Потерянная

– Как тебя зовут? – спросила я, пока он всматривался за край платформы, мышцы на его спине под темной кожей напряглись.
– Стрела, – кивнул он, и я кивнула в ответ.
А затем он спрыгнул, исчезнув в ночи как птица, заставив меня подползти к краю платформы и заглянуть за него.
Выпендрежник.
Я понятия не имела, был ли сейчас час ночи или четыре утра, но я ощущала себя настолько уставшей, что, скорее всего, была еще глубокая ночь. Со вздохом я снова легла, надеясь провалиться в сон, но продолжая прокручивать в голове то, что он сказал.
«Он был нашим альфой. Последним альфой, который у нас был. Теперь наша магия медленно исчезнет, так как у него не осталось выживших детей».
Альфой.
Альфой.
Меня наконец охватил сон, и я с радостью приняла его как избавление от своих мыслей.
* * *
На следующее утро после сна на твердой кровати у меня болело все тело, но я была благодарна, что осталась жива. На земле остались следы каких-то зверей, и я заметила дохлую крысу, которая была наполовину съедена. Я беспокоилась о Джинни, но с ней все оказалось хорошо, она съела овес, или что там у нее было, в мешке. Кто бы ни бродил здесь ночью, ослица им не понравилась. Пописав рядом с деревом и почистив зубы, я была готова отправиться дальше.
Этот день по ощущениям тянулся дольше, чем предыдущий. Солнце жарило, Джинни шла медленнее, а мне было ужасно скучно. Скучно, но я оставалась напряженной, в состоянии повышенной готовности и бдительности. Не самое приятное ощущение, и я представила, что станет еще хуже, когда я буду проходить через Территорию темных фейри. А когда я доберусь до границы, Джинни придется отпустить и продолжить путь пешком.
Кошмар.
Как ситуация так быстро ухудшилась? Кажется, секунду назад я занималась любовью с Сойером и мы запечатлелись, а в следующую я превратилась в беглянку, спасавшуюся от вампиров, которые хотели выпить мою силу.
Какого черта?
Не говоря уже о том, что рассказал мне Стрела прошлой ночью. Человек, который спас мне жизнь, был альфой, что могло означать только одно – он являлся моим дедушкой, так? Я запуталась. Но с другой стороны, я хотела узнать больше о Паладинах. Они казались неплохими людьми. Хотя Стрела чуть не убил меня прошлой ночью, когда решил, что я городской волк, но когда я рассказала, что меня изгнали, он расслабился.
Раскол между двумя кланами должен быть существенным. Возможно, в этом нет ничего странного, если проклинаешь весь род Сойера.
Я была так поглощена своими мыслями, что ничего не услышала, пока не оказалось слишком поздно. Воздух разрезал свистящий звук, а затем острая боль пронзила мою спину, и в травмированном плече оказалась стрела. У меня вырвался дикий крик, меня качнуло вперед, и я легла на спину Джинни.
– Вперед! – завопила я и ударила ногами ей под ребра.
Ослица понеслась, а я тем временем возилась с ружьем, пытаясь дотянуться до него здоровой рукой. Когда я почувствовала, как пальцы обхватили прохладный металл, я выхватила его из тюка и села, разворачиваясь.
Я зарядила ружье утром – и слава богу, потому что, стоило мне повернуться, я встретилась взглядом с гигантским троллем. Он летел на меня, собираясь приземлиться мне на спину. Не раздумывая, я прижала приклад ружья к здоровому плечу и, оттянув затвор, нажала на курок без капли сомнения.
Господи.
Мои барабанные перепонки потряс оглушительный выстрел, и основание ружья ударило мне в плечо, однако я крепко держала его. В ушах у меня зазвенел пронзительный вой, а потом все затихло. Грудь тролля разорвали две пули, и его тело отлетело назад в месиве крови и плоти.
За павшим троллем бежали еще двое, но вместо того, чтобы напасть на меня, они остановились осмотреть тело. Джинни тем временем скакала во весь чертов опор. Я сжимала ее бока бедрами, стараясь удержаться, пока искала патроны, а кровь из раны на моем плече бежала по спине.
Это могло стать проблемой. Мне требовалось перезарядиться, в случае если эти уроды попытаются схватить меня.
Тролли указывали на меня, что-то выкрикивая, но звон у меня в ушах был настолько громким, что я понятия не имела, что они говорят. Они выглядели как бандиты или вроде того; на них была грязная примитивная одежда, за спинами виднелись походные рюкзаки. Желтые клыки, покрытые грязью и жиром, еще больше уродовали их лица.
Мне удалось открыть ружье и трясущимися пальцами вставить новые патроны. Металл оказался горячим, и я обожгла палец, пока защелкивала ружье. Мое бедное плечо кровоточило и дьявольски болело, но я держалась. Эти ребята либо отступят, либо решат отомстить.
Я ждала, в то время как Джинни неслась к лесу. Тролли начали переворачивать друга, чтобы забрать его тело, отступая.
Слава богу.
Я вздохнула с облегчением, слегка расслабившись, но все еще оставаясь в состоянии боевой готовности. Придерживая на коленях ружье, я потрепала Джинни по голове.
– Можешь помедленнее, девочка.
Она перешла на бодрую рысь, и я взглянула на свое плечо.
Смертоносный змеиный укус!
Это плохо. Очень плохо.
Металлический наконечник стрелы полностью пробил плечо рядом с подмышкой. Я заглянула за спину и увидела стрелу, торчащей с той стороны.
У меня вырвался стон, когда я потянулась, чтобы осторожно исследовать рану кончиками пальцев, боль обжигала кожу. Ладно, оставлю все так, пока не смогу остановиться.
– Сойер, помоги, – простонала я, а затем закричала, когда сработали наручники, сдерживая мою магию.
Ответа не последовало. Я осталась одна, и осознание этого факта угнетало.
Джинни спасла мне жизнь. Она бежала рысью, пока везла меня через лес, доставив наконец к ручью, где мы могли сделать привал. Мои ноги настолько одеревенели, что я упала, когда слезала с ослицы. Я разглядела свое подрагивающее отражение на поверхности воды.
Черт возьми.
Я выглядела как избитый, но крутой воин. Я уже забыла о голубой краске, которую нанес мне на щеки и переносицу Стрела. Синяк под глазом был багровым, переходя к краям в болезненный желтушно-зеленый. Древко стрелы, выпирающее из плеча, довершало образ. Если бы у меня была камера, я бы сделала гребаное фото на память. На меня накатил приступ смеха, я почти не сомневалась, что теряю рассудок, а затем я потянулась и схватилась за оперенный конец стрелы, торчащий из плеча.
Мне требовалось с этим разобраться. Рыцарь в сияющих доспехах не придет меня спасать. Мармал была далеко, а мое везение закончилось. В этом вся я. Мне придется собраться с силами и пройти через это, и не важно, насколько это пугающе или больно.
Наклонившись, чтобы прикусить кожаный ремень перевязки, я приготовилась терпеть боль, а потом обломала торчащий конец стрелы.