Янтарные глаза
– Хорошо, хорошо! Не будем на этом зацикливаться, дочь; но только если расскажешь, что случилось. Близится вселенская катастрофа? Или ты встретилась с ним?
– Прости, Ёлтаӱл, – холодно сказала Камёлё. – Но это совсем не твое дело.
– Ага, так я права! – посмеивалась Ёлтаӱл. – Ну и каков Лӱкеас Лус сегодня? Все такой же красавчик? Все такой же злюка? Вы снова вместе?
– Ты отвратительна! – зашипела Камёлё.
Она стукнула кружкой по прилавку и помчалась к двери. Но не успела и двух шагов сделать, как в ее ушах заскрипел голос Ёлтаӱл.
– Только попробуй! Вернись, Камёлёмӧэрнӱ!
Камёлё застыла. Этого хватило, чтобы она поняла, как смешно вот так расстраиваться из-за этой ядовитой карги. Она повернулась и с кислой миной оперлась о косяк.
– Да, как пожелаешь – Мать! Еще что-нибудь – Мать?! – Она сдерживалась, чтобы не отдать честь.
Ёлтаӱл лишь рассмеялась.
– Пока тебя не было, – заявила она, – ко мне приходили гости. Такой маленький милый подарочек с нашей любимой Ӧссе. С изящным треугольничком на лбу.
– Зӱрёгал был здесь? Он искал меня?!
– Тебе кажется, что он должен был искать тебя? Вот мы и выяснили, что обе о нем знаем, – ухмыльнулась Ёлтаӱл. – На первый из твоих осмысленных вопросов ответ «да», на второй «нет». Если Досточтимый бука пришел из-за тебя, то, очевидно, умолчал об этом, а значит, возможно, тебя ни в чем не винят. Его интересовала Фиона Фергюссон.
– Это еще кто?
– Одна богатая юристка. К тому же моя последовательница – идеальная комбинация! – Ёлтаӱл потерла руки.
– Хочешь сказать, он пришел из-за какой-то дуры, которая приходит к тебе сюда на твои религиозные посиделки? Песни, танцы, мистика?
– Ну-ка не смейся, – возразила Ёлтаӱл. – Когда бросаешь карьеру миссионера, тяжело придумать маркетинговую стратегию лучше, чем руководство сектой. Это до тебя только не доходит, какой у всего этого потенциал, и ты бойкотируешь мои прекрасные трогательные мессы.
Говоря это, она подошла к зеркалу, которое возле импровизированной кухни создавало импровизированный туалетный столик, встопорщила рукава наряда и повесила на шею амулет.
– Но ты могла заметить Фиону в магазине: такая элегантная, энергичная блондинка, от которой сумасбродства даже не ожидаешь. А она правда верит во всю эту чушь. Прилетает сюда каждую среду. А главное – работает в Совете, прямо как Лукас Хильдебрандт. Судя по всему, все это д-альфийское чудо он перебросил на ее плечи. Если у золотца зӱрёгала верная информация, Фиона получила задание увезти фомальхиванина с Деймоса и притащить прямо в Совет.
«То есть эта Фиона полетит за фомальхиванином – вместо Луса?» Новость, что глееварин-чужак не будет иметь ничего общего с Лусом, что не приблизится к его облаку тьмы и к его воспоминаниям за стеклянной стеной, была так прекрасна, что Камёлё никак не могла в нее поверить.
– Но я ее отговорила, – внезапно довела речь до конца Ёлтаӱл.
– По приказу зӱрёгала?!
– Хм… я бы так не выразилась. – Ёлтаӱл надела диадему с аметистом и ухмыльнулась отражению в зеркале. – Ему бы больше понравилось, если б я замешала хорошенькую грибную бормотуху и попросила Фиону передать ее фомальхиванину. Особый подарок от главы дружественной секты. В знак приветствия, вместо конфет. Но я баба жадная. Не буду же я раздавать свой ценнейший активный рӓвё каким-то бездомным.
– Он хотел завладеть им.
Ёлтаӱл пожала плечами.
– А ты ему помешала! Ничего ей не сказала! Рё Аккӱтликс, неужели ты совсем не боишься?
– Конечно, боюсь, – заверила ее Ёлтаӱл. – Зӱрёгал отлично умеет угрожать. Хоть сейчас на сцену. Но я тебе скажу, дурацкая это профессия – всю жизнь нюхать, как люди потеют от страха. Еще тупее, чем быть сенатором или мусорщиком! А теперь представь, что ему кто-то даже…
– Он потребовал с тебя клятву? – прервала Камёлё ее излияния. – И не проверил телепатически, что ты собираешься ослушаться?
– Подожди, что ты там себе представляешь? Мы тут не за чайком спокойно болтали. Когда я увидела, что пришли гости, я побежала вниз и быстро помазала себя спорами. Заслон сработал отлично, стоит сказать. И никаких клятв давать не пришлось. В итоге мы там внизу с многоуважаемым Букой немного подрались, как это часто бывает, и разбили пару бутылок с питательным раствором. Он оставил меня лежать без сознания – а пока я очнулась, споры разрослись так, что меня чуть не сожрали.
Камёлё содрогнулась. Чувство юмора Ёлтаӱл иногда казалось ей слишком мрачным.
– И как ты справилась?
– Тебя тут не было, чтобы прийти мне на помощь, так что тебе заслуги не засчитываются, – злорадно отметила Ёлтаӱл. – Но, к счастью, пришла Фиона. Она-то всегда угадает верный момент. Вытащила меня и хорошенько протерла бумажными платочками. Хорошая девочка! Ну, или, говоря иначе, никакого чувства самосохранения.
– Тебе не угодишь. – Камёлё подошла к ней и уселась на край стола. – И что дальше? Ведь зӱрёгал узнает, что ты его ослушалась. У тебя есть план?
– План! Конечно! – Ёлтаӱл повернулась к зеркалу спиной и посмотрела на нее. – У меня уже давно все запланировано. Знаешь, девочка, в конце концов кто-нибудь из них меня уберет, как ни старайся. Это так же ясно, как то, что вода течет вниз. Если вовремя это осознать, сразу спокойнее. Живешь себе – и все. Как когда знаешь, чем фильм закончится.
Камёлё отвела глаза.
– Прости, Ёлтаӱл. Не хочу вмешиваться в твои дела, но зӱрёгал здесь без официального разрешения земной Церкви. Если бы ты пошла к какой-нибудь аббатисе… или преодолела отвращение к Маёвёнё и обратилась прямо к ней…
– Черта с два. Я не могу просить духовенство о защите.
– Но ведь ты не в изгнании на Земле, в отличие от меня.
– Нет, куда там, я миссионерка. Внештатная священница. Не стану же я умолять! Это противоречит моему предпринимательскому достоинству.
Камёлё не засмеялась. «Это не всё, так ведь?» Она никогда не пыталась намеренно телепатически рыскать в прошлом Ёлтаӱл, так что не знала, в чем причина ее антипатии по отношению к верховной жрице; но разве не глупо закрыть себе все пути лишь из-за предрассудков, когда на кону стоит жизнь? Камёлё сжала зубы. И снова посмотрела ей в глаза.
– Что между вами произошло, Ёлтаӱл?
– Камёлё… – воспротивилась Ёлтаӱл и беспомощно взмахнула ушами.
Камёлё не отступила. Они держались в трёигрӱ целую минуту. Наконец Ёлтаӱл сдалась.
– Когда-то я не договорилась с Маёвёнё из-за крови, – с неохотой призналась она. – Я не могу и не хочу к ней идти.