Сердце января (СИ)

К концу второй пары, когда Хилин вдумчиво разбирался с очередной лабораторной, активизировалась Ксюша. Она доставала рокера глупыми вопросами, донимала уточнениями по поводу наших отношений и слишком уж много вынюхивала — пыталась подловить на лжи.
— Кстати, — девушка коварно улыбнулась, тряхнула своими длинными русыми волосами и уставилась на меня, — видела, что у "Сердца января" через месяц концерт в Москве. Ты что, уедешь?
Старалась не подавать вида, и всё же информация застала меня врасплох. Даже глаз начал дёргаться.
— Да, — сухо отмахнулся Арс.
Больно кольнуло где-то в области сердца. Он даже не пытался оправдаться. Впрочем, наши отношения носили исключительно фиктивный характер, разве я могла на что-то рассчитывать?
— А как же Соня? — удручённо нахмурились Ксюша и в то же время послала мне насмешливый короткий взгляд. Играла она хорошо. Даже слишком.
Я ждала чего угодно в ответ: тупой шутки или лжи о том, что наша любовь и до этого выдерживала преграды в виде расстояния. Но он с серьезным видом выдал спокойно:
— Она поедет со мной.
Все загалдели, перекрикивая друг друга, требуя что-то объяснить, поздравляя, завидуя и даже восхищаясь. Ребята одобряли выбор рокера и поддерживали, девчонки выражали сомнения по поводу этой затеи. Лишь Арс сдержанно молчал.
На этой ноте в аудиторию вновь вошёл преподаватель и с радостью отпустил всех, ведь время вышло. Я вскочила на ноги, спрятала телефон в рюкзак и пошла на выход, когда Хилин схватил меня за руку и дёрнул на себя.
Больно.
С ужасом зыркнула на его ладонь, обхватившую моё запястье, вырвалась, отскочила на метр и тихо зашипела:
— Не подходи.
Но разве слова могли остановить Хила? Он сердито сцепил зубы, вновь крепко схватил меня за руку, правда уже в районе локтя, и с вымученной улыбкой вытащил из кабинета. За пару мгновений мы оказались на лестнице — безлюдной и страшной.
Убегать с криками я не стала, лишь прижалась спиной к холодной бетонной стене и постаралась с ней слиться. Пожалуй, в тот момент я была как минимум того же цвета — бледно-серая.
— Что ты творишь? — процедил сквозь зубы Арс и воровато оглянулся. Перевесился через перила, глянул вниз и попытался понять, не греет ли кто-то из любопытных студентов уши. То ли чутье, то ли разведка что-то подсказала, но парень нахмурился, сделал шаг ко мне и заговорил так тихо, как только мог. — Прекращай устраивать цирк у всех на глазах. Моя репутация может пострадать.
— Да плевала я на твою репутацию, — только и смогла фыркнуть.
Хоть возможная разгадка смерти брата и была как-то связана с Сеней, сердце и тело на его близость реагировали всё так же по-старому.
Он чуть отклонился, нервно пригладил волосы и прикусил губу. Его голубые глаза сканировали моё лицо миллиметр за миллиметром, избегали встречи с моим взглядом. И вот он сдался.
Ещё со школы мы играли в “гляделки”, чтоб выявить победителя. Сначала на кону стояли мороженое, мытьё посуды после совместных с семьёй Хилиных посиделок, брелоки и прочая чепуха. Чем старше мы становились, тем быстрее повышались ставки. В те времена это казалось весёлым — после начала отношений всё свелось просто к желаниям, только каждый раз Арс меня удивлял. Впрочем, я тоже не отставала.
Сейчас он понял всё без слов и послушно уставился на меня. Я не планировала сдаваться, ведь в качестве трофея можно было выведать информацию.
В голове зазвучал таймер.
Шесть. Семь. Восемь. Девять.
Начало щипать глаза, отчего я отвлеклась и моргнула.
— Ты проиграла, с тебя желание, — самодовольно улыбнулся Арс и, наклонившись к моему уху, добавил. — Не знаю, кто и что тебе наговорил. Или, может, ты сама додумалась. Но я никого и пальцем не тронул. Никогда.
— Ну, конечно, — недоверчиво оттолкнула Сеню. — А в газетах, значит, полное враньё писали.
Он не один и даже не два раза попадал на жёлтые страницы под броскими заголовками. Драки, дебош, потасовки — причём, в трезвом состоянии. Складывалось ощущение, что Арс любит махать кулаками, только обычно он старался избегать мордобоя. Всегда считал, что его великолепное лицо не должно страдать от синяков. Пожалуй, это же и являлось единственной причиной, почему он не пил, не курил и ничего не употреблял — его самолюбие не позволяло так обращаться со святая святых — собственным телом.
 
— То, что мы с кем-то не поладили и поставили друг другу пару синяков, не делает меня убийцей, — я испуганно отпрянула от него и чуть не упала. Арсений своевременно схватил меня за запястье и дернул на себя. — Думаешь, я не понимаю, откуда ноги растут? То всё хорошо, то вдруг резко шугаешься и от каждого шороха подскакиваешь. Я не такой тупой. Только вот ситуации это не меняет, о причинах отъезда сказать не могу. Пока что. Пойдем поедим лучше.
Он направился вниз по лестнице, весело насвистывая известную мелодию из Микки Мауса, словно понимал, что я полностью на крючке. Отчаянное желание узнать о том, что же заставило рокера спешно скрыться из города, пересилило даже инстинкт самосохранения, и я послушно отправилась следом.
Местная столовая не впечатляла ассортиментом и вкусовыми качествами по мнению музыканта, поэтому он уверенной рысцой побежал к автомобилю.
— Я зверски голоден. Между прочим, в обязанности моего помощника входит и кормление. А ещё предложения по проведению моего досуга. Можешь начинать.
Выбор Хилина пал на известное во всём городе кафе-бар, где он спокойно пообедал. Парня не смущало ни моё присутствие и нежелание кушать, ни любопытные официантки, то и дело пробегающие мимо с телефонами, камеры которых были нацелены на нас. Он словно ушёл с головой в свой мир, а я тем временем смогла заняться насущными проблемами: достала блокнот, ручку и мобильный, чтоб записать все занятия, по которым Хилин должен был получить зачёт. Потом у каждого предмета написала, что для этого требовалось и проставила плюсы там, где уже ничего делать не приходилось.
Список получился удручающим с учётом того, что о большинстве учебных предметов рокер наверняка слышал впервые. Он лишь Лениво отмахивался и поглощал креветки со скоростью пулемёта:
— Ты почему не ешь? Ты ещё совсем недавно на моей кровати ни жива ни мертва валялась, а теперь уже от пасты отказываешься.
— Лично я не понимаю, как тебе кусок в горло лезет, — недовольно ворчала, хотя понимала, что только я пережила за утро стресс от состояния "мой бывший — убийца" до "а может быть и нет". — Не знаю, в курсе ли ты, но вообще тебе нужно получить шесть зачётов. Ну, или допусков. В общем, откучить шесть преподов, чтоб они написали рекомендации. Правда, не понятно, что с физрой делать.
Горестно вздохнула и поставила напротив соответствующей пометки жирный знак вопроса.
— Да не парься, — Арс взял в руки стеклянный чайник с красно-малиновой жидкость внутри, выжидающе посмотрел на меня, сделал предлагающий жест и сразу же налил цветной взвар в две красивые чашки. — Физкультура в список моих предметов не входит. Пей.
— Может, есть ещё какие-то уточнения? — недовольно скуксилась и вычеркнула и название, и вопросительный знак из блокнота.
— Да, ещё сын ректора у вас ведёт что-то, его тоже сдавать не нужно.
Облегчённо выдохнула: это был один из самых странных предметов, где требовались не знания, а умение оформлять по ГОСТу расчётно-графические работы. Пару бессонных ночей из списка дел на ближайшее время можно было убирать.
— Тогда остаётся всего четыре предмета, — парень радостно хлопнул в ладоши, чем испугал и без того дрожащую официантку. Девушка фактически бросила на столик тарелку с десертом, промычала что-то и сбежала к барной стойке. — По одному из них у тебя сделаны почти все лабораторные. Ещё по одному нужно написать небольшой доклад на выбранную тему, там всё легко. Вот только как быть с математическим анализом — ума не приложу. Да и "дифуры" ничем не лучше.
— Ой, ты всё о делах, — отмахнулся парень и вдруг повернулся к бару, где столпились привлекательные официантки в коротких юбках и белых блузках. Я только тогда заметила их весьма откровенные наряды и похотливый взгляд музыканта, отчего сердце больно закололо и заныло. Словно меня это всё должно было как-то волновать.