Останься единственным

– Откуда ты узнал о беременности?
– От ее отца, вестимо… Объясни мне, Кирилл… Почему так трудно держать член в штанах тогда, когда это необходимо? Она ведь девочка совсем. Молоденькая, неопытная. Красивая – безусловно. Слепой разве что не заметит, какая она, но ты ведь не мог не понимать, что такая, как она, должна тусить в клубах и знакомиться с молодыми парнями. А ты… ты ей едва ли не в отцы годишься.
Его слова режут мне слух, потому что в отцы Кире я уж точно не гожусь. Пятнадцать лет разница большая, но не огромная.
Отец садится в кресло напротив. Я – следом в свое. Сидим молча, каждый думая о своем. Я абсолютно не понимаю, как так вышло, что Кира забеременела. Она, помнится, детей не хотела точно так же, как и я. Да и какие ей дети? В двадцать лет, отец прав, ей гулять нужно. Теперь я думаю, что зря вообще ее трогал. Не стоило. В первый раз – ладно, но потом… у нее вся жизнь впереди, а я эту часть уже прожил.
– Ты женишься на ней, – выдает отец самое бредовое, что я слышал в своей жизни. – В ближайшее время сообщим о свадьбе прессе и назначим дату.
– Никакой свадьбы не будет! О беременности до сегодняшнего дня я понятия не имел. Переспал – да, было. Ребенка я не планировал, свадьбу тем более. Никаких проблем в обеспечении и ее, и ребенка не будет. Если нуждается в жилье – куплю, – выдаю на одном дыхании.
Я пока не знаю, что чувствую. Все эмоции словно на паузу поставлены. В голове только одно – Кира беременна, и нам придется видеться. Снова.
– Ты соображаешь, что говоришь? – рявкает отец. – Надеешься откупиться квартирой? А от прессы ты тоже квартирами откупаться будешь?
– Прессе знать необязательно.
– Они будут знать, – акцентирует отец. – За каждым месяцем ее беременности будут следить. Не удивлюсь, если к ее родам кто-то из этих акул просочится в родзал. Ты что, не понимаешь? У тебя один выход – женитьба.
– Я не стану.
– Станешь, – давит отец. – Ты хоть представляешь, что сделает ее отец, если ты откажешься?
Я на несколько мгновений зависаю. Не понимаю, что именно мне должен сделать отец Киры. Насколько я знаю, она девушка не из богатой семьи, стало быть, там связей нет. Но папа переживает так, словно там дочь самого президента.
– Он в порошок тебя сотрет. И меня следом. А у нас еще есть компания. И ему, между прочим, многое известно о том, как я начинал и строил бизнес. Ты же не думаешь, что эта махина на чистой совести построена? – уточняет.
– Не понимаю. Вы что… знакомы?
– Кто – мы?
– Ты и отец Киры?
Несколько мгновений отец смотрит на меня, как на умственно отсталого.
– Что с тобой, Кирилл? – спрашивает, прикрывая глаза и потирая переносицу.
Только сейчас я замечаю, как сильно он постарел за последний год. У нас с ним не так часто было время, чтобы видеться, и чаще я приходил на праздники, отсиживал положенный час и сбегал. А теперь, при свете дня и в разговоре, замечаю глубокие морщины вокруг глаз, почти полностью седые волосы, осунувшееся лицо. Нет, безусловно, отец выглядит хорошо. Подтянутым и спортивным, но есть моменты, которые, к сожалению, невозможно скрыть.
– Это с тобой что? – не выдерживаю, хотя тон, конечно, упрощаю. Не хочу ссориться с родным человеком из-за своих косяков. В конце концов, все можно решить. – Приходишь с фотографиями и требуешь жениться на первой встречной.
– Это, – отец тычет в фотографию на столе. – Кира Арбатова. Мозгами нужно было думать, прежде чем тащить ее в постель. А теперь – ты женишься, или вот это все, – он обводит взглядом кабинет, – я заберу обратно. И ты никогда не получишь управление компанией.
Я не знаю, что шокирует меня больше. То, что отец собирается лишить меня компании, изучению которой я посвятил последние двадцать лет, или то, что девушка, сама подошедшая к моему столику – не бедная официантка, а Арбатова. Та самая наследница компании, с которой я планировал договориться, когда ее отец пойдет на покой.
Какого, спрашивается, хера? Последний раз я ее лет шесть назад видел. Мелкую совсем еще. А вот она… она-то точно знала, кто я такой. И беременность эта…
 
Поверить не могу, что Арбатов подослал ко мне свою дочь, чтобы договориться.
 
Глава 9
 
Кирилл
Чтобы хоть немного сбросить напряжение от последних новостей, соглашаюсь на предложение Богдана пойти в клуб. Он знает, что я терпеть эти шумные заведения не могу, но все равно звонит и приглашает. На этот раз – соглашаюсь, чувствуя, что не справлюсь с эмоциями и тут же к Арбатову домой поеду. А там и к Кире загляну. Неделю держался, но сегодня чувствую, что не справляюсь и могу наломать дров.
Эмоции разрывают на части, тянут каждая в свою сторону. Их так много, что в какой-то момент начинаю чувствовать себя воздушным шаром, который все никак не прекратят надувать. Ослепляющая ярость, жгучая боль, необъяснимая тревога и, наконец, неконтролируемое желание. Я, как Киру там, у клиники, увидел, был ослеплен им буквально. Тянуло к ней как магнитом. Хотелось в ту же минуту схватить за плечи и затолкать в машину.
Я бы так и сделал, если бы она не сбежала. Забыл бы наверняка о деньгах и вообще обо всем. Тогда точно забыл бы. Теперь уже не получится.
Чем больше думаю о предстоящей свадьбе, тем больше страх нагоняет. Вряд ли получится находиться с ней рядом и не чувствовать ничего. Оставаться равнодушным и с холодной головой рядом с такой дикой Кирой будет непросто, и я совсем не уверен, что это мне под силу. Впрочем, никто ведь не обяжет нас жить вместе. Хотя… иначе и не будет. Не представляю, что отпущу свою жену жить отдельно. Интересно, как она относится к новости? Ей наверняка уже все рассказали. Был ли у нее выбор? Или ее так же, как и меня, поставили перед фактом и пригрозили? Судя по тому, с какой легкостью она в прошлый раз отказалась от дорогого шмотья и ресторанов – Арбатову грозить нечем. Даже интересно…
Клуб, в который меня позвал Богдан, встречает двумя мордоворотами на входе. Окинув меня взглядом, расступаются, пропуская внутрь. Сегодня я без костюма. В потертых джинсах и футболке, судя по равнодушным лицам фейсконтроля – для клуба подходит. Единственное условие, которое я поставил перед Богданом – встречаемся не в моем клубе. Там слишком много ненужных воспоминаний. Да и знают меня хорошо, а сегодня я хочу уйти в забытье.
Не уверен, что буду соблюдать лимит алкоголя и сигарет.
На хрен все.
Заранее часы снял, чтобы лишний раз не пищали, когда сердце снова наберет разгон.
Третью вип-кабинку нахожу не сразу, но уже вижу за столиком Богдана, Тараса и Сашу. Брату удивляюсь больше всего. Саша вроде как больше по клубам не тусит, хотя… я вот тоже, а сегодня здесь.
– Кирилл! – первым меня замечает Тар.
Идет навстречу, протягивает руку для пожатия и хлопает меня по плечу. Дальше – Богдан и последним – Саша.
– А ты чего тут? – спрашиваю у брата.
– Да как-то устал от работы, – смеется Саша. – Решил один раз выйти, тем более, Богдан сказал, ты будешь. Такое уж я пропустить не мог. Чтобы сам наследник империи Багровых – и почтил нас присутствием! – подкалывает.
– Могу себе позволить, – отвечаю.
– Стряслось чего? – спрашивает Тар, замечая, видимо, мое напряжение.
– Порядок. Кое-какие проблемы, но решаемо.
О свадьбе не говорю, молчу. Сам пока ничего не знаю. Неделя прошла с разговора с отцом. И он мне каждый день звонит, требует, чтобы я назначил дату и поговорил наконец с Арбатовым. Ждет, мол, тесть решительного шага. Подождет, блдь, до момента, пока я буду в состоянии терпеть его за столом без дикой жажды придушить голыми руками.
Но больше, конечно, не из-за него не иду. Из-за нее. Боюсь, что сдержаться будет сложно, а лишнего Кире наговорить не хочется. Терпеть не могу извиняться, поэтому и откладываю встречу, выигрываю время, чтобы окончательно остыть. К ней с холодной головой идти нужно, спокойным, уравновешенным. Я всего пару вопросов ей задам, и к ответам надо подготовиться. Хотя бы морально.