Плохой хороший парень (СИ)

— Зачем ты здесь?
— Хотел узнать, всё ли в порядке?
И даже сейчас мою искренность Юна сочла за издёвку.
— Серьёзно? — задохнулась она. — Ты меня за идиотку держишь? Выкладывай, что тебе нужно или я ухожу.
Настрой девушки вынудил перенять её правила.
— Ты права. Меня интересует кое-что другое… Могу я поболтать с твоим отцом?
Её глаза серые глаза расширились, губы дрогнули в подступающей панике.
— Нет, — за её коротким ответом таилось ярое отпирательство.
— Дело в том, что мой вопрос прозвучал из вежливости. Меня мало интересует твоё мнение. Я встречусь с ним сегодня, так или иначе.
Крохотный кулак воткнулся в мою грудь, сжав футболку до треска.
— Ты не посмеешь, — процедила она сквозь зубы. — Только через мой труп.
— Ты провоцируешь меня на преступление, Мурка. Давай обойдёмся без жертв.
Юна не догадывалась, что воинственные намерения завлекли её в клетку неприятностей. Я знал об этом, но уже не мог ей помочь. Единственный человек, который имел возможность противостоять обеим сторонам — был её отец.
— Исключено! — бросилась она, когда я проник в подъезд. — Это вне закона!
— Правда? — посмеивался я, стремительно покоряя ступеньки. — Безобразие! Нужно срочно звонить в полицию! Напомнишь мне номер?
— Майский!
Девчонке не хватило сил, чтобы задержать меня и, распахнув нужную дверь, я без труда проник в квартиру. Наши громкие сопротивления в прихожей спровоцировали внимание хозяина. Окошко света, вытекающее из кухни, разбила широкая тень.
— Это ты, дочка? — прозвучал глубокий голос, и я победно улыбнулся.
Прочувствовав всю неизбежность ситуации, Юна завела руку, чтобы отрезвить меня очередной пощёчиной, но я пресёк её на полпути, крепко обхватив запястье.
— Знаешь, что мне в тебе нравится? — прошептал я, пользуясь последними секундами. — Твоя непокорность… Усмирять её — одно удовольствие.
  
9
 
Юна
Меня парализовало от наглости Майского.
Он расселся в моей прихожей и, с фирменной ухмылкой победителя, скидывал с себя грязную обувь. Было сложно поверить в происходящее, но с каждой следующей секундой сомнений оставалось всё меньше. Тимур не думал шутить и уже уверенной походкой направлялся на кухню, где сейчас находился отец.
Я накрыла рот ладонью, боясь представить, чем закончится эта встреча.
Что он творит? Что на этот раз задумал?
— Здравия желаю, товарищ подполковник, — прозвучало подобно залпу, и я сорвалась с места, но уже не могла повлиять на ситуацию. Май стоял в дверном проёме, скрестив на груди руки и игриво покачиваясь на пятках. — Не помешал?
Забыв о кружке с чаем, отец вскочил из-за стола. Обдав грозным взглядом Майского, он нацелился на меня с молчаливым: «Какого чёрта здесь происходит?».
— Я и не надеялся на тёплое гостеприимство, — пожал плечами Май, бесцеремонно усевшись на стул. — Но вы могли хотя бы притвориться.
— Ты… — задохнулся отец и, поддавшись вперёд, собрал в кулаках скатерть.
— Пожалуйста, папа! Не надо!
Мгновенно среагировав, я создала собой живой барьер. Но даже отсутствие табельного в руках родителя не гарантировало безопасность Майского. Я слишком хорошо знала своего отца и на что он способен в гневе.
— Неприлично бросаться на человека, который пришёл к вам с добрыми помыслами, — равнодушно произнёс Тимур, рассматривая свои пальцы. Его не заботила свирепость отца. Он был к ней готов. — И не нужно метать молнии в дочурку. Она здесь ни при чём, однако станет причиной нашего диалога… Он ведь состоится, правда? — кокетливо поморгал парень.
Как и для отца, заявление Майского пришлось мне полной неожиданностью. Теперь мы оба обратились к нему с требовательным вниманием.
— Но перед тем, как начать, я бы посоветовал даме покинуть комнату переговоров. Поверьте, это для общего блага.
— Я с места не сдвинусь, — мой голос был полон серьёзности. — Не раньше тебя.
Фривольно вытянувшись на стуле, Майский устало вздохнул:
— Это было ожидаемо… Что ж, тогда приступим, — он со звуком опустил ладони на столешницу. — Должен сказать, что рос без отца и не был совращён высокими манерами. Все эти правила общения со старшем поколением не для меня. Так что давайте опустим сантименты и поговорим начистоту, как аферист с офицером.
 
Плотно поджав губы, отец опустился на диван. Даже такое крохотное повиновение было для него унизительным, но Май знал толк в манипуляции.
Он шантажировал его моим именем.
— Выкладывай, гадёныш.
Очередное определение вызвало у Тимура мимолётную улыбку.
— У меня к вам два вопроса, Олег Викторович. Начнём с первого, — Майский сделал паузу, а после нахмурился. — На кой чёрт вы позволили Юне в это ввязаться?
— Не твоё дело! — рявкнула я, но отец остановил меня взмахом руки.
Теперь его взгляд стал более заинтересованным.
— Хочешь ткнуть меня носом в собственную ошибку? Не утруждайся, парень. Я пошёл на это без особого желания. Сглупил, в этом нет сомнений.
— Рад, что вы это признаёте, — просиял Тимур. — А значит, вы небезнадёжен и заслуживаете услышать следующее… Вы хоть на секунду допускали, чем это может обернуться для вашей непокорной принцессы?
Глаза отца сулились до тёмных щёлок.
— Полагаю, ты мне расскажешь, — голос папы дрогнул, вместе с ним сжалось моё сердце. Но я побоялась не за себя, а за возможность быть отстранённой от дела, ведь Майский очевидно лукавил. Единственное, что его в действительности волновало, так это мой постоянный надзор.
Но несмотря на догадку я дала ему шанс выговориться.
— Вчера к вам в руки попал диск с крайне интересной информацией. Буду честен, Юна получила его незаслуженно. Данная щедрость была моей личной инициативой, — спустя секунду улыбка покинула Майского. — И моя доброта не осталась без внимания плохих людей. Словом, теперь за Юной ведётся слежка.
Отец ударил по кружке, отчего та упала на пол и разбилась на осколки.
Проклятье, папа… Зачем ты только слушаешь этого обманщика?
— Я прекрасно понимаю ваше негодование, — поспешил признаться Май, — и не допущу, чтобы Юна пострадала. Не без вашей помощи, — добавил он.
— С чего вдруг, ты решил рассказать мне всё это? Ты — мошенник, который годами дурит весь город и не имеет ни капли совести.
Щелчком пальцем Майский убрал со своего колена осколок.
— Если вы привыкли клеймить человека за поступки, то никогда меня не поймёте, чтобы я не ответил. Довериться или нет — решать только вам, — встав из-за стола, Тимур поправил воротник куртки. — И судя по этой растерянности в глазах, вы уже мне верите. Так зачем строить из себя офицера, когда вы в первую очередь отец?
Лжец. Мерзавец. Он всё это нарочно.
Перед тем как уйти, Майский добавил:
— И дело не только в Юне… Вам тоже следует быть аккуратным.
Меня укололи его слова. Но больше поразило то, что с ними молчаливо согласился отец. Казалось, что он оба знают то, о чём я даже не догадывалась.
— Мне нужно несколько минут, — предупредила я, прежде чем броситься вслед за Майским. Мне удалось нагнать его уже в подъезде. Оставив всякую вежливость, я вцепилась в ворот его куртки и рьяно встряхнула. — Не так быстро, Май.
— Я не останусь с ночёвкой, даже не проси…
В тот момент я пожалела, что не могу впиться когтями в его кожу.
— Что за игру ты ведёшь?
— Игру? — хмыкнул парень. — Ты правда думаешь, что я так забавляюсь?
— А как ещё это понимать? Являешься ко мне без спроса, беседуешь с отцом, заявляешь о своей обеспокоенности… Никогда не поверю в этот спектакль.
Тимур мгновенно помрачнел, а затем с грубостью убрал от себя мои руки.
— Не обольщайся, Юна. Ты не редкая микросхема, чтобы я о тебе беспокоился. Так вышло, что теперь мои интересы совпадают с твоими. О благородности и речи быть не может…