Дать боссу (по носу)
— И разве это стоило того, чтобы продавать меня сюда?
— Ты опять за свое! — воскликнул мужчина. — Я не продавал тебя! Я хотел получить эту компанию не для того, чтобы удовлетворить свои амбиции и что-то кому-то доказать. Я хотел эту компанию, чтобы получить доступ к финансам и выкупить тебя у Филиппа!
Я не думала, что один аргумент заставит меня моментально замолчать. Фернандо хотел заплатить за меня миллион? Звучит как сказка, в которую вертится с трудом.
— Я ничего не понимаю, — вырвалось у меня.
Все это было таким безумством. Эти бандиты, эскорт, компании, разборки двух братьев. Каким образом я оказалась втянута в это?
— Что тебе непонятно? Я так боролся за этот бизнес, чтобы помочь всем. И тебе, и себе. Я бы никогда не отдал тебя Борису, если бы не был уверен в твоей безопасности.
— Фернандо, — остановила я мужчину, чувствуя, что начинаю таять от его слов, — не надо. Ты не мог знать наверняка.
— Жизель, ты была под охраной, этого уже было достаточно. Но если тебе мало аргументов, то просто взгляни на себя — ты сама дашь отпор любому головорезу.
Я смутилась, чувствуя, как ненависть постепенно исчезает, уступая место спокойствию. Фернандо уже отдал за меня двести тысяч, и собирался отдать еще миллион. Он утверждал, что мне ничего не угрожало, но при этом я чувствовала себя использованной. Но все равно, если он так доверял мне, то почему ничего не сказал?
— Я не знаю, что делать. Я хочу тебя простить, Фернандо, но пока не могу, — я аккуратно вынула свои ладони из его рук и скрестила их на груди. — Поехали дальше.
Я ждала, что он молчаливо отвернется, смиренно принимая тот факт, что я не собираюсь так просто закрывать глаза на его выходку, вновь заведет мотор, и мы поедем дальше по дороге, но вместо этого он с улыбкой произнес:
— Так а куда ехать? Мы на месте.
Я огляделась. И правда. Мы стояли у ворот в небольшую одноэтажную виллу. Мне казалось, мы довольно далеко отъехали от лазурного берега, поскольку рядом не было даже намека на другие постройки, однако, прислушавшись, я поняла, что слышу шум моря.
Фернандо выскользнул из машины и спустя секунду открыл передо мной дверь. Было странное ощущение дежавю. «Ах, да», — верная мысль промелькнула в голове. Такое уже было, когда-то не так давно, когда он забирал нас с Хулией из клуба. В тот раз он еще был для меня чистым листом, с которым мне только предстояло написать новую историю.
И вот я снова была с ним. Выходила из желтой Феррари, в которой едва заметно пахло бергамотом, сандалом и яблоком — кто бы что ни говорил, но от запаха его парфюма я сходила с ума.
Я вновь попыталась разобраться в своих чувствах. Ферретти вроде как спас меня, но вроде как и предал? Я слишком запуталась, что чувствовать что-то одно.
Тем временем Фернандо достал из багажника небольшую сумку и с довольным видом вернулся ко мне. Он явно не испытывал никаких угрызений совести. Но я так просто не могла отпустить все, что мне пришлось пережить.
— Пойдем, — сказал он, глядя на меня, как на котенка, которого только что подобрал на улице.
Сил спорить с ним или пытаться что-то доказать не осталось. И я молчаливо пошла за ним. Неохотно поглядывая на спину Фернандо, я все старалась понять, чего я хочу. Но почему я хотела только вернуться в ту ночь, когда он снимал с меня босоножки на своей кровати?
Мы зашли на территорию дома. Узкая лестница, выбитая прямо в скале, вела нас наверх вдоль высоких туй и кипарисов. Спустя пару минут мы оказались на широкой ровной площадке. Здесь располагалась вилла: маленькое, но уютное на первый взгляд здание с каменными стенами и черепичной крышей. Оно напоминало мне кукольный домик, с которым я играла, когда была маленькой девочкой. А затем я развернулась спиной к дому и обомлела.
Передо мной открылся вид на бесконечный морской горизонт. Море было так близко, словно я могла не задумываясь уместить его в свою ладонь, но при этом я чувствовала себя властелином мира. Крошечными и ничтожными отсюда казались парусные яхты, которые с такого расстояния едва ли отличались от водных барашков. А огни маяка вдали сливались со звездами в небе. Пахло цветами, хвоей и влажным песком, и каждый из этих ароматов заставлял меня возвращаться обратно в прошлое и вновь ощущать то, что я чувствовала к Фернандо.
Но я сопротивлялась этой ностальгии, что есть силы.
— Красиво? Правда? — спросил мужчина, глядя на мой завороженный взгляд.
— Да. Безумно, — мой ответ заставил его улыбнуться, а затем он отвлекся, чтобы открыть дверь.
Постояв еще несколько минут на улице, я последовала следом за Ферретти. Мне предстояло посетить очередной богатый дом.
Гостиная встретила меня окнами в пол, из которых открывался вид на море. По центру расположилась лаконичная лаунж-зона с двумя диванами и крохотным стеклянным столиком. Чуть дальше виднелась кухня.
— Я бы предложил тебе спать вместе… — начал Фернандо, но я тут же перебила его.
— Нет.
— Что ж, твоя спальня за этой дверью, а я тогда буду здесь.
Ни слова больше не говоря, я прошла в свою комнату. Небольшую и выдержанную в ослепительно белоснежных тонах, на первый взгляд показавшуюся мне даже немного скучноватой после всех царских апартаментов, в которых я жила. Но постепенно я поняла, что так даже лучше. Никакого лишнего декора, только свежесть, спокойствие и море за окном.
В задумчивости я присела на кровать, лишь сейчас осознав, что я все время путешествую налегке. С момента, как я переехала к Филиппу, и по эту самую секунду я словно все время бежала куда-то, чтобы наконец остановиться, вздохнуть и подумать, что делать дальше.
Поразмыслив немного, я с ужасом поняла, что у меня совершенно ничего не осталось. Я приехала сюда без цента в кармане, у меня не было дома и семьи. У меня было лишь то, во что я одета — шелковая ночнушка, чтобы втюхать меня миллионеру. Но даже эта пугающая неопределенность сейчас была не такой волнующей, как мысли о Фернандо.
Лунный свет заливал комнату, и я думала о том, как мне поступить с ним. Достаточно ли того, что он сделал для меня, чтобы простить его? Хватит ли мне его обещаний и клятв, чтобы унять ту боль, которую я переживала, пока он вновь не объявился? Готова ли я закрыть глаза на то, что он позволил мне остаться у Бориса, оправдываясь тем, что спасал нас обоих?
Почему делать выбор всегда так сложно? Я закрыла глаза и начала медленно считать до десяти, пытаясь заставить себя принять окончательное решение. Ох, Фернандо. Почему с тобой все так сложно? Простить тебя или навсегда отпустить? Ответ пришел в голову совершенно неожиданно.
***
Фернандо стоял на балконе, голый по пояс. Он опирался о перила террасы и отрешенно глядел вдаль. В руке он держал стакан с чем-то крепким.
Было темно и довольно прохладно. Луна, которая медленно ползла над морским горизонтом, освещала его лицо, и я хорошо видела застывшую на лице Фернандо печаль. Он был задумчив и мрачен, пока безмолвно глядел на морское побережье. Интересно, о чем он думал?