Невеста с аукциона

– Я сейчас пошлю все к чертям и разверну машину домой, – с мукой отстранившись, проговорил он.
– Нет! Ты обещал мне разговор. К тому же, я голодна, – успокаивая дыхание, возразила и легко слезла с его колен.
– Черт! – сквозь зубы выругался он и покосился на свои брюки. Там, в районе ширинки, отчетливо прорисовывался сверх возбужденное достоинство мужчины. Тигран попытался его поправить и скривился от неприятных ощущений, – Черт!
Не знаю что на меня нашло, но вдруг я подалась вперед к нему и сжала рукой силуэт члена. Под пальцами тут же запульсировал готовый к труду и обороне орган.
– Не буду обещать, – тихо зашептала, – Но может быть, когда вернемся, я облегчу твои страдания. Посмотрим, как пойдет, – заговорщицки закончила я.
– Как пойдет.., – заинтригованно отозвался Алмазов и пошло пошутил, – Войдет, как по маслу. Гарантирую.
– Пф. Как грубо, – сказала и выпрыгнула из машины.
В ресторане нас уже ждали. На дверях висела табличка с извинениями и информацией, что закрыто на спецобслуживание. Вид на Кремль позволил почувствовать себя «важной птицей». Несмотря на то, что я росла в богатой семье, в таком месте мне довелось побывать впервые. На улице перед входом нам поклонился швейцар в красной ливрее и услужливо распахнул двери, пропуская внутрь. А дальше учтивый менеджер проводил к самому лучшему месту на втором этаже, откуда открывался прекрасный вид.
На всех столах лежали белоснежные скатерти, глядя на которые в глазах резало от невозможной белизны и чистоты ткани. Выдержанный роскошный интерьер, строгая форма у персонала и витающий в зале тонкий аромат неприлично дорогих духов. Я почувствовала себя не в своей тарелке, даже вспомнив, что на мне платье от кутюр из последней коллекции. Не знаю зачем Алмазов его купил за десять тысяч долларов.
– Присаживайся, котенок, – Тигран отодвинул мне стул и сел напротив, – Что будешь заказывать? Очень советую взять морской сет: устрицы, крабовое мясо, осетрина с икрой. Подается с несколькими соусами. Вкусно так, что пальчики оближешь.
– Давай, – легко согласилась я, – И вино закажи на свой вкус.
– Конечно, – Алмазов передал наш заказ вежливому официанту и повернулся ко мне.
В пустом зале тихо играла музыка и не было слышно никаких посторонних звуков. Охрана рассредоточилась по периметру и мужчины замерли каменным изваянием. Их присутствие немного нервировало, но я уже успела привыкнуть к ним. Я еще раз осмотрела красивый интерьер и перевела взгляд на Кремль.
– Поговорим?
– С места в карьер, – хмыкнул он, – Ладно. Начну с главной новости, которая, надеюсь, не вызовет у тебя приступ радости.
– Уже интересно, – я вся подобралась, приготовившись слушать, – Продолжай.
Где-то вдалеке раздалось тихое перешептывание охраны и чей-то удивленный возглас.
– Твой бывший муж Амиров.., – продолжил Тигран, тяжко вздохнув, – В общем, он ж…
– На пол!!! Всем лежать!! – со стороны лестницы раздался оглушительный крик и звук автоматной очереди.
Тигран не успел сообразить что происходит, как сгреб меня в охапку и повалил под стол, укрывая собой.
В зале звучали выстрелы, крики. Из-под стола я видела, как десятки ног пробегают мимо, кто-то падает. И в этой суматохе вдруг появился удушающий дым. Он распространялся очень быстро и шел от небольших шашек, брошенных одним из тех, кто сейчас лежал на полу и смотрел в потолок мертвым взглядом.
– Блять! – вызверился Тигран, когда учуял его, – Катя..!
Он хотел сказать что-то еще, но захрипел, закашлялся. Лицо посинело, а на висках выступили багровые вены. Я тоже стала задыхаться. Легкие горели, а сознание мутилось. Уже отключаясь, успела увидеть, как к нам кто-то наклонился. Его лицо было спрятано под противогазом, а в руке мужчина держал пистолет, которым пару раз ткнул Тиграна. Больше я ничего не успела заметить, погружаясь в темноту.
 
* * *
– Катенька.., – в сознание упорно пытался ворваться чей-то знакомый голос, – Катюшенька, очнись, золотце.
– Амрхх… п… пииить, – с трудом прошипела я, кое-как разлепив сухие губы.
Голова раскалывалась, и меня тошнило от боли.
– Конечно-конечно, – заквохтал кто-то рядом, – Поднимись, золотце. Я помогу тебе попить. Не думал, что мои парни решатся применить парализующий газ. Я не хотел, чтобы тебе навредили.
Чьи-то руки помогли приподнять мне голову и поднесли стакан к губам. Не открывая от боли глаз, сделала несколько глотков и устало замерла.
– Пей, золотце. И попытайся открыть глазки.
Послушно сделала еще несколько глотков, облизала пересохшие губы и рискнула открыть глаза . Превозмогая боль, получилось.
В первую же секунду я подумала, что умерла и встретила в загробном мире старого знакомого. Шок был такой, что вода, которую я еще не успела проглотить, шумными брызгами вылетела изо рта и прохладными каплями стекала по знакомому лицу.
– Мда, – протянул ранее умерший Амиров Генрих Эдельбертович, – Пожалуй, стоило тебя подготовить, но я подумал, ты узнала мой голос.
– О… у… Ы! – невольно крякнула я и откинулась на подушки, снова потеряв сознание.
    
Глава 26
Я ощущала себя самым настоящим чудовищем, который искренне сожалел, что человек выжил. У меня не было ни грамма радости при мысли, что Генрих Эдельбертович остался в живых.
Момент его смерти, осознание его убийства и переход в иной мир как-то прошел мимо меня, не затронув ничего в душе. Была только злость и сожаление, что из-за него мне пришлось столько пережить. Если говорить совсем откровенно, то мне было глубоко все равно на тот момент. Зато сейчас…
Сейчас я буравила старика взглядом и пыталась мысленно наслать на его голову все проклятия мира. Неожиданное воскрешение Амирова перечеркивало все мои планы и надежды на свободу.
За время, что я его не видела, мужчина изменился. Он словно немного сдулся. Похудел килограммов на пятнадцать, осунулся. Лицо приобрело нездоровый серый оттенок, а ранее блестящая лысина тускло отливала несколькими седыми волосками. Остался только этот неприятный сальный взгляд и влажные губы, которые Генрих облизывал при виде меня. Каждый раз от этого пробирала дрожь.
– Что-то, Катенька, не похожа ты на любящую жену при виде ожившего мужа, – с укором попенял мне Генрих, – Похоронила уже мысленно?
– Мне сказали, вы мертвы, – осторожно ответила, – У меня не было повода думать иначе, учитывая, что со мной произошло дальше.
Мы находились с Генрихом в каком-то неказистом старом доме с заброшенным участком. Далеко от дороги, проехать можно было только через лесную тропу. Тихое уединенное место, где были мы вдвоем и трое мордоворотов, чьи лица показались мне знакомыми. Приглядевшись к ним, с ужасом поняла, что это были Рябой, Цыган и молчун. Вот уж кто искренне оскалился при виде меня.