Оружие в его руках (СИ)

— Ты не боишься, что там еще есть люди? — Прошептала я.
— Даже если и есть, то что? — Я нахмурилась, а она отмахнулась от меня. — Здесь так шумно, что о нем не скоро вспомнят.
— Мон, это глупо, ты в курсе? Его скоро откроют.
— Тогда у меня есть пару минут, чтобы потанцевать с Лео.
Я издала приглушенный вой и помогла подруге подпереть дверь. Стоило только дереву столкнуться с деревом, мы тут же убежали в центр танцпола и стали заливаться смехом. Отдышавшись, она прошептала мне, что скоро подойдет и исчезла из моего поля зрения.
Выпитый мною алкоголь понемногу давал о себе знать. Голова затуманилась и музыка, что гремела из колонок, заставляла меня двигать бедрами в такт. Я закрыла глаза и отдалась ей. Одна песня сменялась другой. Я танцевала, проводя ладонями по своей фигуре, очерчивая её.
Вдруг я почувствовала чей-то взгляд на себе. Легкий холодок прошелся по моему телу, словно разряд. Я обернулась и увидела мужчину. На вид ему было около тридцати. Коротко постриженные волосы и легкая щетина придавали ему более грубый вид, но это почему-то притягивало меня. Я поймала его пристальный взгляд.
Мне казалось, что мы смотрели друг на друга вечность, но на самом деле прошло не больше минуты. Я бы и дальше продолжала любоваться его чертиками, танцующими в глазах, если ты не мертвая хватка моего телохранителя.
Он резко развернул меня к себе, и в тот же миг я готова была испустить дух. Его зеленые глаза чернели, губы были искажены злобой. Он дернул меня за локоть и поволок прочь с танцпола, уже волоча другой рукой свою брыкающуюся сестру.
— Отпусти девушку, — низкий баритон вызвал во мне странное ощущение. Ноги перестали чувствовать землю и, если бы не рука Хосе, я бы упала.
Я обернулась. Рядом с нами стоял тот самый мужчина. На близком расстоянии друг от друга я заметила его карие глаза и небольшой шрам на виске. Он придавал мужественности его красивому лицу. У него был ровный нос, четко очерченные скулы и длинные черные, как и его волосы, ресницы. От него исходила опасная энергия. Я невольно сильнее прижалась к другу.
— Эти девушки со мной, — мрачно отозвался Хосе. Руку он до сих пор держал на моем локте, правда, хватка его ослабла.
— Это правда? — Он изогнул свою черную бровь и посмотрел на меня.
Черт! Его вызывающий взгляд внушал ужас. Я сжималась при виде него, но не могла заставить себя оторваться от его прекрасно сложенного тела, его сильных рук, его сигареты, которую он держал между указательным и средним пальцами.
Мужчина сделал шаг в нашу сторону. Он, не отрывая пристального взгляда от меня, все еще ожидая моего ответа, коснулся руки Хосе, но тот снова стиснул меня. Мужчина нахмурился.
— Так, вы правда с ним?
— Да, — запинаясь ответила я. Я тонула в этих глазах и мне все больше становилось страшно. — Хосе мой телохранитель.
Мужчина заметил за его спиной фигуру подруги. Он кивнул в ее сторону.
— А она кто?
— Моя подруга.
Узнавание озарило его лицо и лицо моей подруги. Она робко ему кивнула в знак приветствия и снова спряталась за спину брата.
— Значит, никаких проблем? — спросил он, все еще смотря на меня.
— Никаких, — ответила я, и он кивнул.
— Хорошего вечера.
Стоило только мужчине отойти от нас, как Хосе снова поволок нас к выходу. Он все еще был зол. Пыхтя и что-то причитая себе под нос, он запихнул нас на заднее сидение, а сам уселся на место водителя.
Моника, которая все это время находилась в странном спокойствии, почувствовав себя в безопасности позади брата, накинулась на меня.
— Я оставила тебя на пару минут, а ты уже познакомилась с Луиджи?
— Моника, — прорычал брат впереди нас, но она не обратила на него внимание.
— С кем?
— Только не говори, что ты не узнала брата своего нареченного?
В голове снова возник образ мужчины — темные волосы, карие глаза и идеально ровный нос, который так свойственен итальянцам.
— Кого? — я так громко закричала, что Хосе резко затормозил. Он в гневе развернулся к нам лицом и ударил сестру по коленке — она была ближе всего к нему. — Прекрати, — рявкнула я на него, а потом снова посмотрела на подругу. — Повтори, что ты сейчас сказала.
 
— Хватит на сегодня разговоров.
Я толкнула Хосе, заставляя его развернуться. Он противился, но все же подчинился.
— Говори, Моника. Говори, иначе я выкину тебя из машины.
Странное чувство охватило меня. Мне резко захотелось исчезнуть. Моя грубость слегка обидела подругу, но она все же ответила мне, и её ответ вызвал во мне бурю эмоций. Мне резко захотелось вернуться в клуб и высказать этому Луиджи все, что я о нем думала.
— Луижди Россини, Андреа. «Росси» — его клуб, а Стефано Россини — его брат. Не думала, что ты могла забыть это.
Черт! Черт! Черт! Это был старший брат Стефано. Луиджи — глава парижской мафии, человек, с отцом которого мой отец заключил сделку. Из-за его семьи и моего отца я стала разменной монетой.
  
Глава 3
 
Я не могла вспомнить, как добралась до дома, как оказалась переодетой в пижаму, как очутилась в кровати. Была глубокая ночь, когда я приехала домой, запретив друзьям провожать меня. Я злилась. Злилась на родителей, на Хосе и Монику. Последняя, кстати, очевидно была знакома с Луиджи, но никогда об этом мне не рассказывала. Я злилась на семью Россини, на весь мир и больше всего на себя.
Как так вышло, что мое пристрастие к модели Стефано Россини выросло в помолвку? И сейчас, увидев его своими глазами, почувствовав прикосновение его кожи к своей, я понимала, что запуталась в своих чувствах. Любить постер, фотографию человека, его иллюзию куда проще. Я сотни раз пересматривала с ним видео, слушая его бесконечно приятный низкий голос. Мне больше всего нравилось, когда он в каком-нибудь интервью резко переходил с английского на итальянский и наоборот.
Удивительно, но во всех своих интервью он умалчивал о своей семье. Я знала лишь то, что слышала со слов других: Стефано — младший брат главы парижской мафии, Стефано не смог ужиться в мире мафии и перешел на мирную сторону, Стефано холост и все еще ищет ту самую спутницу жизни. Одно в моей голове не складывалось: как мой отец мог договориться об этом с Россини, ввязать во все это младшего сына, учитывая тот факт, что он далек от бизнеса отца и старшего брата.
Я была мирным человеком, и все жестокое и порочное было для меня дикостью. Наверное, поэтому немного мрачный загадочный Стефано и привлек мое внимание. Он просто не хотел жить, купаясь в крови своих врагов.
Утром меня разбудил громкий и раздражающий голос мамы. Она стояла посреди комнаты, сложив руки на груди. Её волосы были заделаны на макушке, а глаза были подведены черным карандашом. Она была похожа больше на цыганку, чем на коренную итальянку. Молодую цыганку.
— Андреа! Живо вставай!
— Мам, — протянула я, потирая все еще сонные глаза. Я посмотрела на часы — половина седьмого. У меня был еще час до подъема. — Ты чего так рано?
— К нам на завтрак заедет Стефано.
Я резко села. Мои волосы были взъерошены, а под глазами красовались темные круги — след от туши. Мама осмотрела меня с ног до головы, а потом подозрительно сощурилась.
— Где ты была, Андреа?
— Спала. — Я посмотрела на нее, как на идиотку. — А ты меня разбудила. Во сколько приедет Стефано?
— Через пятнадцать минут. Завтрак готов. Жду в столовой.
— Черт, черт, черт! — Зашипела я и вскочила с постели, прямиком направляясь в душ.
Так быстро я еще не собиралась. Через пятнадцать минут я была готова во все оружия. Школьное темно-синее платье, подол которого едва доходил до колен, неплохо сочетался с желтыми лодочками и такой же желтой сумкой. Волосы были убраны в высокий хвост, который визуально вытянул мое лицо и мои скулы стали выглядеть более очерченными.
Я посмотрела на себя в зеркало и вспомнила свой ночной наряд. Небо и земля. Я рассмеялась замечанию Хосе.