней, чтобы ты нарожала им кучу щеночков.
– Или я откажусь от замены наказания, вернусь в исправительную трудовую колонию и через пять лет буду на свободе?! – я попробовала зайти с этой стороны.
– Ха-ха, – засмеялась Изуми. – А ты мне нравишься. Не сдаешься. С тобой будет приятно работать.
Доктор подошла к кофеварке, стоявшей в углу, и налила две чашки кофе.
– Лакшми, со мной тебе все равно бесполезно спорить, отчет я уже отправила начальству. Скоро нам сообщат о решении. А пока выпей кофе, я тебя осмотрю.
Женщина подала мне чашку, и я с удовольствием пила этот бодрящий напиток за неимением чего покрепче. Доктор в это время осматривала мою спину и рассказывала важные вещи, которые мне теперь было необходимо знать.
– Ты очень необычна – самка оборотня. Многие парни будут из кожи вон лезть, дабы заполучить тебя в свой клан, другие, наоборот, пытаться убить, считая браком. У оборотней вообще все просто, главный закон - кто сильнее тот и прав. Патриархат жесткий, я бы даже сказала - жестокий. С девушками, пока они не женились на них, стараются обращаться мягко, а потом запирают, как свою собственность. Единственное призвание женщины – это рожать сыновей. Однако у оборотня и человека низкая генетическая совместимость, максимум двое здоровых детей, а то и вовсе один. То есть ты понимаешь, насколько ценна особь женского пола с активным носителем гена оборотня.
 
    
Глава 17
– Лакшми, ты заметила, как отреагировали парни, когда у тебя начался оборот? Они учуяли в тебе самку. Кстати, у меня даже есть гипотеза, почему к тебе явились все двенадцать хранителей кланов.
– И почему же? – я сделала большой глоток кофе, и пожалела, что там не водка. Моим мозгам нужно было срочно перезагрузиться.
– Чтобы ты могла выбрать зверя. К слову может оказаться так, что ты сможешь оборачиваться в любого из них. Или ни в одного из них, до момента выбора своей пары.
– Пары? – я закашлялась. Да сколько можно, голова уже пухнет от свалившихся на меня подробностей и секретов, которые я уж точно знать бы не желала. Теперь я поняла поговорку: «Много будешь знать, скоро состаришься». Ну, а в моем случае и жизни лишишься.
– Да. А я разве не сказала? Оборотни выбирают себе спутницу жизни один раз и навсегда, свою будущую жену, и мать своих детей. Правда, до этого они ведут крайне не разборчивую половую жизнь. Даже если кто-то и забеременеет, им это только на руку.
– Все, хватит, я больше не хочу ничего знать об этих тварях!
– Милая, но ты теперь одна из них, хочешь ты того или нет, – доктор Хару безразлично пожала плечами и закончила мой осмотр.
– Плевать. Просто с меня на сегодня хватит.
– Как знаешь, – Изуми отвернулась и снова начала писать в блокноте. – Завтра будешь полностью здорова. Даже шрама не останется, – между делом сообщила она мне и занялась какими-то опытами.
– Дайте мне одежду и отведите к тому, с кем я могу поговорить о своей дальнейшей судьбе.
Доктор Хару Изуми медленно обернулась и с угрожающей улыбкой пропела:
– Эй, малышка! Поаккуратней, я ученый, заведующая лабораторией и ведущий специалист в области генетики, а не девушка на побегушках. Сиди тихо и жди пока за тобой не пришли, а иначе я вызову охрану.
Я молча стиснула зубы и отвернулась. Как же меня достало быть безмолвной куклой и делать только то, что тебе говорят! Раньше никто и никогда со мной так не разговаривал, но едва мы потеряли свое состояние, как все и каждый считают нужным указать на мое место, заткнуть рот! Черт! А уж эта докторша с красными глазами, считающая себя незаменимой, может меня пустить на коврики, стоит мне лишь косо посмотреть в ее сторону, и никто ей слова не скажет. Ну, разве что этот их симпатяга – Рем, спасший меня, и погрустит пару минут, а вот его друг, боюсь, устроит вечеринку по случаю такого радостного события. А значит, придется мне еще долго терпеть эту живодерку, плотоядно косящуюся в мою сторону.
Только я уже всерьез стала опасаться постоянных косых взоров доктора Хару, как дверь лаборатории открылась и вместе с двумя охранниками вошла длинноногая блондинка в юбке на «четыре пальца» и высоченных каблуках. Я скользнула взглядом по ее ладной фигурке от изящных лодыжек до лица. При виде меня, девушка скривилась так, будто съела килограмм незрелых лимонов.
– Лакшми Савицкая? – ткнула она в меня свой хищный наманикюренный пальчик. Я аж обзавидовалась, мне со своими коготками еще в больнице пришлось расстаться, а уж какой красивый сочный красный цвет на них был…
– Да, с кем имею честь разговаривать? – спросила, надеясь что сей экземпляр не является деканом, ректором или директором имеющим право решать мою судьбу, ибо с женщинами всегда сложнее договариваться.
– Много чести будет, – протянула девушка и поджала губы, словно читая мои мысли. – Я секретарь – Эльвира Аристарховна Буйницкая. Пришла вам сообщить, что вас зачислили в Академию военно-космических сил Земли на первый курс факультета подготовки пилотов.
Я не успела ничего сказать, как один из охранников, стоявший за спиной прекрасной секретарши, быстро всучил мне комплект сменной одежды.