Потерянная

И снова волчица кивнула. Наши чувства стали едины, и я была шокирована, что ничего не испытываю. Ни капли страха. Наоборот, волчица жаждала крови. Она взглянула на клетки, в которых сидели животные, и я поняла. Она хотела отомстить за то, что животных держали в клетках, за эксперименты над ними и за их продажу.
Толпа становилась все громче по мере приближения Уолша и моей волчицы, и он остановился, чтобы взглянуть на нее еще раз.
– Я не знаю, какими силами обладает твоя волчица, но не желаю их видеть. Если ты покажешь, что ты необычный вервольф, то окажешься в клетке. Поняла?
Я ощутила, как в волчице поднимается бунт, но она кивнула.
Она уважала Уолша и прислушивалась к нему.
Трип ухмыльнулся, открывая бойцовскую клетку, и мой взгляд упал на двух гигантов внутри нее. Мне потребовалось время, чтобы реально оценить их. Они были огромны, размером со взрослого медведя, и определенно являлись Итаки. Наполовину тролли и наполовину темные фейри?
Мой желудок сжался, когда ко мне в голову закралась дикая мысль: что случится, если моя волчица погибнет? Я тоже умру? Мы были связаны, но также и отделены друг от друга, и я понятия не имела, что случится, и не хотела выяснять это сейчас. Мы с ней вошли в клетку и встали напротив тролля-фейри.
– Делайте окончательные ставки! – прокричал Трип толпе, а Уолш обнажил клыки и зарычал на Итаки с фиолетовым ирокезом.
– Тебе нужно морально запугать их. Покажи им, что ты не слабая, – дал наставление Уолш моей волчице.
Она вдруг запрокинула голову и издала самый жуткий вой, который я когда-либо слышала. Он был глубоким, долгим и пронзительным. Неожиданно Паладин в клетке позади нас завыла в ответ, а потом присоединился и Уолш. Вскоре все животные в амбаре сходили с ума. Лошади, обезьяны и даже дракон – все издавали тревожные звуки и трясли клетки.
Трип помрачнел, увидев, что вой моей волчицы вызвал среди животных переполох.
Моя волчица повлияла на этих животных, я чувствовала это. У нее была связь с ними.
Что бы она ни сделала, чтобы морально задавить соперников, это сработало. Когда прозвучал сигнал к бою, они остались стоять на месте, потрясенные, смотря на мою волчицу до тех самых пор, пока Уолш не прыгнул на них.
– Обходи их сзади и начинай вгрызаться им в лодыжки, – сказал он волчице.
Итаки прекратили пялиться, как идиоты, и повернули головы в сторону вервольфа, летящего прямо на них. Слева стоял рыжеволосый высокий тролль, справа – тролль с фиолетовым ирокезом, похожий на фейри. Уолш набросился на рыжего, и я вспомнила его инструкции.
Мы нападаем как команда.
Я бросилась между ног тролля и вцепилась Рыжему в лодыжку, как и велел Уолш. Ощутив его ногу в своей пасти, я стала сжимать челюсти, пока мои зубы не впились глубоко в теплую плоть, а затем дернула назад, вырывая сухожилия и мышцы.
Воздух пронзил рев боли, и я отступила в сторону в тот момент, когда Итаки упал вперед в агонии. Он рухнул на мат, сотрясая стены амбара. Беспомощно лежа, он схватился за лодыжку, из которой сочилась темная, зеленовато-черная кровь.
Ух ты. Это было круто…
Толпа обезумела.
Когда раненый тролль сжал руку в кулак и нацелился на меня, пока по грязному полу растекались тонкие ручейки зеленоватой крови, я развернулась, чтобы отбежать, но оказалась недостаточно быстрой. Его костяшки вошли в мои ребра, и у меня перехватило дыхание. Я перебежала через клетку, хрипя и стараясь вдохнуть побольше воздуха.
Ублюдок.
Уолш кружил вокруг Рыжего, вгрызаясь в его плоть, выматывая его, когда волчица оскалила зубы и бросилась вперед, чтобы его прикончить.
– Берегись! – прокричал Уолш, но было слишком поздно. Я совсем забыла о Мистере Ирокезе, его пальцы вцепились в мою шерсть, дернув вверх, и мою шкуру обожгла сильная боль, когда кожа натянулась.
Из моей пасти вырвался вой, и толпа оживилась.
Мои челюсти заклацали, но не смогли достать до руки этого мудака. Для него я была как поскуливающая чихуахуа. Он приблизил меня к своему лицу и вдохнул. Мне все еще не удалось укусить его, так что это только помогло меня разозлить.
– Ты пахнешь магией, – проворковал он, и я сглотнула. – Каким же вкусным угощением ты будешь.
У меня скрутило желудок, когда он открыл рот, обнажая сверкающие заостренные зубы, и стал засовывать меня внутрь, словно ел огромное буррито.
Я моргнула. И вот уже наблюдала за битвой человеческими глазами. Ужас пронзил меня, когда я увидела, что Уолш поглощен битвой с рыжеволосым троллем, а мою волчицу вот-вот съедят. Напряжение нарастало между лопаток и внутри грудной клетки, пока я не почувствовала, что могу лопнуть.
– Нет! – закричала я и выкинула руки вперед. Из моих ладоней вырвалась невидимая сила. Я пожелала, чтобы она врезалась в тролля, чтобы заставить его бросить волчицу.
И у меня получилось.
Глаза тролля стали круглыми, когда его отбросило на прутья клетки. Один за другим, его пальцы медленно отпустили шкуру волчицы, будто он сопротивлялся этому. Он боролся с неведомой силой, хрипя и постанывая, пока, наконец, моя волчица не высвободилась и не упала на землю. Воздух от моей силы стал плотным, и не одна я это заметила. Сейдж смотрела на меня округлившимися глазами, а толпа начинала перешептываться и озираться в поисках источника магической силы.
Когда Уолш, который боролся с Рыжим, ускользнул от тролля, толпу, казалось, перестал интересовать магический инцидент.
Я вернулась в свою волчью половину, наблюдая глазами волчицы за весьма взбешенным Мистером Ирокезом. Перекатившись, чтобы уйти от его удара, я решила помочь Уолшу и избегать Ирокеза так долго, как только смогу. Развернувшись, я быстро пересекла клетку и проскользнула под Рыжим. Его рука опустилась, чтобы схватить Уолша, и я вцепилась ему в запястье, прижимая его вниз движением, о котором говорил Уолш. Уолш отреагировал немедленно. Оттолкнувшись от земли, он прыгнул и вцепился Рыжему в горло. Одним рывком Уолш вырвал ему глотку, и толпа обезумела.
Рука тролля, которую я держала в челюстях, обмякла, как только брызнула кровь: липкая зелено-черная жидкость растеклась вокруг него, превращаясь в быстро растущую лужу.
Улюлюканье толпы достигло апогея, когда я развернулась, чтобы встретиться с Мистером Ирокезом. Он стоял позади меня, ухмыляясь и держа тридцатисантиметровый охотничий нож в руке. Мое сердце камнем упало в желудок.
Оружие было запрещено. Видимо, кто-то передал ему нож, и никто не сказал ни слова.
Прекрасно.
– У него нож, я превращаюсь в человека, – сказал Уолш. – Я повалю его на землю, а ты его прикончишь.
Волчица кивнула, и Уолш начал превращение.
Внезапно рядом оказалась Сейдж, бросившая ему спортивные штаны, которые он быстро натянул. Тролль терпеливо ждал, ухмыляясь. Казалось, он хочет насладиться этой частью схватки и от этого меня затошнило.