Король Теней (ЛП)

— Войдите, — раздался женский голос. 
Мужчина приоткрыл дверь на несколько дюймов. 
— Кое-кто пришел и желает видеть вас. Говорит, что у него к вам дело. 
— Если он ничего не покупает, проводи его. 
— Я покупаю! — крикнул Мак бестелесному голосу. — Я хочу купить одну из ваших… леди. 
— Конрад, прими во внимание предпочтение этого человека и получи сумму. У меня есть другие дела. 
— Я имею в виду выкупить, — настаивал Мак. — Мы можем начать торги с тысячи фунтов. 
В комнате воцарилась тишина. 
Бледная рука с тонкими длинными пальцами просунулась в щель и толкнула дверь, открывая ее шире. На пороге стояла высокая стройная женщина лет пятидесяти пяти с волевыми чертами лица, одетая в мужской белый костюм с золотым жилетом и галстуком, и светло-синюю блузку. Ее вьющиеся серые волосы были зачесаны назад, открывая острые скулы и внушительную квадратную челюсть. Мака поразили ее глаза под изогнутыми бровями: правый был орехово-карим, в то время как левый был почти темно-желтым. 
Волчий глаз, — подумал Мак, но промолчал.
Она оглядела его с ног до головы. Ее лицо, на котором не было и следа обычного женского макияжа, было от природы бледным и в этот момент ничего не выражало, если не считать легкого, едва заметного изгиба нижней губы. 
— У вас нет таких денег, — усмехнулась она. 
— Позволю себе не согласиться. Меня зовут Маккавей ДеКей. Мой отец Рубен основал и управлял… 
— Лампы в гостиной были куплены у этой компании, — перебила она. — А также лампы наверху. — Она слегка склонила голову набок. — Я так понимаю, проводятся какие-то исследования для уменьшения рыбного запаха масла. 
— Некоторые проводятся, но, к сожалению, пока нет никакого прогресса. Возможно, вы знаете, что после того, как мой отец скончался два года назад, я продал компанию. 
— Да. — Она кивнула, но ее глаза все еще выглядели настороженными. — Она была продана южно-лондонской компании «Олл Брайт», ее представителю Джерому Торину. Он купил ее под моим руководством. — Она позволила себе слабую улыбку, но ее взгляд остался холодным. — Я продолжаю это исследование и могу сказать, что был достигнут небольшой прогресс. Мне всегда нравились красивые лампы, сэр. И, конечно же свет, который можно с их помощью получить. Вы удивлены?
Мак пожал плечами, хотя он и в самом деле был удивлен. 
— Компанию же должен был кто-то купить. 
— Я сделала лучшее предложение после того, как услышала, что она выставлена на продажу. — Она снова оценила состояние Мака. — И вот ко мне приходите вы. Блудный сын. 
— Блудный? 
— Вы кажетесь бездомным бродягой, который не мылся пару лет, и чья диета состояла из пары веточек, травы и желудей. Мне нравится качество ваших — моих — ламп. Но какого черта вы здесь делаете? 
— Я пришел с той целью, которую озвучил. Я хочу купить одну из ваших леди. 
— Не совсем леди. — Теперь глаза бросили ему вызов. — Разве вы не слышали о моей коллекции голубок? 
— Слышал. 
Дарра Мажестик бросила взгляд на человека-быка. 
— Можешь оставить нас, Конрад. Похоже, у нас все-таки есть дела. 
Когда дверь закрылась, Дарра Мажестик села за большой белый письменный стол, украшенный спереди картиной с изображением играющих херувимов. Мак занял одно из кресел из воловьей кожи, стоявших перед ним в кабинете, окна которого были завешены тяжелыми шторами винного цвета и освещены цветными лампами, изготовленными его бывшей компанией. 
— Итак, рассказывайте. 
— Я хочу купить девушку, которую привезли братья Траут. Это было примерно месяц назад. 
— Почему ее? 
— У меня свои причины. 
Неужели желтый глаз слегка сверкнул в свете лампы? 
— Этого недостаточно. 
— Я предлагаю тысячу фунтов. 
— Все еще недостаточно. 
— Какова ваша цена? 
— А какие у вас причины? 
Мак глубоко вздохнул и медленно выдохнул. Затем он сунул руку в карман пальто, достал отцовский пистолет — единственный оставшийся — и очень осторожно приставил его к своей груди. 
— Я намерен забрать эту девушку отсюда так или иначе, — сказал он. — Я заплачу до трех тысяч фунтов, чтобы позаботиться о ней прямо сейчас. Деньги прибудут сюда с посыльным утром. Даю вам слово. Если не выйдет, я приставлю этот пистолет к вашей голове, и мы пойдем по трудному пути.
 
Лицо женщины оставалось бесстрастным. 
И вдруг она рассмеялась... издала короткий смешок, прозвучавший одновременно насмешливо и высокомерно.
— По трудному пути! — воскликнула она. — Дорогой мальчик, ты хоть понимаешь, насколько он трудный? Трудный путь начнется для тебя, если я протяну руку на дюйм от того места, где она лежит сейчас, и позвоню в очень громкий звонок. Этот звук привлечет обратно Конрада из коридора. Он был чемпионом по боксу в былые годы, и, могу тебя заверить, если ты и уйдешь отсюда живым, ты никогда не сможешь без слез смотреть на то, что останется от твоего лица… так что… — Она внезапно замолчала. — Минутку. Подними-ка этот пистолет?
Он сделал, как было велено. 
— Он заряжен. 
— Ну, ты был бы дураком, если б не зарядил его, не так ли? Я вижу, что под стволом есть очень интересное крепление для подпружиненного клинка?
Мак не ответил. Зазвонил его собственный тревожный звонок.
— О, Боже мой! — воскликнула Дарра Маджестик со смесью благоговения и недоверия. — Девушка! Боже мой! Это... Дочь Бакнера?
Мак не ответил. 
Дарра снова рассмеялась, на этот раз по-настоящему. 
— Трауты! Эти два идиота! С ума сойти! Значит, это ты вытащил Дженни Бакнер из кареты? И она здесь уже целый месяц? О, нет, это слишком, я сейчас задохнусь! О… о, подожди, так это ты убил Лору? — Она снова рассмеялась и хохотала целую минуту, которая для Мака превратилась в безумную вечность. 
Он заставил себя заговорить: 
— Что... что такое...
— О, это бесценно, дорогой мальчик! — Она сильно ударила по столу той рукой, которой недавно собиралась вызвать Конрада. — А ты не знаешь? Что ж, наверняка ты не знаешь. Да и откуда? Фермер недавно нашел на своем поле удивительный уникальный пистолет и передал его одному из людей Бакнера, а те расспрашивали всех вокруг. Прямо сейчас они разыскивают оружейника, чтобы выяснить, кто купил этот пистолет или заказал. Когда твое имя всплывет… о, боже, по трудному пути придется идти тебе. — Она радостно улыбнулась, но ее глаза оставались холодными, и веселья в них не было.
Мак уставился на женщину, не в силах вымолвить ни слова. Дело, с которым он пришел, на глазах стало пахнуть, как прокисший суп. 
— Тебе не следует идти домой, если он у тебя есть, — сказала Дарра Мажестик, снова сделавшись серьезной. — Тебя найдут. Ты меня удивил. Знаешь, ты не похож на убийцу. Но зачем, Христа ради, тебе понадобилось забирать дочь Джайлса? 
Джайлс, — подумал Мак. — Она назвала его Джайлсом. Как хорошего знакомого. 
— Он с ума сходит, — продолжала она. — Его почти не заботит смерть Лоры, а вот девочка… она была его единственной радостью, за исключением тех чертовых лошадей, с которыми он связался. О, он в ужасном состоянии. Не может есть, не может спать… мучается из-за того, что ты сделал. Так что же побудило тебя так поступить?
— Я забираю девушку отсюда, — сказал Мак, глядя на нее обезумевшими глазами. 
— Тебе нужно выпить? У меня есть отличный ром. Взбодрись. Ты выглядишь так, будто вот-вот упадешь в обморок.
— Все в порядке. Я сказал, что я...
— Дорогой мальчик, с тобой определенно не все в порядке. Если люди Джайлса схватят тебя, первое, что они сделают, это отрежут тебе яйца тупым лезвием. Ты разве сам не понимаешь, в каком положении оказался? 
— Если мои дела так плохи, — сказал Мак, вновь обретая силу гнева, — то и вы в том же положении. Дженнифер Бакнер работает у вас уже больше месяца. Бьюсь об заклад, она уже всякое попробовала с вашими клиентами! И что Бакнер скажет на этот счет? Он обрушит на вас Преисподнюю со всей безграничной фантазией «Трех Углов».