Нелюбимая жена

 Мира сразу же стухает, хотя обычно ее это не так задевает.
– Из-за учебы, – уныло отвечает она. – Сказал, что не пустит меня учиться. А я ведь так убеждала его! Говорила, что после универа мы могли бы работать вместе в его офисе, но он ни в какую. Говорит, что не будет его жена ни работать, ни учиться. Шовинист хренов!
– Может он передумает после свадьбы, – утешаю я ее, хотя знаю, что надежды мало.
 Тимур – парень упертый. Всего двадцать семь лет – а характер тот еще. Ничуть не уступает дядиному.
 Мой дядя Анвар – отец Самиры, мужик-кремень. У него все по ниточке ходят. Даже мой отец – его младший брат.
 Дядя Анвар, как глава нашего рода, не позволяет девочкам из семьи учиться после школы, а Мира с детства грезит о карьере где-нибудь в офисе, хочет поступить на экономический. Она всегда говорила, что пойдет учиться после свадьбы, потому что тогда уже ее муж будет решать, но ей не повезло влюбиться в Тимура, который оказался таким же деспотом, как и ее отец. Мне мало верится, что он изменится после свадьбы, но не лишать же ее последней надежды?
– Обязательно передумает, – говорит мне Мира. – Я ему сказала, что пока не даст слово разрешить мне учиться – замуж за него не пойду. Посмотрим, как сильно он хочет жениться на мне.
 Я могу только восхититься ее смелости, потому что сама в жизни не посмела бы рискнуть отношениями с Мурадом и ставить ему условия. Да, я тоже хотела бы учиться и работать в будущем, но если он мне не разрешит, то не буду настаивать. Хотя, зная моего Мурада, он-то будет не против. Но Мире этого не говорю. Зачем сыпать соль на ее раны? Все-таки, это ей, а не мне, стоило выбрать мужчину попроще.
***
 Не берет трубку, черт бы ее побрал! Паршивка мелкая! Любимая, чтоб ее!
– Скрутила она тебя, брат, – смеется сидящий рядом Максуд.
– Смейся мне! – рычу на друга. – Вот найдет тебе семья жену, посмотрю, как ты запоешь.
 Максуд из еще более традиционной семьи, чем я, и в курсе, что жениться по своему выбору ему не дадут, вот и бесится при виде моего счастья. Сам на мою Самиру облизывался, но я первый с ней познакомился.
 Самира…
 Вредная моя девочка. Как встретил ее, голову совсем потерял. На других даже смотреть неинтересно, так зацепила меня своей красотой и живым характером. Несмотря на острый язычок, она – яркая и солнечная девочка, душа любой компании. Люди тянутся к ней, к огненной энергии, исходящей от нее, и я не стал исключением.
 Увидел ее на праздновании дня рождения своей двоюродной сестры, с которой они дружат, и сразу же познакомился и попросил номерок. Не дала, зараза, хотя глазки так и блестели при взгляде на меня. Понравился. Я это сразу понял. Однако, решила поиграть в неприступную. Номер я все равно потом у сестренки взял и позвонил, включив обаяние на полную. Конечно, она не устояла.
 Сам не думал, что так стремительно меня затянет в ее сети, не планировал жениться до тридцати, но прижала меня девочка. Хочу ее, сил нет, а до свадьбы мне даже поцелуя не перепадет. Девочка-то приличная. Не единого двусмысленного намека не терпит. Один раз попробовал прощупать почву, так меня как первоклассника отчитали за неприличное поведение и неделю не разговаривали. Кое-как уговорил простить меня. Уже год вместе, и, наконец, она согласилась выйти за меня. Планировал на следующей неделе послать сватов в ее дом, но девочка начала ставить условия.
 Учиться ей захотелось и карьеру! И что дома не сидится, все же есть? Будет жить, как королева, благо, мои доходы позволяют. Ан нет! Уперлась, как баран.
 Однако, потакать ей в этом конкретном желании я не собираюсь. Сватов все равно пошлю, знаю, что ее отец не откажет. Они с моим отцом, оказывается, давно знакомы и очень уважают друг друга. Папа намекнул ее отцу, что присматривает невесту для меня и тот воспринял это благосклонно. Заявил, что любой сочтет за честь отдать свою дочь в нашу семью. Это все равно, что заявить о прямом согласии, потому что большего сказать невозможно, неприлично все же. А они мужчины старой закалки, напрямую, пока официально не объявлено, не поговорят.
 
 В любом случае, о нашем совместном будущем я не переживаю, уверен уже, что препятствий не будет. Но то, что обижается на меня моя Самира, как дитя малое, отказываясь говорить и игнорируя звонки, напрягает. Вон, даже кузине ее позвонил, но и Лейла, которую я всегда считал союзницей, меня вежливо обманула. Знаю же, что Мира сейчас у нее, даром что ли установил на ее телефон отслеживающую программу?
– Так что, поедем на днюху к Васиму? – предлагает во второй раз Максуд, с которым мы вышли из офиса пообедать.
– Да, на моей машине поедем, – сообщаю я ему. – Пить все равно не буду. Завтра домой лечу, а перелет с похмелья – то еще приключение.
 Вечером, как и договорились, отжигаем в клубе, празднуя днюху еще одного друга, а вернувшись домой слегка за полночь, я пытаюсь снова дозвониться до своей заразы.
 Не берет, черт бы ее побрал!
 Уже утром, вылетая на родину, я значительно успокоен звонком отца, который сообщает, что договорился о встрече. Если все пойдет, как я планирую, уже через месяц-полтора Самира будет моей женой и обратно в Москву, где я работаю большую часть года, мы вернемся вместе.
 
Глава 2
 
 На следующий день Мурад приглашает меня пообедать вместе и я звоню Мире, чтобы она меня прикрыла. Мама в курсе, что у меня есть парень, но от отца скрываем. Он бы убил меня за это или того хуже, сдал дяде Анвару.  Учитывая, какой контроль осуществляют над нами родители, просто выйти из дома и поехать, куда захочется, мы не можем.
 Мира говорит, что мы поедем вместе и пока я обедаю с Мурадом, она пройдется по торговому центру. Надо ведь показать покупки, за которыми мы вышли.
 Так мы и поступаем.
 Я безумно рада видеть Мурада, потому что он был очень занят последние две недели.
– Как твой брат? – спрашиваю его первым делом, когда мы садимся за столик в зоне фудкорта.
 Мурад выглядит очень уставшим, под красивыми ореховыми глазами залегли темные круги.
– Ему стало лучше, – слабо улыбается он и у меня щемит сердце.
 Мой бедный, уставший мужчина! Тащит на своих плечах семью, потому что им даже помочь некому, а расходы на больного немалые.
– А мама как? Все еще болеет?
 Его мать – вдова с очень тяжелой жизнью. Из-за болезни старшего сына она состарилась раньше времени и часто болеет на нервной почве.
– Ей тоже лучше. Вот, прислала твою любимую халву.
 Мурад протягивает мне красиво упакованную коробочку с домашней халвой и я с восторгом беру ее.
– Передай ей огромное спасибо и привет от меня, – нежно улыбаюсь, открывая крышку и пробуя свое любимое лакомство.
 Знакомиться с его матерью до свадьбы неприлично, но мы знаем друг друга заочно. Я как-то призналась Мураду, что очень люблю эту халву, а он сказал, что лучше его матери ее не готовит никто. С тех пор, моя будущая свекровь и начала присылать мне ее время от времени.
– Я скучал по тебе, – говорит он, и смотрит с такой непривычной нежностью на лице, что я смущаюсь и отвожу взгляд.
– Тебя взяли на работу в ту компанию? – спрашиваю у него, чтобы сменить тему.
– Взяли, – с ликованием сообщает он. – Как раз сегодня утром позвонили и сообщили, представляешь? Начинаю после выходных.
 Бывший одноклассник Мурада, работающий в крупной компании на хорошем посту, посоветовал его на должность доставщика особо ценных грузов. Работа конфиденциальная, график гибкий и главное, за нее хорошо платят. А еще, он все еще может подрабатывать таксистом в свободное время.
– Поздравляю, я очень рада за тебя!
– Спасибо, – улыбается он. – Но это еще не все новости. Со мной вышел на связь дядя. Брат отца, о котором я тебе рассказывал, помнишь?
 Припоминаю, что он говорил, что его дядя уехал в Германию двадцать лет назад и они потеряли связь с ним, даже не знают, жив ли он.
– Как он узнал твой номер? – удивляюсь я.