Дом
— давай уже решим эти вопросы после того, как ты, хозяйка поспишь? — спросил Федя, забирая у меня пустое ведро.
Я согласилась с ним. И скинув с себя рабочую робу, что успешно приобрела в строительном магазине, переоделась в теплую пижаму и полезла в палатку. Где спать домовым? Не знаю, сами пусть разбираются. Вон там и тапок есть и чемодан, дом, в конце концов.
Надеюсь — они оба — мои глюки. Временные глюки.
С этой надеждой я уснула.
Но проснувшись утром, поняла, что надежда была тщетной.
Разбудило меня тихое переругивание Лии и Феди. Причина ругани выяснилась быстро, стоило лишь прислушаться. Они планировали работу на день. Все просто. Федя был за то, чтобы закончить с кухней, а Лия говорила о том, что лучше всего сначала отмыть весь дом, а потом думать над тем, что и как ремонтировать. На что Федя говорил, что по ходу уборки многое можно починить или поменять, а лучше, чтобы дважды не убираться, сразу ремонтировать одно помещение за другим и закрывать его, чтобы грязь не летела. На что Лия говорила, что он ленивый домовой и вообще не домовой, а квартирный, потому не думает о доме как едином пространстве, которое, между прочим, задыхается от пыли. Федя конечно в долгу не остался и напомнил ей о том, кто в последние годы ухаживал за домом и по чьей вине в нем такой бардак…
— Все!!! Хватит! — рыкнула я, выползая из палатки.
Ударила бы кулаком по столу, но стол был где-то надо мной и чуть в стороне, а по полу стучать не солидно. Поэтому пришлось просто таки влить в свой голос нотки грозы и шторма и с царственным видом выползти из палатки.
— доброе утро, хозяйка, — Лия тут же подскочила ко мне и преданно заглянула в глаза.
— утро добрым не бывает, если первое что я слышу это ваша ругань, — пробурчала я, с тоской поглядывая на не работающую плиту и остатки своего позднего ужина.
Пришлось признавать перед самой собой, что домовые не глюк. А долгоиграющее помутнение рассудка, с которым придется жить некоторое время.
Тяжко вздохнув, поплелась в санузел, не глядя по сторонам.
— а как еще ты привыкнешь к нам? Наверняка все еще считаешь, что мы порядочные глюки? — Федя забрался на столешницу и, свесив ноги с почищенными за ночь кедами начал болтать ими как ребенок.
— да, глюки…. И мне с вами жить, — буркнула я, беря в руки телефон. Где тут сервис доставки, — по крайней мере, пока не схожу к психиатру.
— до чего же стойкая девица, по части отрицания очевидного, — фыркнул Федя и спрыгнул на пол. Протопал к углу, куда мы свалили весь инвентарь. Взял веник и вышел.
— вот и правильно, холл тоже нужно подмести, — бросила ему в след Лия и подхватив ведерко, в которое сложила моющие средства для ванной комнаты и тряпки, пошла в сторону единственного на первом этаже санузла.
Выбирая себе завтрак я краем уха слушала, как бухтит Федя в холле, подметая там и как тихо напивает веселый мотивчик Лия в ванной.
— лия, а мне умыться можно? И вообще… в туалет надо…. — отложив смартфон, потопала в сторону ванной.
— ой, да! Хозяюшка, конечно, — выскочила из ванной зардевшаяся домовушка. Зардевшаяся и довольная.
— а что довольная такая? — поинтересовалась я когда, первые самые нужные поутру процедуры умывания были совершены.
— так как же… в доме хозяйка. Дому хорошо и мне хорошо. Когда у дома есть хозяйка это же только на пользу… всем.
— мм…
В голове начали формироваться как мыльная пена в ванной, быстро и почти стремительно, вопросы, но телефонный звонок не дал мне их задать.
— Диана Викторовна, доброе утро! Это Андрей Артурович.
— Доброе утро, чем обязана? Вы звоните, чтобы уведомить, о том что произошла ошибка и дом мне не принадлежит? — с не понятным мне чувством спросила я. Сама не понимаю, была бы рада или наоборот опечалена если бы это оказалось одной большой ошибкой.
— Нет, Диана Викторовна, к сожалению, не могу порадовать вас подобной новостью. Обстоятельства не изменились, дом все еще ваш, как и средства на счету.
— тогда, что-то случилось?
— О, нет. Я звоню лишь напомнить вам, о том факте, что согласно документам, которые были вами вчера подписаны вам надлежит, прожить год в доме, прежде чем у вас появиться возможность его продать. И я бы настоятельно рекомендовал вам как можно скорее изыскать возможность и переехать.
— я уже, Андрей Артурович, тут…
— тут… там? — удивленное на том конце.
— да.
— чудесно, просто чудесно. Возможно, вам понадобится некая помощь в ремонтных работах, готов содействовать в этом.
И в этот момент передо мной как гриб после дождя выросли оба моих домовых и впервые единодушно, можно сказать синхронно замахали головами, ярко отрицая и намекая на правильный ответ с моей стороны. Я удивленно на них посмотрела, округлив глаза, на что они вновь синхронно замотали головами.
— нет, Андрей Артурович. Все не так плохо как казалось с первого взгляда. Мне всего-то надо все отмыть и поклеить обои или подкрасить стены. Я еще пока не решила. Может, сама их разрисую, всегда мечтала. Но спасибо за ваше предложение, оно весьма лестно.
— самой раскрасить? Да вы полны талантов Диана Викторовна. Но в любом случае вы всегда можете рассчитывать на мою помощь.
— спасибо, — ответила я, и вежливо попрощавшись с мужчиной, прервала звонок. Затем пристально посмотрела на домовиков, что покраснели тоже синхронно, — в чем дело?
Но ответить они не успели, позвонил курьер. Завтрак мне доставили очень быстро. В пижаме и кроссовках я спустилась с крыльца, преодолела несколько метров до калитки и почти споткнулась о пристальный взгляд карих глаз бледного мужчины в зеленой кепке и ветровке. Он молча протянул мне мой пакет с символикой ресторана, чьими услугами я пользовалась. Посмотрел в телефон, проверяя оплату заказа и не сказав не слова лишь сухо кивнув, ушел, бросив последний взгляд на витражные окна второго этажа моего уже дома.
Налетевший порыв по-зимнему холодного ветра заставил меня, теряя кроссовки мчаться в спасительное тепло, странно, но неотапливаемого дома. Вернее мной он не отапливался, но в нем было тепло, словно батареи на всю работали. Хотя их просто не было в доме.