Отец-холостяк

Сьюзен отрицательно покачала головой. Разочарование на его лице было очень естественным, если б не озорная искорка в глазах.
– До свидания, Тони.
Он рассмеялся и прикрыл за собой дверь.
Она встала и взглянула на свою коротенькую рубашонку. Она прикрывала бедра лишь наполовину, да еще по бокам были разрезы. Войдя в ванную, Сьюзен скинула рубашку и встала под душ.
Ей хотелось понять, к чему клонил Тони, когда так упорно уговаривал ее остаться ночевать. Она слишком хорошо знала его повадки, когда тот был еще мальчишкой. Уж слишком невинный у него вид – что-нибудь да задумал!
Пока что он точно выполнял ее просьбу – сконцентрировал все внимание на Стиве. И перемена в мальчике была поразительной. Сьюзен и не подозревала, насколько Стив был подавлен до встречи с Тони. Теперь же он стал открытее, увереннее в себе, да что там – Стив просто расцвел. Даже ее мать заметила перемену. Мальчик стал раскованнее вести себя с бабушкой, добродушно поддразнивая ее, так что румянец то и дело проступал на ее бледных щеках. Если б она только знала, кто был виновником всех этих перемен! Стив почему-то избрал с бабушкой ту же защитную тактику во всем, что касалось Тони, которой когда-то пользовалась она сама, хотя и по другим причинам. Он знал отношение бабушки к спорту вообще и к взрослым людям, зарабатывающим на жизнь детскими играми в мяч, в частности. Сьюзен чуть не лопалась от смеха, наблюдая, как дипломатично обходит он в разговорах с бабушкой темы, где было бы необходимо упомянуть Тони.
Например, Стив часто рассказывал о бойскаутах, но никогда не упоминал, какую помощь во всех своих предприятиях они получали от Тони. Конечно, ей следовало бы поговорить с ним и указать, что это умалчивание мало чем отличается от лжи. Но у нее не хватало духу – все, что она скажет, будет сплошным лицемерием: ведь она сама годами придерживалась той же тактики в своих взаимоотношениях с матерью, и Стив знал это.
Она закрыла кран, вышла из-под душа, вытерлась и оделась. Отказавшись от макияжа, она провела щеткой по волосам и вернулась в спальню.
Там ее уже дожидался Стив.
– У тебя завтрак остынет, мам, – укоризненно пробормотал он.
– Прости, пожалуйста. Я почему-то двигаюсь сегодня как сонная муха.
– А ты посмотришь, как мы доделываем мою гоночную модель?
– Мне это как-то в голову не приходило, Стив. А почему ты спрашиваешь?
– Просто думал, что тебе будет интересно посмотреть, что мы делаем, – небрежно заметил мальчик.
– О, конечно. Я с удовольствием посмотрю.
– Отлично, мам, хоть ты и ничего не понимаешь в машинах.
– Ты так думаешь?
– Да, ровным счетом ничего, – кивнул Стив. – Хотя теперь ты прекрасно разбираешься в бейсболе.
– Стараемся, – пробормотала Сьюзен и, подойдя к сыну, притянула его к себе.
– Мам, брось эти телячьи нежности. – Мальчик изо всех сил вырывался из ее объятий. – Пошли же. Завтрак стынет.
Тони дожидался их на кухне. На столе ее поджидала чашка кофе и еще яйца, ветчина и тосты.
– Я никогда столько не ем за завтраком, – простонала Сьюзен.
Тони, нахмурившись, взглянул на нее.
– Оно и видно, – серьезно заметил он. – С сегодняшнего дня я сажаю тебя на диету для спортсменов.
Стив расхохотался. Никто не говорил в таком тоне с его мамой. Он с интересом наблюдал, как она это воспримет.
Сьюзен уселась, удивленная серьезным тоном Тони. Может, она действительно слишком переутомляется и плохо питается? Она пожала плечами. Что ж, попробуем послушаться его совета. Она взяла вилку и принялась за еду.
Стив с удивлением наблюдал за ней. Потом перевел взгляд на Тони, и тот подмигнул ему. Этот человек явно имел большее влияние на его мать, чем Стив предполагал. Пожалуй, стоит доверять его указаниям.
* * *
Сьюзен давно уже перестала наблюдать за работой над хитрой конструкцией гоночной машины, когда Тони наконец прервал работу. Они отошли в сторону и какое-то время любовались результатами. Потом Тони стал убирать инструменты, а Стив, схватив метлу, начал собирать в кучку опилки.
 
Тони огляделся, проверил, все ли убрано, и подошел к Стиву.
– Я кое о чем хотел бы поговорить с тобой, Стив.
– Да, Тони. – Стив повесил метлу на крючок.
– Не знаю, подходящее ли я выбрал время, но мне нужно кое-что тебе сообщить. – Он поглядел на мальчика, соображая, с чего начать волнующую его тему.
Стив подошел к нему.
– О чем ты хотел говорить?
– Хочу, чтобы ты знал: я люблю твою мать. В одну секунду обеспокоенное лицо Стива расплылось в улыбке. Его заливистый смех заставил Тони густо покраснеть.
– Тоже мне секрет! – выдавил наконец Стив, перестав смеяться.
– Я хочу жениться на ней, – упрямо продолжал Тони.
Стив засунул руки в карманы и стал раскачиваться на пятках.
– Ты это серьезно, а? Тони кивнул:
– Не возражаешь, если я войду в вашу семью?
Стив вглядывался в посерьезневшее лицо Тони.
– И ты боишься, что она не пойдет за тебя замуж, да?
– Да, и еще, что ты можешь быть против этого брака.
– Похоже, она хорошо тебя знает, – ухмыльнулся Стив. – Ты знаком с нею дольше, чем я.
– Это верно, – признался Тони.
– Сколько я мог заметить, ты ей нравишься, – покровительственно обронил Стив. – Так когда же ты собираешься объясниться?
– Об этом-то я и хотел с тобой посоветоваться. Когда, по-твоему?
– Может, прямо сегодня вечером? Мы пообедаем, а потом я пойду смотреть телевизор в маленькой гостиной, а вы разожжете камин… ну, сам знаешь… такая романтичная обстановка… вот тогда ты и скажешь ей.
– Похоже, ты уже давно за меня все обдумал.
На щеках Стива появился предательский румянец.
– Вовсе нет. Просто так всегда бывает в этих слюнявых телефильмах. – Он возбужденно переминался с ноги на ногу. – Обычно в это время мне дают что-нибудь перекусить, – сказал он и скорчил рожицу.
– Что ж, обычно и я в это время ем. Не думал, что ты так все это воспримешь.
Они стали подниматься по лестнице главного входа.
– Ну, ты ведь всегда можешь попробовать и посмотреть, что из этого выйдет, – философски заметил Стив. – Что, собственно, ты теряешь?
– Действительно – что? – пробормотал Тони, входя в дом.
В одном отношении мальчик был прав. Откладывать дальше не имело смысла. Она должна знать о его намерениях. Тони никогда не скрывал своих чувств. Он просто пытался дать ей время, чтобы она свыклась и освоилась с его присутствием в ее жизни.
В глубокой задумчивости Тони стал готовиться к вечеру. Даже перед последним матчем он так не нервничал. В глубине души он знал, что Сьюзен для него важнее любого приза. Вот только бы найти слова, чтобы убедить ее в этом!
 
Глава шестая
Холодный, пронизывающий насквозь ветер заставил в конце концов Сьюзен прервать ее одинокую прогулку по пустынному пляжу. Руки и ноги превратились в ледышки – даже толстый свитер с капюшоном, который дал ей Тони, не помог. Но прогулка того стоила.
Давно уже Сьюзен не испытывала такого ощущения покоя. Это недолгое одиночество, казалось, разбудило нечто давно дремавшее в ее душе. Когда в последний раз она проводила время в свое удовольствие? Все свободное от работы время она посвящала Стиву. Ее жизнь как бы превратилась в череду поступков, удовлетворяющих нужды других людей. Не пора ли подумать и о себе?
Когда она подошла к калитке, ведущей с пляжа к дому Тони, ноги совсем закоченели. Она пыхтела и кашляла, как волк в сказке про трех поросят. Она вспомнила, как нравилось Стиву, когда она изображала в лицах эту сцену.
Сьюзен взглянула вниз, на длинную череду ступеней, ведущих на пляж, которые она только что преодолела. Она и правда расклеилась. Тони прав. Надо заняться своим здоровьем.
Эта прогулка помогла ей разобраться со своими чувствами в отношении Тони и Стива. Почему, собственно, она должна быть для Стива единственным светом в окошке? Никто не может претендовать на это. Возможно, жизнь сложилась бы по-другому, останься Майкл в живых. Но он умер. И вместо него появился Тони.