Путь Чести (СИ)

Я кивнул, наблюдая, как бойцы рода Дёминых выбивают дверь и врываются внутрь дома. И тут же стало шумно.
Крики, вопли, звон клинков и отборный мат. А несколько раз где-то в глубине дома даже что-то рвануло.
Неожиданно на втором этаже распахнулось одно из окон. В проёме показался вражеский воин с луком в руках, но выстрелить не успел. Сразу три арбалетных болта буквально вбили его вглубь комнаты.
А почти сразу после этого что-то оглушительно рвануло на третьем этаже. Да так сильно, что языки пламени повыбивали изнутри все стёкла вместе с рамами.
— Хренасе! — напряжённо выдохнул я. И обратился к боярскому сыну: — Кажется, там нужна помощь.
— Не, — отмахнулся он. — Это мой боец развлекается.
Больше практически ничего и не происходило. Крики и звон оружия ещё какое-то время были слышны, но и они быстро стихли. А затем наши воины вытащили во двор двоих человек. И если один из них был живым, хоть и слегка побитым, то второй… У второго отсутствовала голова и кисть правой руки.
— Пошли, — легонько хлопнул меня по спине Сильнов. — Всё кончено!
— Быстро как-то… — произнёс я, но только для того, чтобы хоть что-то сказать. Дело в том, что я узнал человека без головы. Ведь руку он потерял в поединке со мной. А теперь валяется тут, словно мешок с картошкой. Мне даже как-то не по себе стало. Нет, жалости не было. Эти ушлёпки сами виноваты. Сидели бы смирно, и ничего бы не было. Так что не жалел их. Скорее присутствовало сожаление. Ведь бояричу Каганову ещё жить да жить.
А рядом с обезглавленным телом на коленях стоит крепкий мужик со связанными за спиной руками. Насколько я понимаю — боярин Каганов.
Смотрит на мёртвого сына полубезумным взглядом и что-то шепчет себе под нос.
— Я же говорю — слабый род, — ответил на мою фразу Сильнов. — Вот если бы пришлось княжеский кремль штурмовать, то да — так быстро не получилось бы.
— Кремль? — удивился я. Даже от мыслей отвлёкся. — А справились бы?
— Не с такими силами, — отрицательно покачал головой боярский сын. — Кремль — твердыня серьёзная. И людей там много. А любая крепость именно людьми сильна!
За разговором мы подошли практически вплотную к обоим Кагновым. К мёртвому и пока ещё живому. И беседа как-то сама затихла.
Стоим, молчим, смотрим.
— Кто это сделал? — вдруг закричал Каганов и начал дёргаться, пытаясь разорвать путы.
— Это сделал ты, Руслан, — спокойно ответил ему боярский сын Сильнов.
Каганов поднял голову, нашёл взглядом говорившего и скривился от ненависти.
— Это сделал ты, — повторил дядя Саша, — когда послал своих родичей убить нашего боярича и нашу боярышню.
— Будьте вы все прокляты! — прошипел Каганов и отвернулся. Но затем встрепенулся, снова поднял взгляд и пообещал: — Вы все умрёте! Княгиня этого так не оставит. Я её человек! Её гвардеец! Вы все ответите за мою смерть и смерть моей семьи!
— Дерьмо ты ослиное, боярин, — презрительно скривился Александр Сергеевич. — И княгиня сама решит, что с тобой делать. Живи пока.
— Я требую суда… — прошептал Каганов.
— Княгиня рассудит, — пожал плечами боярский сын
— Я требую суда поединком! — закричал пленный боярин
— Да? — удивился Сильнов. — Ну что же, так даже проще. Я согласен.
— Не с тобой, пёс! — покачал головой Каганов и расхохотался. — С ним!
Взгляды всех присутствующих скрестились на мне. А на меня какая-то апатия навалилась. Я просто стоял и смотрел на обезглавленное тело младшего Каганова.
— И думать забудь! — отрезал Сильнов.
— Не тебе решать, пёс! — оскалился боярин. — Богам!
— Так бейся со мной, — в очередной раз проигнорировал оскорбление боярский сын.
— Я боярин, пёс! И боги знают это. Потому требую поединка с вашим господином. Но он может отказаться, — снова рассмеялся полубезумным смехом Каганов. — И тогда все будут знать, что боярич Дёмин трус, который прячется за своих людей!
— Все будут знать то, что я им скажу! — повысил голос Сильнов. — Так что закрой свой рот и не вынуждать убить тебя до суда.
Но боярин не испугался. Он сплюнул на землю и расхохотался полубезумным смехом.
 
Ну да — думает что отомстил. Надеется, что я сейчас откажусь и уроню свой авторитет среди бойцов рода.
И, в принципе, так и будет. Суд богов — дело такое. Откажешься и покроешь себя позором на всю жизнь. Если я хочу со временем действительно стать во главе Младшей ветви рода, то отказ перечеркнёт все мои планы. Да и в княжестве оставаться в таком случае тоже не имеет смысла. Все будут знать, что я трус.
Хотя на самом деле не всё так грустно. Он боярин с огромным боевым опытом и каким-то там рангом. А я всего лишь молодой боярич, что пороху не нюхал. Но…
Эта тварь хочет, чтобы нас рассудили боги! То есть переложить вину за мёртвого сына на кого-то другого. А заодно и отомстить. Но хрен там! Суд богов, так суд богов! Этот ушлёпок даже не догадывается, с кем связался!
— Как же вы мне надоели, со всем вашим чёртовым родом, — негромко произнёс я и, наконец-то, посмотрел на боярина Каганова. — Суд богов, говоришь? Ну что же — убью тебя лично!
— Маркус, ты чего творишь?! — схватив меня за плечо и повернув к себе лицом, зашипел Сильнов.
А вот находившиеся рядом воины явно повеселели. Зрелища хотят.
— А что ты предлагаешь, дядь Саш? — так же тихо огрызнулся я. — Отказаться и покрыть себя позором? Сам же сегодня про путь чести говорил…
— В данном случае этот путь ведёт к твоей смерти! — сквозь зубы прорычал боярский сын. — Он — мечник четвёртого ранга! Понимаешь, что это значит?
— Четвёртого? — немного опешил я. И идея поучаствовать в поединке сразу же потеряла всё свою привлекательность.
— Четвёртого! — повторил Сильнов и выругался. — Чем ты вообще думал…
— Так, подожди! — перебил я его. — Правила какие? Оружие?
— Оружие любое. Но Каганов — мастер сабли. Правил никаких.
— Ага… Сабля, говоришь? Так, так… Мне надо подумать!
— О чём, мальчишка? — грустно спросил дядя Саша. — Думать надо было раньше…
— Десять минут у меня есть? — не обратил я внимания на его слова.
— Есть, — кивнул Сильнов, глядя на меня как на душевно больного. Ну-ну! Пусть думает что хочет. А я за эти десять минут успею кое с кем посоветоваться!
— Тогда — ждите. И развяжите уже Каганова. Чего он там валяется?
Отдав указания, я огляделся и потопал в дальний конец двора. К забору. Уселся там в позу лотоса, расслабился и начал правильно дышать. Спустя минуту окружающие меня звуки практически исчезли, а голова стала очень и очень ясной. И уже проваливаясь в транс, я пожелал увидеть своего предка.
Место, где обитал Бьёрн Сервеный, с последнего моего визита изменилось до неузнаваемости.
Во-первых, теперь помимо озера, поляны и огромного дуба, тут был лес. Самый настоящий. Причём дремучий и очень красивый. Словно из сказки.
Во-вторых, рядом с дубом стоял небольшой домик. Деревянный, красивый — как с картинки.
Ну и в-третьих — сам Бьёрн! Он сидел на берегу озера, за столом. Рядом потрескивал костерок, над которым жарился здоровенный кусок мяса. А в руках у предка была большущая деревянная кружка, в которую он как раз в этот момент что-то наливал из большой глиняной бутылки.
Хренасе он тут развернулся! Для полноценно счастья предку только девок голых не хватает…
— А, потомок! — радостно заорал Северный, заметив меня. И повёл рукой, указывая на окружающий мир. — Видел?! Оказывается, я теперь сам могу создавать тут всё, что угодно. Представляешь!
— А девок чего не создал? — язвительно спросил я.
— Девок не могу, — взгрустнул предок и отпил из стакана. — Но я стараюсь! Да и ладно! Всё равно от баб одни проблемы. Вот создашь тут такую, а она начнёт свои порядки наводить. А скажешь чего не так, и от тела отстранит. Оно конечно того — можно и силой взять. Но по любви слаще выходит.
— М-да, — только и смог сказать я.
— Ты чего там стоишь? — снова повеселел Бьёрн. — Иди сюда, выпей со мной! Сейчас ещё и кабанятина поспеет.