Город Ангелов

А что потом? Я буду сражаться против Армии Падших? Неужели мне придется убить кого-нибудь из присутствующих в этой комнате?
О нет, во что я ввязалась?
Пока Марлин делала мою третью татуировку, я потеряла сознание.
– Что-то не так? – обеспокоенно спросил Линкольн, когда я пришла в себя.
– Слишком много магии. Мне еще не приходилось делать целых четыре метки, – объяснила Марлин.
– Заканчивай. Мне срочно нужно поесть, – пробормотала я.
Линкольн нахмурился.
– Закажи ей пиццу, – рявкнул он, поворачиваясь к Ною, который все это время читал журналы. Рана на его плече уже начала затягиваться.
Марлин набивала последнюю линию четвертой татуировки, а Даррен осторожно кормил меня маленькими кусочками пиццы.
– Сейчас 11:14 утра, – сообщил Линкольн, когда Марлин убрала тату-машинку.
Я слишком быстро поднялась с кушетки, и комната закружилась у меня перед глазами.
– Мне нужно возвращаться. Сегодня мой первый рабочий день. Мамин босс превратит ее жизнь в сущий ад, если я не появлюсь вовремя. – Опустив топ, я попыталась встать на ноги, но мои ноги подкосились, и я упала на пол.
– Эй, полегче, – Линкольн подхватил меня. – Ты не можешь идти на работу в таком состоянии.
Подняв взгляд, я посмотрела ему в глаза.
– Я должна. Ты говоришь так, словно у меня есть выбор.
От моих слов он едва заметно вздрогнул.
– Ладно… Тогда позволь мне еще раз исцелить тебя перед уходом. Я приказал своему старшему офицеру подогнать твою машину ко входу. Ты сможешь вернуться в Город Демонов по навигатору.
Я кивнула.
– Хорошо.
– Увидимся завтра в шесть часов утра. Ты будешь тренироваться с нами до начала занятий.
Я нахмурилась.
– Шесть утра – это перебор. Может, хотя бы в половине восьмого? – Я одарила его своей самой очаровательной улыбкой.
– Нет, – отрезал он, смерив меня взглядом.
Я издала разочарованный стон.
– Ну ладно.
Линкольн кивнул.
Ной поднялся со своего места, пристально наблюдая за Линкольном.
– Ты уверен, что хочешь исцелить ее еще раз?
Обхватив себя руками, я покачивалась на месте, как пьяная школьница на выпускном балу.
– Спасибо за беспокойство, но все в порядке, – ответил Линкольн.
Внезапно обе его руки загорелись оранжевым, и я завороженно уставилась на свет. Он подошел ближе и положил руки мне на голову. Как только теплый свет коснулся моих волос, я почувствовала, что боль и усталость постепенно отступают. А на смену им пришел внезапный прилив энергии, который пронесся по моему телу, будто я только что выпила две чашки кофе. Подняв глаза, я увидела, что Линкольн морщится от боли, а по лбу стекают капли пота. Его колени внезапно подогнулись, и он рухнул на пол.
– Что случилось? – с отчаянием воскликнула я, склоняясь над ним. Ной посмотрел на Линкольна непроницаемым взглядом.
– Селестиалы, обладающие силой Рафаила, не просто заживляют чужие раны. Они впитывают чужую боль, а затем исцеляют ее изнутри. К вечеру с ним все будет в порядке.
Он… забрал мою боль и прочувствовал все на себе?
– Зачем ты это сделал? – озадаченно спросила я.
Линкольн тяжело дышал, положив руки на грудь.
– Иди, – только и сказал он.
Даррен схватил меня за руку и потащил наружу. Последним, что я увидела, был Линкольн, сидящий на полу с искаженным от боли лицом. Это навсегда изменило мое отношение к нему.
Это изменило все.
 
Глава шестая

Я пребывала в состоянии легкого шока и едва помнила, как пересекла границу города, направляясь в клинику по реанимации. В итоге я опоздала на семь минут, надеясь, что мой новый босс этого не заметит. Я не хотела говорить об этом Линкольну, но я научилась водить всего три месяца назад, на мамином потрепанном «Вольво», без гидроусилителя руля. Я все равно ездила на автобусе, но мама считала, что мне нужно уметь водить машину. И вот теперь я парковала новенький внедорожник за пятьдесят тысяч долларов перед некроклиникой, где я, скорее всего, буду мыть трупы.
М-да, вот это радость.
Пробегая через главный вход, я почувствовала едва заметное жжение в местах моих татуировок. Линкольн забрал всю мою боль, чтобы я могла пережить свою смену в клинике по оживлению мертвых.
Зачем он это сделал?
– Ты опоздала! – взвизгнул Бердок из-за своего стола.
Я резко остановилась, схватившись за сердце. Он появился из ниоткуда, что было свойственно серным демонам. Оправдываться не было смысла.
– Простите, сэр. Этого больше не повторится.
Он уставился на меня своими сердитыми глазками-бусинками, а его рога отбрасывали жуткие тени на его лицо. Когда Бердок злился, кончики его рогов начинали дымиться, что выглядело очень пугающе. Серные демоны занимали высокое положении в адской иерархии. По слухам, они отчитывались перед самим Князям Тьмы и считались частью его ближайшего окружения.
– Научилась чему-нибудь в своей элитной академии? – он искоса посмотрел на мои татуировки.
Я не знала, что именно он хочет услышать, поэтому просто сказала правду:
– Нет, сэр.
Кивнув, Бердок поднялся из-за стола, демонстрируя свой внушительный рост в семь футов.
– Мой источник говорит, что за год ты научишься контролировать свои силы. Потом ты будешь проводить все свое время рядом со мной.
Меня охватил ужас.
– Но это же четырехлетний курс, – пробормотала я. Подойдя ближе, Бердок присел на корточки. Кончики его рогов задымились, и мне в нос ударил сильный запах серы. Мама говорила, что в приступах ярости он начинал изрыгать огонь. Я не горела желанием увидеть это воочию.
– Ты принадлежишь мне. Не забывай об этом. Думаешь, я позволю им завербовать тебя в Армию Падших, чтобы ты работала против меня? Не в этой жизни, деточка. Один год, и ни днем больше.
Я тяжело сглотнула.
– Да, сэр.
Демон снова кивнул, и дым начал рассеиваться.
– А пока ты будешь помогать своей матери, мыть тела, смешивать зелья. Как только ты пройдешь обучение, у тебя появятся более важные задачи, которые изменят ход войны в нашу пользу. Так что учись контролировать свои способности. Я рассчитываю неплохо заработать, продавая твои услуги за деньги.
Вот черт.