Дом

Двигаясь аккуратно, словно по тайной тропе на болотах шаг за шагом, не размыкая соединенных рук мы путешествовали по этим ремонтным дебрям. У лестницы стояла целая гора мусорных пакетов, заполненных всем тем хламом, что я видела, когда впервые прошлась по дому. Еще в самом начале я попросила домовиков совершенно безнадежные вещи сразу отправлять на свалку, а то, что еще можно починить оставлять. Так мы обзавелись несколькими стульями и старым раритетным комодом, что ныне живет в библиотеке-кабинете. Комнате, которую я бы использовала лишь как хранилище книг. Все же, сколько не думала над ней, над той комнате. Что на первом этаже, вижу ее мужской, однозначно. Ну пару-тройку любовных романов можно поставить на полки, но она должна быть мужской. Абсолютно.
Там, среди полок с книгами, у большого окна за большим и тяжелым столом в мягком кресле «большого начальника» должен сидеть мужчина и читать, прекрасно видя в сизой табачной дымке стройные строчки на страницах. Камин бы туда, тогда было бы идеально. И большого пса. Немецкий дог вполне подошел бы.
— Диана, — пальцы, что сжимали мою ладошку чуть сжались, их хозяин видимо не в первый раз обращался ко мне.
Взглянула наверх. Да, такой как этот… идеально бы подошел той комнате. Не Дог, а мужчина… Я вообще нормальная?
— а?
Дура! Что за мысли?
Краски надышалась уже…
Мужчина очень внимательно на меня посмотрел. На миг в его зрачках засверкали далекие звезды. Потом все пропало. Только во мне словно ураган поднимался. Меня словно распирало изнутри. Хотелось творить… Преобразить каждый уголок этого Дома.
— так, на сегодня достаточно осмотров, — голос его донесся словно издали.
Я даже не успела удивиться, как меня подхватили на руки и понесли вниз, на первый этаж. Никогда не понимала, почему женщины хотят, чтобы их носили на руках… До этого момента. Я всегда считала, что это тяжело. Я ведь тяжелая…. Хотя…. Судя по тому, как быстро я оказалась сидящей на кухонном острове не очень и тяжелая. Просто раньше сплошные хиляки встречались. Даже не успела насладиться, а повторение аттракциона просить как-то неудобно.
Пока мужчина что-то искал в шкафах, суетливо открывая и закрывая их я сползла на пол и пошлепала в столовую. Мне жутко хотелось именно туда.
— Диана, куда? — с грохотом уронив ложку, позвал Итон.
— я в детстве мечтала…. Рисовать. И хотела… хочу… тут, — ткнула пальцев в стену. Около которой были сложены купленные для изобразительных экспериментов материалы, — нарисовать огррром…
Договорить мне не дала мужская ладонь, что закрыла мне рот.
— молчи! Пожалуйста, молчи, — он крепко удерживал меня, прижимая спиной к своей груди, его голос громыхал надо мной, как гром среди ясного неба. Шумно то как….
Я честно попыталась вырваться и честно попыталась укусить его ладонь, но не смогла. Стало обидно до слез. Странно, что не страшно. Пока я пыталась бороться с ним. Пестуя в душе растущую обиду, меня вновь поволокли в сторону кухни. Ну как поволокли… я же не мешок картошки. Он просто прижал меня к себе, чуть приподнял и пошел. Бодро так. Снова водрузил на кухонный остров. Руку ото рта не убирал. Маг, волшебник, чародей!
— ты вдохнула пыльцу беркаля обыкновенного. Это очень занятная ведьмовская трава. Она провоцирует на бесконтрольную ворожбу в чистом виде. Особенно опасна для магов с нераскрытыми еще способностями, для всех тех, кто еще не в состоянии управлять частицами. Я не почувствовал ее. Ее хорошо замаскировали. Извини. Видимо старая закладка, а ты еще не раскрыла свои способности. Сейчас очень важно ничего не говорить, ничего не делать. Много сладкого питья. Тебе ведь не нужны еще заботы?
Я помотала головой. Конечно. Не нужны.
Только после его небольшого монолога до меня начало доходить, что сейчас я на мир смотрю через очень странную призму. Словно туман в голове. Розово-желтый. Мыльных пузырников и радуги не хватает.
— я уберу руку, но обещай молча выпить то, что я тебе дам. Ничего особенного, просто вода с медом. Это поможет. Ладно?
Я закивала. И он аккуратно, медленно убрал ладонь от моего лица. Костяшкой пальцев, не забыв утереть покатившиеся по скулам слезы.
— прошу прости меня.
Я бы конечно спросила за что, но меня попросили прикинуться овощем. Это не сложно, когда в голове туман. А еще, кажется, меня знобит. Обхватила себя руками, борясь с желанием залезть на стол с ногами.
— выпей, — в руках оказалась теплая кружка, а на плечах согретая теплом чужого тела кофта, — озноб скоро пройдет. Существует методика определения предрасположенности к тому или иному направлению взаимодействия с частицами Оро. О них вам подробно расскажет мастер-маг, которого нужно будет пригласить. Так вот, есть методика выявления направленности мага. В ней используется пыльца беркаля. Она провоцирует нас действовать, работая грубо и необдуманно, а соответствующие заклинания отслеживают реакции. И сейчас я понимаю, что по всему дому напичканы такие заклинания. Домовикам их не снять как маячки, сглазы или магию принуждения. Кто-то очень хорошо подготовился.
Он замолчал, продолжая все так же стоять рядом, нависая надо мной, постукивая костяшками пальцев о столешницу. Завораживающий, гипнотизирующий звук. Взгляд мужчины стал задумчивым, скулы стали острыми и резкими, словно он с силой сжал зубы. Я же пригрелась в объятиях его кофты.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
— поступим так. Пока на второй этаж не заходишь. Я займусь следами чужаков. Без меня за пределы Дома не выходишь ни с кем из гостей не разговариваешь. Надо раскрыть твои силы. Понять в чем они. Тогда станет понятно, как тебя защищать.
Я допила свой сладкий напиток и посмотрела на него.
В голове крутилось: ну зачем? Зачем я спасла тебя? Диктатор? Второй день тут и уже командует так, словно хозяин.
Интересно, а дышать мне можно?
Говорить нельзя! Ходить на второй этаж нельзя! Из дома нельзя, говорить с гостями нельзя….
Что же это такое?
Злость вспыхнула во мне большим таким атомным грибом. Проходили мы это…..
— не надо на меня так смотреть, — тоном воспитателя начал он.
Ну, скажи еще, что это ради моей безопасности.