Любовь олигарха

Вика снова несколько раз моргнула, не понимая, кто этот человек и почему так холодно.
Реальность, как часто бывает, обрушилась разом, придавив бетонной плитой.
Ночь… Девочка… Мужчины с оружием… И их главный… Безопасник, наверное, или, правильнее, начальник охраны…
Господи, во что она влипла?
Вика мотнула головой, сморщилась от боли и осмотрелась. Двустволки поблизости не было. Убрали, гады. Лишь бы не выкинули! Память от дедушки, для Вики двустволка была очень дорога.
– Кто… вы? – выдохнула она, начиная вставать, упираясь спиной в стену крыльца.
Мужчина несильно ударил руками по коленям и ловко поднялся.
– Правда, интересно?
Вика снова огляделась по сторонам. Мужчины в черной униформе никуда не исчезли, но выглядели куда расслабленнее. И оружием больше никто не махал. Всё крыльцо было заляпано ошметками грязи и следами от больших ботинок.
Зубы Вики запоздало выдали нервную дрожь, и девушка обхватила себя руками. Час ранний, на улице холодно, а она вылетела из дома в одной водолазке. Её зазнобило. И непонятно, от чего сильнее: от промозглого не то весеннего, не то ещё зимнего утра или от страха, который всё сильнее накрывал Вику.
Она одна. Можно сказать, в лесу. В окружении недружелюбно настроенных, вооруженных людей.
Мужчина приглушенно выругался, оглядывая её с ног до головы.
– Ты откуда такая взялась-то, пигалица?
Вика покачала головой.
– А вы? – на чистом упрямстве выдали её губы.
Она снова оглядела двор.
Из одного «монстра» с заднего сиденья спрыгнул мужчина, и в груди Вики зажгло. Несмотря на растерянность, на полную дезориентированность и оглушающее чувство потери, саднящую, раздирающую боль внутри от осознания, что она неудачница, что не смогла защитить девочку или, по крайней мере, здраво поговорить, узнать, кто эти мужчины и с какой целью они пожаловали к ней в беспросветную рань.
Может, и зря она схватилась за ружье…
Даже не может, а, скорее всего, зря.
Если бы они были похитителями девочки и хотели ей зла, то с Викой тем более не церемонились бы. И она не отделалась бы вырубанием. Её бы ликвидировали без сожаления.
От осознания того, что она ходила по грани, Вика сильнее сжала плечи.
Тем временем безопасник, вышедший из машины, направился к крыльцу.
И каждый его чеканный шаг отдавался набатом в голове девушки.
От мужчины не просто веяло опасностью. Он нес её разворотом плеч, своей высокой статной фигурой. Наверное, бывший военный… Вика хотела бы на него не смотреть, и не могла.
Ощущение, что сейчас, в эти роковые минуты, он вышел из машины по её душу, усилилось. Засело в ней и не отпускало, наматывая и так расшатанные нервы на невидимый тягач.
Мужчина выделялся среди других. Этот факт Вика сразу отметила.
Зачем… Зачем она, дура, в него стреляла? Решила напугать… Такого?
Такого приставленным ко лбу пистолетом не испугаешь.
Бывает, встречаешь человека, и инстинкты обостряются до предела. Просыпаются и кричат: беги! Не думай даже задерживать на нем взгляда, не смей разговаривать. Будет только хуже… Возможно, не сейчас и не здесь, но потом. Сто процентов.
Вика не могла рассмотреть его лица. Никак не удавалось. То тень падала на него, то свет от фар.
Да и хотела ли она – вот в чем вопрос.
Происходящее безумие и сумасшествие затягивались. Стук собственного сердца оглушал. Ещё Вику беспокоил вопрос: что с девочкой? Пришла ли она в себя? Все ли хорошо?
Безопасник остановился, не доходя до крыльца, и посмотрел на Вику.
Та отвела взгляд в сторону. К черту… Не будет она на него смотреть. Пусть садятся в свои тонированные «танки» и проваливают, а она…
Вика дотронулась до виска, поморщилась. И снова зачем-то повернула голову в сторону незнакомца.
Тот, расставив ноги на ширине плеч, смотрел на неё.
Вся его поза несла собой непримиримую угрозу.
– В машину её.
– Что?.. – ошалело выдохнула Вика.
 
Глава 3
 
– Не сопротивляйся. Будет хуже, – сказал тот мужчина, который стоял рядом с ней на крыльце, после чего подошел к ней, отлепил от стены и подтолкнул в сторону крыльца.
 
Это дурной сон… дурной…
Как бы Виктория себе ни внушала подобные мысли, не помогало.
Последующее она плохо помнила.
Её затолкали в машину. Не совсем аккуратно, но и не критично грубо. Когда девушка начала яростно сопротивляться, её тряханули за плечи и зло прошипели в лицо:
– Дура, снова хочешь в бессознанку? Валгар всё равно тебя увезет, поняла?
Нет, она ничего не поняла.
И не хотела.
Было больно и безумно страшно.
Вика забилась на заднем сиденье дорогого внедорожника, пахнущего внутри кожей и можжевельником. Она плохо соображала, до конца не признавая, что её похитили.
Нет… Зачем? Кому она нужна? Скорее всего, с ней хотят поговорить. Узнать, как она нашла девочку, как заботилась о ней. И только.
Надо успокоиться и не накручивать себя дальше.
Хватит, накрутила уже.
Вика не истерила, не кидалась на мужчин с кулаками. Она сидела посередине, зажатая двумя молчаливыми бойцами. Они поговорят с ней и отпустят. Всё.
Никому она не сдалась.
Вика не помнила, ни как они миновали чертов мост или реку, не видела точно, куда они едут. За плотно тонированными стеклами разобрать что-либо не представлялось возможным. Вика и не пыталась. Смысл? Хорошо, что на лицо не накинули мешок. Или не вырубили снова.
Место, куда её ударили по шее, болело. Нога тоже продолжила ныть. Вчера Вика её кое-как всё же промыла и обработала перекисью.
Мужчины переговаривались между собой лаконично и только по делу.
Где-то через час Вика попросила:
– Можно мне воды?
Во рту пересохло.
Бутылку ей предоставили молча.
Никаких вопросов или насмешек в сторону Вики не последовало.
Ехали долго. Чем дольше проходило времени, тем сильнее нервничала девушка. Спрашивать, куда они едут, не имело смысла.
Как она снова умудрилась вляпаться в историю? Это же абсурд… Кому расскажешь – не поверят. Из огня да в полымя.
В какой-то момент Вика, не выдержав напряжения, откинулась на подголовник, прикрыла глаза. Будь, что будет. От неё мало, что зависит. Она, конечно, надеялась на благополучный исход. Что её немного потреплют морально и отпустят. Она никому ничего не сделала плохого!
Ни в прошлом, ни сегодня.
А выстрел… Он не считается.
Правда же?
Как бы Вика ни хорохорилась, ни пыталась говорить себе, что с ней всё будет хорошо, страх накрывал волнами.
А они всё ехали и ехали. Девушка не поняла, как уснула. Ей снились родители, то забытое чувство спокойствия, какое свойственно только в детстве.
Разбудили её легким потряхиванием за плечо.
– Просыпаемся, – суховатый бесцветный голос ворвался в сознание Виктории. Та проснулась и заморгала. – Выходим аккуратнее. И накинь вот.
Ей протянули плед, за который она молча кивнула.
Разгуливать в водолазке – сомнительное удовольствие.
Вика не вертела головой по сторонам, не пыталась запомнить какие-то особенности места, куда её привезли. Что бросилось в глаза, так это большая, если не сказать огромная, территория с рассаженными по периметру ухоженными деревьями. Имелось несколько беседок, открытый бассейн, кстати, наполненный водой, и ещё строения, не считая большого главного дома, к которому её и вели.
Безопасник нес на руках девочку. Та прильнула к нему, обвив тонкими ручками мощную шею.
Вика облегченно выдохнула. Слава Богу, малышка пришла в себя.
– Идем, не стоим.
Рядом с Викой снова появился тот бородатый мужчина, который с ней разговаривал на крыльце. И который, скорее всего, её и вырубал ударом в шею. Место удара до сих пор неприятно ныло. Вика не удивится, если к вечеру или к завтрашнему утру обнаружит там приличного размера гематому.
Девушка старалась думать, о чем угодно, только не о том, что происходит вокруг. Пока с ней обращались довольно терпимо. Не шпыняли, не толкали в спину, не обещали четвертовать или пустить по рукам. Ей глаза даже не завязали.