Почтальон (СИ)

— Может, там грабители? — предположил Травин.
— Коли думаешь, что преступление, за мостом милиция, туда и беги, соколик, а то, если интересно, сам бы и посмотрел. Потом поведаешь, шпиён там али несознательный трудящийся, выпимши в ресторации и освежиться вышедший.
У Травина возникло желание просто пойти домой, и он бы так и сделал, но оставлять мотоцикл рядом с местом, где, возможно, происходить что-то противозаконное, не хотелось. Дом-колодец имел два входа — первый, с запертой калиткой, где Сергей уже побывал, со стороны моста Красной армии, и второй, с наглухо заваренными воротами, который выходил на улицу Троцкого. У ресторана был свой служебный вход, но соваться туда Сергей не хотел, нужно было пройти через весь зал и кухню, мимо пьяных людей и недовольных работников общепита.
При царизме каждая квартира имела свой выход во двор, но потом, при уплотнении, эти двери заколотили, осталась только одна. Если зайти в подъезд на улице Володарского, со стороны городской ночлежки, то у единственной коммунальной квартиры на первом этаже был свой чёрный ход — Травин эту нехорошую квартиру знал, и даже ходил туда с почтальоном, пожилой женщиной, которую перед этим там же и ограбили.
Дверь в квартиру была заперта на обычную защёлку, ключами её обитатели никогда не пользовались. Вот комнаты, те — да, закрывались в отсутствие хозяев на висячие замки, а когда те были дома — на задвижки, и всё равно, соседи обносили друг друга, дрались, а потом вместе пропивали вещи, которые тут же в ломбарде и закладывали. Взрослые жильцы не работали, промышляли мелким воровством и проституцией, а дети попрошайничали в торговых рядах. Травин открыл дверь ногой, шикнул на испитого мужика, высунувшего голову из комнаты, прошёл по длинному загаженному коридору, аккуратно, чтобы не наступить в кучки мусора или ещё чего похуже, пробрался через кухню, осторожно выглянул во двор. Ломбард занимал двухэтажное здание с подвалом, где хранились особо ценные предметы залога, и охранялся ведомственной милицией горкомхоза, ему также принадлежали несколько бывших квартир на первом этаже, где хранилось малоценное барахло. Квартиры вскрывали, вещи выносили, директора ломбарда увольняли, а то и сажали, нанимали нового, и так продолжалось уже давно.
В ночное время на первом этаже должен был сидеть милиционер, окошко комнаты охраны тускло светилось. Травин, шагая по периметру дома, добрался до ломбарда, заглянул в окно — в комнате никого не было. Лампочка под потолком, стол, на котором лежала тетрадь и стоял недопитый стакан чая, отодвинутый стул, возможно, охранник отошёл по своим делам, и должен был вернуться.
За спиной послышалось шевеление, теней было как минимум две, они очень осторожно, мелкими шажками приближались к Сергею. Одна тень была вооружена ножом, сталь блестела от падавших на неё лучей, вторая держала в руке наган. Травин пошевелил пальцами, спуская кастет вниз. С большинством людей он мог бы справиться и голыми руками, но при помощи металла ломать кости было надёжнее.
Сергей надеялся, что человек с пистолетом просто так стрелять не решиться, звуки выстрела могли привлечь ненужных людей. Незнакомец держал наган в полусогнутой руке, стволом вниз, как бы показывая, что готов применить оружие в любой момент, но делать этого не хочет. Человек с ножом чуть приотстал, пропуская напарника вперёд, и был готов прийти на подмогу, если жертва не испугается. Он был опаснее — и потому, что внимание на себя должен был привлечь человек с пистолетом, и потому, что ему можно было не опасаться звуков от применения оружия. Сергея это вполне устраивало, у него были длинные руки, это увеличивало радиус удара, к тому же на нём была куртка из толстой кожи, которая, хоть и стесняла немного движения, сама по себе была неплохой защитой, и кожаные ботинки на толстой твёрдой подошве. Про ноги противники обычно забывали, особенно если их внимание направить на другую угрозу.
Сергей сложил ладони в трубу, прислонил к стеклу и сделал вид, что вглядывается внутрь комнаты. Ему показалось, что он разглядел кончик сапога, кто-то лежал в коридоре, Травин прищурился, пытаясь сконцентрировать взгляд и одновременно не потерять из виду приближающихся людей. Кастет он спрятал в ладони, придерживая мизинцем.
 
Первый и второй что-то между собой выяснили, человек с ножом начал обходить Сергея сбоку, а тот, что с пистолетом, приблизился.
— Вы что-то хотели, гражданин? — он не дошёл до Травина метра два. Сергей обернулся — обычный человек среднего роста, с короткой стрижкой, в шерстяном пальто, на лацкане, который он старательно приоткрывал, блестел значок.
— Да, у меня сломался мотоцикл, дворник обычно пьёт с пролетариями, которые в квартире номер шесть живут, но там его сейчас нет, вот я и подумал, может он здесь. А вы, собственно, кто?
— Рабоче-крестьянская милиция, — человек быстро отвернул и завернул обратно лацкан, с обратной стороны был обычный винтовой замок. — Это охраняемый объект, товарищ. Ночь, в такое время дрыхнуть надо, а не по ломбардам шастать, пройдёмте со мной в отделение, там всё и растолкуете. Или лучше идите подобру-поздорову отсюда.
Травин кивнул, то, что перед ним никакой не милиционер, он был уверен — сотрудники милиции ходили в форме, а значки были у агентов отделения уголовного розыска на тот случай, если форма им в работе мешала. У него самого был раньше почти такой же значок, только правильный, с эмблемой охотничьего общества с лицевой стороны и жетоном угро с обратной вместо замка.
Сделав вид, что собирается уходить, Сергей приспустил кастет на кончики пальцев, и, поднимая руки, швырнул его в незнакомца, шестьсот граммов металла врезались в лоб лже-милиционера над левым глазом. Кастет — ударное оружие, мало кто ожидает, что оно может стать метательным, противник инстинктивно попытался уклониться от брошенного предмета, развернулся, защищаясь левой рукой и отводя пистолет назад, а удар по голове, хоть и пришёлся вскользь, разодрал кожу и рассёк бровь. Не дожидаясь, когда в него выстрелят, Сергей сделал два быстрых шага и ударил незнакомца каблуком по ноге сверху вниз, ломая колено и вдавливая тело к земле, а когда голова противника оказалась на уровне его пояса, стукнул по макушке кулаком. Выдававший себя за милиционера осел.
Другой нападавший зашёл Сергею за спину, на затылке глаз нет, и Сергей его не видел, зато видел его тень. Ориентироваться по ней было тяжело, он подхватил упавшего за шиворот, рванул по кругу, одновременно смещаясь вправо, и выставил его словно щит.
— Ты чего, мужик, не дури, — противник не торопился нападать, свет из окна подсвечивал его фигуру, не давая разглядеть лицо. Ростом он был на голову ниже Травина, нож в левой руке держал уверенно. — Живой хоть?
Сергей встряхнул второго, тот застонал.
— Положь на землю, и иди подобру-поздорову, а то охрану сейчас позову.
— Зови.
— Ладно, — незнакомец сделал вид, что поворачивается к Травину спиной, правая рука резко распрямилась, металлическая гирька на верёвочке метнулась к стеклу, разнося его на осколки. — Шухер!
Внутри здания что-то грохнуло, Сергей не стал ждать, швырнул противника с пистолетом на обладателя ножа, одновременно прыгая следом. Незнакомец увернулся от товарища, который ударился об стену и глухо вскрикнул, присел на корточки, резко оттолкнулся ногами, атакуя снизу вверх. Он был не очень ловок и двигался недостаточно быстро, Сергей развернулся боком, подставляя предплечье, позволяя ножу скользнуть по рукаву, отдёрнулся назад, противник повернулся на месте, держа в правой руке кистень, гирька свистнула, верёвка зацепилась за подставленную Сергеем ладонь.
Вместо того, чтобы дёрнуть за верёвку на себя, Травин подался вперёд, незнакомец, отпустивший конец кистеня и ждавший, что неприятеля по инерции качнёт назад, сделал выпад, Сергей ударил его кулаком в висок. Незнакомец обмяк. 
— Посмотрим, что внутри, — Сергей быстро обыскал обоих противников, убедился, что оба без сознания, ещё раз стукнул их по головам, для надёжности, чтобы раньше времени не очнулись, забрал пистолет, подобрал свой кастет, огляделся в поисках ножа — тот куда-то отлетел. Искать его времени не было, Травин полез в разбитое окно.