Только позови

Преступник рванулся к нему. Молниеносным движением Колби схватил его за руку. Ив тот момент, когда бандит, взвыв от боли, выпустил пистолет, Дэн кинулся ему под ноги и преступник рухнул на пол.
Колби опустился рядом и уткнул дуло пистолета бандиту под подбородок так же, как только что тот угрожал Ноэль.
— Попался! Теперь за все ответишь. — Колби едва сдерживал ярость.
Сотиз не остался в стороне. Он прыгнул на злодея сверху, оказавшись прямо у того на груди, и воинственным лаем подкрепил слова Колби.
— Похоже, твой Кеннет Кайе занимался темными делишками, — покачал головой Колби.
За несколько минут до этого он, проведя несколько часов в полиции, вернулся к себе на квартиру.
Ноэль только что проснулась и оставалась в кровати, а Сотиз свернулся клубочком возле нее на черном бархате стеганого покрывала.
Колби тут же присоединился к ним, причем не стал сгонять Сотиза с облюбованного места. Ночное небо потемнело, но комната была мягко освещена огнями города и звездами.
— Кеннет Кайе вставлял краденые камни в бижутерию, чтобы не вызывать никаких подозрений, и беспрепятственно отправлял свой товар в модные магазины, разбросанные по всей Европе. Затем его сообщники вынимали камни из бижутерии, обрабатывали и продавали поштучно или использовали при изготовлении ювелирных изделий.
Она покачала головой, все еще отказываясь этому верить.
— Не могу поверить! Сам Кеннет Кайе! Известный и уважаемый человек в области моды.
— Известным он и остается, но когда эти сведения всплывут, он перестанет быть уважаемым.
— Я не понимаю. У меня в магазине его безделушки прекрасно продавались. Зачем ему нужно было это делать?
— Причина стара как мир, детка, — пожал плечами Колби. — Самая обыкновенная жадность.
— Наверное, ты прав, а что насчет этого бандита, которого ты арестовал? Какое он имеет к этому отношение? Он кто?
— Его зовут Ральф Мартино, хотя это не имеет никакого значения. Имеет значение то, что он был партнером Кайе в его нелегальном бизнесе. Я сделал несколько звонков, чтобы навести о нем справки, потом поговорил с ним и выяснил, что несколько недавних краж необработанных алмазов — тоже дело его рук. Камни переправлялись из Южной Африки в Нью-Йорк. Он похищал драгоценности, а Кайе использовал их в своей бижутерии. Я был прав. Он настоящий профессионал.
Ноэль вздохнула.
— Слава Богу, это все позади.
— Согласен, — сказал Колби с большим чувством. Он бросил взгляд на Сотиза. — Сотиз, ты бы хотел сегодня съесть бифштекс?
Сотиз сел и с интересом посмотрел на него.
— Хочешь сманить у меня собачку? — спросила она, и в глазах у нее зажглись озорные огоньки.
Он усмехнулся.
— Я сильно сомневаюсь, что мне бы это удалось. Нет, лично я убежден, что Сотиз — просто герой. Он два раза помог мне спасти тебя, и я беру назад все плохие слова, что сказал о нем. Он заслуживает пожизненного снабжения бифштексами и самыми лучшими бантами. Бантами, разумеется, в соответствии со своим вкусом.
Он почесал пушистую голову Сотиза, а тот лизнул ему руку. Ноэль засмеялась.
— Сотиз, не продешеви. Заставь его добиваться твоей благосклонности.
Сотиз радостно лаял, как будто знал, что происходит что-то хорошее, и всей душой желая в этом поучаствовать.
Колби рассмеялся.
— Непосредственность — это качество, которое я бы хотел, чтобы ты от него переняла.
— Неужели ты считаешь, что мне не хватает непосредственности? — притворно рассердилась Ноэль.
Он вскинул брови.
— Конечно. Тебе многого не хватает… Например, меня…
Колби перегнулся через Сотиза и нежно поцеловал ее в губы. По его жилам разлилось тепло. Он на миг оторвался от нее и посмотрел на Сотиза. Песик по-прежнему сидел между ними, переводя взгляд с одного на другого.
— Ты не против, если мы немного побудем наедине? — вежливо обратился он к пудельку.
— Сотиз, — сказала Ноэль. — Иди на свое место.
С явной неохотой Сотиз медленно прошел до конца кровати, остановился, взглянул на них с надеждой.
— Ты потом снова можешь прийти, — сказала она, усмехнувшись.
 
Песик повилял хвостом, спрыгнул вниз и послушно направился в соседнюю комнату. Ноэль посмотрела на Колби.
— Не знаю, с чего начать. Ты столько для меня сделал.
— Не надо, — сказал он предупреждающе. — Не вздумай даже начинать.
— Но мне нужно сказать кое-что важное.
Колби не хотел, чтобы она говорила «что-то важное». Он боялся, что не услышит ничего хорошего.
— Прежде чем ты скажешь хоть слово, ты должна знать, что я никогда не оставлю попыток заставить тебя полюбить меня.
Улыбка скользнула по ее губам.
— Какой ты упорный.
— Да, я такой. Я упрямый. Не забудь об этом: упрямый.
— Как я могу забыть? Это как раз то качество, которое мне больше всего в тебе нравится.
Он удивился.
— Нравится?
— Не люблю отступать, но ничего не поделаешь — придется, — со вздохом сказала Ноэль, — я сопротивлялась как могла, но должна признаться — я люблю тебя.
— Ноэль…
Он притянул ее к себе, стал жадно целовать, а потом так громко рассмеялся, что даже Сотиз в соседней комнате навострил ушки.
— Я не могу обещать, что все в нашей жизни будет гладко или что мы во всем будем согласны друг с другом…
— Я на это и не надеюсь.
— Я буду жить там, где ты захочешь, — продолжил Колби, лихорадочно соображая, какие проблемы следует устранить до того, как они возникнут.
— Мой дом маловат для нас. — Она огляделась вокруг. — Мне кажется, мои вещи будут прекрасно смотреться в твоей квартире.
— Конечно, мы можем некоторое время пожить здесь, — согласился Колби, — пока не найдем себе место попросторнее с хорошим задним двориком, где бы мог резвиться Сотиз, а потом и ребятишки…
Она взглянула на него. Ее лицо осветилось любовью.
— Не слишком ли круто берешься за дело, Колби Бреннан?
— Не волнуйся, — улыбнулся он, подхватывая ее на руки. — Я прослежу, чтобы ты хорошо питалась, принимала витамины и соблюдала режим.
Она счастливо рассмеялась, затем затихла, потому что их губы встретились.
В соседней комнате малютка Сотиз удовлетворенно вздохнул, свернулся на своей подстилке и задремал.