Потерянная

– Наш информатор сказал, что здесь можно приобрести животных. Торговлей занимается кто-то по имени Трип.
Трип? Звучало подозрительно. Словно наркодилер фейри.
Сейдж выглядела настроенной скептически.
– Темный фейри продаст нам трех лошадей?
Уолш сунул карту обратно в карман куртки.
– Трип занимается нелегальной торговлей животными, и за хорошую цену он сделает все, что мы захотим.
От слов «нелегальная торговля животными» у меня побежали мурашки по коже. Я любила животных – больше, чем людей, и если у этого ублюдка где-то была ручная обезьянка в клетке, я стану той, кто ее освободит.
– Думаешь это там они приобрели медведя? – Сейдж взглянула на три длинные царапины на своей руке, которые заживали достаточно быстро, и Уолш кивнул.
Моя волчица шла рядом с нами, и Уолш посмотрел на нее.
– У темных фейри, судя по всему, есть фамильяр или животное, с которым они себя связывают при помощи магии, чтобы стать более сильными или даже наравне с нашим видом. Они могут находиться рядом со своими животными, как ты, Деми, но разум у них один на двоих.
Ого. Это привело меня к безумной мысли, что, возможно, магия Паладинов была не ведьминской по своей природе, а брала истоки у темных фейри. Меня передернуло от этой мысли, и я запихнула ее подальше и ничего не сказала.
– Какой информатор? – спросила я Уолша. – До этого ты говорил, что информатор помог тебе с картой.
Уолш вздохнул.
– Мало кто проходит через эти земли и остается в живых, чтобы об этом рассказать. Юджин смог, в начале своего пути, будучи альфа-стражем. Он действительно помог, поделившись своими знаниями, что было нам необходимо, чтобы вернуться домой.
Сейдж остановилась, будто ее посетила внезапная догадка.
– Сойера похитили, когда он был совсем маленьким. Я помню, что именно Юджин стал тем, кто вернул его. Его забрали темные фейри! Это были не Паладины?
Уолш посмотрел на меня и Сейдж, словно прикидывая, насколько много он может рассказать.
– Это засекречено.
Сейдж нахмурилась, а мое сердце сжалось. Неужели кто-то солгал и рассказал всем в Городе вервольфов, что Сойера похитили Паладины, когда на самом деле это сделали темные фейри? Все оказалось так запутанно. Бедный Сойер. В пять лет был ли он достаточно взрослым, чтобы помнить, какие у него остались от этого шрамы?
– Без обид, но почему Юджин не пошел с вами? – Я скучала по большому мускулистому парню из студгородка.
Уолш и Сейдж обменялись взглядами.
– Он сейчас борется за свою жизнь в реанимации. Как много рассказал тебе Сойер о случившейся стычке?
Я запнулась и чуть не упала. «Борется за свою жизнь»?
– Стычке с вампирами и Локком? Не очень много.
Уолш сделал несколько шагов, прежде чем оглянуться на меня.
– Когда мы пересекли границу, чтобы отыскать тебя в Городе вампиров, они оказались готовы. Локк стал свидетелем нашего вторжения.
Я перешагнула через упавшее бревно и зарычала.
– Хотя я сказала Сойеру, что меня забрали вампиры?
Сейдж вздохнула.
– А как бы Сойер объяснил, что вы, ребята, можете мысленно разговаривать друг с другом? Никто бы не поверил. Они бы сказали, что он пытается помешать расследованию убийства и что ты сбежала, потому что расстроилась из-за его выбора Мередит.
Во мне закипел гнев.
– Погоди, так никто не верит, что меня похитили? Все думают, что я сбежала?
Сейдж потерла шею.
– Ты собрала сумку и забрала телефон, и люди видели, как ты бежала через кампус, рыдая.
Черт, я понятия не имела, что Сойер был единственным, кто поверил мне.
– Твои показания – это единственное доказательство, что тебя похитили вампиры, – сказала Сейдж.
У меня голова шла кругом.
– Так что случилось, когда Локк не пустил Сойера? – я пожевала губу, вспоминая, что сказал мне Сойер об убийстве Локка.
Уолш искоса бросил на меня взгляд, и на его лице растянулась безумная улыбка.
– Я никогда не видел Сойера настолько пугающим.
Сейдж ударила его в грудь.
– Это было страшно. Он чуть не погиб.
Мое сердце бешено застучало, когда Уолш хмыкнул.
– Он вытер пол тем фейри.
Мы добрались до густого леса и выстроились в одну линию, чтобы пробраться через него.
– Что случилось? Расскажите мне о драке, – потребовала я.
Меня бесило, что меня не оказалось рядом с Сойером, но, помня, как он убил Мясника, я знала, что он потрясающий боец.
Уголок рта Сейдж поднялся в полуулыбке.
– Как только Локк сказал, что Сойер не может обыскивать здание, тот обратился.
– Локк взбесился, его глаза почернели, точно у обезумевшего темного фейри, и он бросился в атаку на Сойера, – прорычал Уолш.
Боже мой.
– Что еще произошло? – Я ускорила шаг, чтобы угнаться за ними, пока мы пробирались сквозь густые деревья.
Впереди показался пролесок, и Уолш остановился, чтобы повернуться ко мне лицом. Его глаза были подернуты желтым цветом.
– Он схватил волка Сойера за шею и поднял в воздух, сказав его отцу, что, если хоть один из нас двинется с места, это будет объявлением войны.
Я поднесла ладони к лицу, закрывая рот.
Сейдж улыбнулась.
– Поэтому Сойер ухватил его руку зубами и оторвал ее.
У меня пересохло во рту. Черт побери, этот парень был с характером.
Уолш кивнул.
– И все переросло в хаос. Сойер убил Локка, но нам пришлось отступить. Их было слишком много, а мы не подготовились к такому. Юджин защищал альфу ценой собственной жизни, это его долг, и теперь мы имеем то, что имеем.
О, нет. Так они пытались навредить и отцу Сойера? Бедный Юджин.
И все из-за меня. У меня загорелись щеки от стыда, пока я размышляла, что бы произошло, если бы не убежала, если бы…
– Прекрати, – ткнула в меня пальцем Сейдж. – Вампиры совершали подобное уже долгие годы. Мой дядя слишком мягкотелый. Сойер такого терпеть не станет. К этому давно шло. Наступило время кому-то противостоять их коррупции и злым деяниям.
Я проглотила комок в горле и кивнула. Думать об этом было трудно, но…
Мы услышали голоса впереди, и Уолш приложил палец к губам, чтобы мы замолчали.
Голоса говорили на странном языке, которого я не знала, и я протянула к волчице руку и начала гладить ее по голове, чтобы успокоить.