(Противо)показаны друг другу (СИ)

— Куда, — возмущенно бросаю я, толкая в грудь Егора, как только тот намеревается ступить на порог.
— К тебе, Синичкина, давай жить дружно. Забудем то, что было. Я не виноват в том, что Мила ко мне присосалась. Ну будь ты объективной хоть разочек.
— Я объективна, Егор. Мы противопоказаны друг другу.
— А если наоборот, показаны?
— Если проанализируешь, то поймешь, что я права. Когда мы рядом, обязательно случается какая-то жопа. Это было мое первое и похоже последнее свидание в жизни. На этом наши пути расходятся. До встречи на учебе. Как одногруппники, — добавляю я, закрывая за собой дверь.
И только спустя несколько секунд чувствую удар ногой по этой самой двери. Громко. Очень громко. Ну и фиг с ним. Я невидимка, которая наконец-таки опорожнит свой кишечник. Аминь.
  
Глава 20
 
Нехотя захожу в аудиторию и, ни на кого не обращая внимания, сразу же усаживаюсь за парту.
— Ты чего?
— Что? — поднимаю взгляд на Сашу.
— Выглядишь так, как будто кто-то умер.
— Ну спасибо. Я просто не выспалась, — зачем-то объясняю я.
Забавно, но я реально не выспалась, учитывая, что не сплю уже вторую ночь подряд. Облокачиваюсь головой на холодную и явно нечистую стену и тут же закрываю глаза. Нет, спать мне не хочется совсем. А может и хочется, да только дикая боль в пальце и, кажется, уже по всей руке тупо не дает мне этого сделать.
Я — трусиха, которая не способна даже обратиться к хирургу. Просмотренной гадости на пятом курсе в гнойной хирургии мне хватило для того, чтобы обходить этих товарищей стороной. Как представлю, что мне так же адски разрежут палец и начнут его потрошить, у меня начинается тошнота и головокружение. И это не от брезгливости, скорее от страха боли. Я — дура, которая надеется на то, что пройдет само, главное мазью намазюкать и прикрыть этот страх бинтом. Обиднее всего, что этого ничего бы не было, не сделай я этот сраный маникюр. Кому он на фиг нужен был?! Злость на себя, кажется, еще больше усиливает боль.
Однако она быстро притупляется, как только я чувствую приятные касания на шее. Я даже не понимаю, что это. Что-то тонкое, не похожее на пальцы. Но что-то определенно приятное, что вызывает россыпь мурашек по телу. Так, стоп, я же на учебе. Резко открываю глаза и разворачиваюсь назад. Ручка. Это была всего лишь шариковая ручка в руке Юсупова. Молчу, уставившись на него. Впервые за пять дней я вижу на его лице что-то наподобие улыбки. Не злой. Каюсь, в какой-то момент мне показалось, что он может меня как-то подставить или опозорить за отказ. Не сказать, что его смс, оставленные мной без ответа, сквозили злостью, но чувствовалось, что он на грани. Несколько секунд смотрю на его лицо, а затем отворачиваюсь, не в силах выдержать его взгляд. Да, как ни крути, мне нравится его внимание.
Егор 8:58
«Еще немножко и я буду плохо себя вести. Хочешь меня плохого?»
Не отвечать. Игнор, так игнор. Сама решила, сама и исполняй. Откладываю телефон в сторону и пытаюсь сосредоточиться на том, что так старательно начинает вещать препод.
Учебный день проходит под тремя обезболивающими. С последней лекция я тупо сваливаю. И пусть до работы еще пару часов и я могу остаться на половину лекции, но желания нет. Хотя у меня сейчас только одно желание — отрезать к чертям собачьим палец. Не успела даже накинуть на себя плащ, как оказалась припертой к стенке.
— Ты дурак, что ли? Напугал!
— Временами дурак. Ты мне порядком надоела, прогульщица.
— Что-то незаметно, исходя из твоего повышенного внимания к моей скромной персоне, — с сарказмом отмечаю я. И вдруг понимаю, что впервые за пять прошедших дней испытываю неподдающееся логике наслаждение. А может, логика проста и у меня просто интоксикация.
— Знаешь, я мог бы строить из себя дурочка и выпендриваться как ты, но не буду. Если я чего-то реально очень хочу, я этого добиваюсь, Лиль, — шепчет мне в губы, поставив руки по бокам от моей головы. — Я всегда достигаю того, что мне нужно.
— С Аней не прокатило, достигатор, — вот не знаю зачем я это сказала. Яд из меня так и прет.
 
— Нееет, — протяжно произносит он, улыбаясь в тридцать два зуба. — Я бы и подружку твою со временем бы добил, пусть и грязными способами, если бы было большое желание. Вот аккурат после недавнего посещения клуба, я бы с легкостью мог ее трахнуть, поставив галку. Схемы, как бы это произошло, расписывать не буду. Вот только я умею останавливаться и не потому, что не могу чего-то достичь, а потому что соперничество с собственным братом, пусть и подстегивает, но выглядит пошловато, учитывая, что он сделал для меня и что испытывает к твоей болтливой подружке.
— Окей, рада за тебя. Прогульщице надо идти, работа не ждет.
— Ну да, ну да, члены продавать это большое искусство. Зайду к тебе сегодня на огонек. Мне больше всего понравился отдел с плетками и подобной хренью. Там был по акции такой красненький флогер из велюровой кожи, я прям для тебя его присмотрел. Сегодня же прикуплю его для твоей жопки, — отпускает руки и тут же подмигивает мне.
Я не знаю, что меня больше шокировало, то, что он узнал, где я работаю или то, что он реально был в моем магазине, учитывая, что там имеется красный флогер по акции! Пипец. Полный!
* * *
К концу моей смены я реально выдохнула, не обнаружив среди клиентов Юсупова. Теоретически, за оставшиеся десять минут он может здесь появиться, но учитывая время — все же это перебор. Не настолько Егор на мне зациклен, чтобы это делать. Однако как-то он узнал, где я работаю. Неужели следит? Ну, это вообще пипец тогда. Скидываю под кассой сменные балетки и надеваю туфли. Сегодня я точно намерена поспать, не даром я потратила столько бабла на снотворное.
Сложно сказать, что я на самом деле испытала, когда прозвенели колокольчики и на пороге сего разврата появился Егор. Но слюна в горле определенно застряла.
— Мы закрываемся, — все, что я смогла из себя родить, когда поняла, что Юсупов начал конкретно расхаживать по залу.
— Не звезди, у меня еще официально три минуты. А учитывая, что я вошел до закрытия магазина, я могу тут ошиваться до тех пор, пока не выберу все необходимое. Давай сюда, Лилия Мимосраловна. Помоги мне выбрать хорошие наручники, чтобы сидели плотно, но рукам не давили. Розовые и с пушком не предлагать. Ну? Я долго буду ждать? Я в курсе, где лежит книга для жалоб, если что. А памятуя, дорогая моя, что ты некогда потеряла работу из-за гадкого клиента, — указывает на себя пальцем. — Я бы на твоем месте поторопился.
Ничего не отвечаю, молча подхожу к Юсупову и тянусь к ящику с наручниками.
— Какой нужен размер?
— Понятия не имею какой у тебя размер запястья, — молчу, пытаюсь не поддаться на провокации Юсупова. Молча достаю примерный размер.
— Он внутри из кожи. Жать не будет.
— Давай красненький, — протягиваю ему наручники, которые он демонстративно перекатывает в руках.
— Все?
— Конечно же, нет. Кляп. Хочу такой, который с шариком во рту.
— Тоже красный?
— Смотри-ка, мы понимаем друг друга без слов. А может, еще что-нибудь посоветуешь?
— Да я много чего могу посоветовать, у меня процент от покупок капает. Но мне жалко тебя разводить на бабки, учитывая, что ты меня дважды спасал и делал куни. Так что остановимся на кляпе, флогере и наручниках.
— Да, вот все-таки нравишься ты мне, Синичкина, хоть и бесишь охренеть как. Ну ладно, сойдемся пока на таком наборе. Это тебе вместо цветов.
— Ну, спасибо, — саркастично отмечаю я, беря в руки кляп.
— Скидку давай мне.
— С чего это? — возмущенно бросаю я.
— С того, что я для тебя это покупаю, между прочим.
— Сделаю скидку, если этот набор будет на тебе. По крайней кляп.
— Видала? — тычет мне фигу прямо в лицо. — Красный мне не к лицу. Иди давай пробивай.
Пробиваю весь товар, а дальше протягиваю его Егору, тот совершенно точно неспециально, но задевает мой палец.