Потерянная

– Сэр, пожалуйста. Они голодают, – умоляла я.
Он хмыкнул.
– Хорошо. Это их карма за то, что прокляли мою семью на следующие тысячу лет!
– Именно! – закричала я, копируя его тон и уже не волнуясь, что все пошло не по плану. – Это случилось тысячу лет назад! Покончите с этим!
Он громко усмехнулся, а затем покачал головой.
– Послушай, Деми. Я все еще главный, до следующего года или около того, и моим последним распоряжением будет позаботиться, чтобы никакая помощь не поступила Паладинам.
Я бросила его телефон на стол и уперлась руками в бока.
– Вы позволите тысячам умереть, потому что все еще злитесь, что моя мама полюбила Паладина еще до того, как встретила вас?
Его глаза пронзила ярость, желтый и оранжевый цвет просачивались сквозь голубой, пока я не увидела его волка.
– Твоя мама – моя Мередит, – сказал он, и я нахмурилась.
– Что?
Он сделал глубокий вдох, выдохнул, и цвет его глаз стал возвращаться к голубому.
– Она публично унизила меня, как это сделала Мередит с тобой, и я никогда не забуду этого чувства. Я любил ее. Я хотел провести остаток жизни с ней, а если она этого не хотела, ей нужно было отказаться от участия в отборе.
Упс. Я знала, о чем он говорил, но он ошибался.
– Мередит меня не унизила. Ваш сын это сделал. И вы правы, моей маме не следовало участвовать, но она была бедной, а вы размахивали бесплатным образованием перед ее носом, словно морковкой. Чего вы ожидали?
Он посмотрел на меня так, будто я была диким зверем, который ворвался и напал на него.
– Люди со мной так не разговаривают. – Его голос прозвучал взволновано.
Видимо, это правда. Все боялись альфу, даже такого робкого, как он.
– Я вас не боюсь, сэр. Я хочу, чтобы у нас с вами были хорошие отношения. Хочу, чтобы мы стали счастливой семьей. Хочу подарить вам внуков и смотреть, как вы с ними играете, и приглашать вас на ужин без недосказанностей между нами. Хочу быть настоящей рядом с вами. Но вы ошибаетесь. Паладины – не ваши враги.
Он открыл рот, чтобы что-то произнести, но я остановила его, подняв руку.
– Они – нет. Одна старая ведьма, тысячу лет назад, – да. Они слабы, они умирают от голода, и они расплачиваются за ошибку тысячелетней давности. У нас есть запасы еды. Я не могу спать по ночам, зная, что в нескольких километрах отсюда тысячи волков медленно гибнут, когда мы можем помочь.
Он вздохнул.
– Я рад, что Сойер выбрал тебя. Ему будет нужна сильная женщина, чтобы держать его в узде, если он хочет стать альфой в эти трудные времена.
Я была готова принять это за комплимент. Он поднял руки и потер виски.
– Тебе пришлось помахать у меня перед носом моими будущими внуками, так? – усмехнулся он.
На моем лице растянулась улыбка.
– Просто держите это в уме, сэр.
– Должно быть, та целительница-Паладин действительно произвела на тебя впечатление.
Астра. О да. Вот почему он думал, что я одержима помощью Паладинам.
Я кивнула.
– Ей около шестнадцати, и она – сплошь кожа да кости. Она рискнула своей жизнью, чтобы спасти Уолша.
Он потер лицо.
– Если я соглашусь, это не останется незамеченным нашим народом. Я не смогу прикрыть такую большую операцию. Фургоны с едой, необходимое военное сопровождение, это невозможно скрыть. Люди решат, что Паладины больше нам не враги.
– Что ж, сэр, насколько мне известно, многие против нас. Может, у нас уже достаточно врагов? Может, пришло время поискать союзников.
Он застонал.
– Ладно, Деми. В виде исключения.
Я перелетела через стол и обняла его, завизжав от счастья. Его тело застыло на секунду, будто он не знал, каково это – обнимать кого-то, а потом его руки обхватили меня.
– Хорошо, хорошо. Иди делай свои девчачьи дела, пока я над этим работаю. – Он отпустил меня, и я отстранилась с улыбкой.
– Спасибо, сэр.
Я развернулась и собиралась выскочить из комнаты. Будем надеяться, это поможет Паладинам продержаться еще неделю или две, пока они не найдут другой выход.
– Деми? – Курт окликнул меня.
Я оглянулась на него, он улыбался.
– Я рад, что мой сын женится на тебе. С самого первого дня, когда Сойер сказал, что влюбился с первого взгляда в белокурую богиню в Дельфи, я знал, кто ты. Твоя мать была единственной волчицей, которую я изгнал за весь срок своего правления.
Любовь с первого взгляда? Он сказал так своему отцу?
Ничего себе.
Курт продолжил.
– Я боялся, что ты причинишь ему боль, что не полюбишь его в ответ, и ему придется заключить фиктивный брак из-за проклятия.
Ой.
Так вот как он это видел? Он всегда очень хорошо относился к миссис Хадсон, но любил ли ее? Может, не так, как любил мою маму.
– Безответная любовь никому не идет на пользу, – пробормотал он.
Черт, в этот момент он выглядел как потерянный мальчик, и я осознала, насколько сильно это проклятье затронуло его семью. Оно принуждало к бракам, которые ни за что бы не были заключены, если бы не это.
Он встряхнулся.
– В любом случае, я вижу вас двоих вместе, и знаю, что у вас будет долгая и счастливая жизнь. – Он улыбнулся.
Это было одной из самых приятных вещей, что он мог сказать.
– Будет, – уверила я. – До тех пор, пока он понимает, что счастливая жена означает и счастливую жизнь.
Я указала на свою футболку, как у Сойера: ее раздобыла для меня Сейдж.
Он усмехнулся, качая головой.
– Давай, иди отсюда.
Я улыбнулась.
– Спасибо еще раз.
Когда вышла за дверь, я подумала, что все прошло гораздо лучше, чем я могла надеяться. Я испытывала любовь и уважение к будущему свекру, и поняла, что люди – это несовершенные существа, пытающиеся справиться с сердечной болью и травмами. Но я хотела настоящих отношений, а настоящие люди спорили и высказывали свои претензии. Я хотела обращаться к свекру с вопросами, которые меня беспокоили, а не замалчивать их. Он выслушал меня, и мы пришли к соглашению. Черт возьми, это было приятное чувство. Я покинула отель в приподнятом настроении.
– Он слишком мягко к тебе относится, – прокомментировал Юджин, когда я запрыгнула в машину.
– Ха. Мягко? Сначала он устроил мне головомойку, – сказала я.
Юджин хмыкнул.
– Знаешь, он всегда хотел дочку. После смерти близнеца Сойера они пытались снова и снова, но безуспешно.