Останься единственным
– Отшила? – хмыкает Богдан, а получив мой удивленный взгляд, выдает: – Да ладно тебе, видел, как ты Киру свою в машину сажал. Я думал, вы уже не вместе.
– Какую Киру? – интересуется Саша.
Пару месяцев назад мы с Кирой приехали в загородный домик. Ни Саша, ни Глеб тогда не приехали. Не получилось у них, поэтому о Кире знают только Богдан и Тар. И, если уж быть честным, сейчас не хочется ни с кем делиться. Я в принципе не сильно разговорчив, а здесь… рассказать о самом факте отношений с Кирой, о расставании, о ребенке, о шантаже отца?
– Просто знакомая.
Богдан и Тар тихо ржут, поэтому Саша смотрит на них подозрительно.
– Потом как-нибудь, – отмахиваюсь.
Поворачиваю голову в сторону, ищу Киру глазами в том месте, где она всего пару минут назад танцевала с девчонками. Ни ее, ни их не вижу. Даже парня, который позволил себе лапать то, что ему не принадлежит, не нахожу.
Злюсь, конечно. Просил ведь.
– Я попрощаться пришел, – сообщаю, поднимаясь.
– А виски? – удивляется Саша.
– Заказал машинально. Не буду.
– Ты в отрыв собирался, – замечает Богдан.
Я ему по телефону обмолвился, теперь вот жалею, потому что понятно уже, что никакого отрыва не будет. Мне это нужно было, чтобы успокоиться, а вышло наоборот. Я лишь сильнее напрягся после разговора с Кирой, а теперь она пропала с поля моего зрения.
Мы наспех прощаемся. Я понимаю, что Киру наверняка уже не найду, но спешу. Обхожу танцпол по кругу, ищу ее, но не вижу. Иду на улицу, на парковку, но и там ожидаемо не нахожу Киру. Решив оставить это на завтра, иду к своему автомобилю – и каково же мое удивление, когда я застаю в салоне не только Диму, но и Арбатову собственной персоной. Она наверняка что-то рассказывала и смеялась, но при виде меня улыбка сходит с ее лица, и Кира хмурится. Подальше к двери отодвигается и отворачивается.
– К чему эти сцены? – спрашиваю, захлопывая за собой дверь.
– О чем ты?
– Зачем сюда ушла?
– Передумала тусить, – пожимает плечами.
На деле же вижу, как Кира улыбку прячет. Ну, еще бы… Она ушла минут пять, может, десять назад, а я уже здесь, сижу рядом с ней. Отворачиваюсь, чтобы не бороться с желанием сомкнуть руки на ее шее, и командую Диме ехать к дому Арбатовых. Переночую сегодня у родителей, они живут неподалеку. В квартиру уже не поеду, хотя можно было попросить Диму отвезти меня, а затем Киру. Решаю сделать это сам. Она девушка изобретательная, не удивлюсь, если обведет его вокруг пальца и сбежит где-нибудь на полпути. Ищи ее потом и думай, все ли в порядке.
Едем практически в тишине. Время от времени Кира шумно и театрально вздыхает. Показуху устраивает, мать ее… На полпути не выдерживаю:
– Все в порядке?
– В смысле? – поворачивается и глаза закатывает.
– В прямом. Ты точно не пила?
– Еще раз дыхнуть? – придвигается и губы свои призывно открывает. Облизывает прямо поверх бордовой помады языком.
У меня на этот банальный жест встает как по команде. Я слишком хорошо помню ее язык на своем члене, чтобы остаться равнодушным. Сцепив зубы, отворачиваюсь, чувствую, как желваки ходят на лице. Сдерживаюсь, чтобы на рот ее не наброситься и не повторить то, что между нами уже было. Ни к чему усложнять и без того непростые отношения, хотя в голове доминирует одна мысль – совсем скоро она станет моей женой.
– Что будет дальше? – спрашивает Кира, когда мы заезжаем в поселок.
– Пойдешь домой спать.
– Я не об этом, – хмурится. – Ты собрался на мне жениться. Думал ведь, какой будет наша жизнь?
– Нет, – отвечаю честно, потому что до сих пор понятия не имею, как все сложится.
– Совсем? – удивляется. – К чему тогда свадьба?
– Кто сказал, что я хочу свадьбу, Кира? У меня, мать твою, нет выбора.
Почти сразу машина останавливается. В окно вижу, что мы приехали. Кира после моих слов будто поникает. Отворачивается и, открыв дверцу, выходит на улицу. Я двигаюсь следом, хотя встречаться сегодня с Арбатовым не хочу.
– Я не буду отказываться от свадьбы, – говорит она неожиданно. – Если не хочешь – сделай это, а я не буду.
– Почему?
Голос при этом грубый, грудной и даже слегка сиплый.
– Потому что хочу. Хочу за тебя замуж.
Глава 12
Кира– Горе ты мое, – причитает мама спустя три часа примерки в салоне свадебных платьев. – Вот чем тебе то кремовое платье не понравилось?
– Оно не молодежное.
Сегодня я не в настроении. С утра меня ни с того ни с сего снова начало тошнить, а к десяти у нас уже была назначена примерка. Отказываться никак нельзя, так как свадьба уже через неделю. Понятия не имею, почему так быстро. Отец просто поставил нас с матерью перед фактом и добавил, что это не он так решил, а жених. Я-то ожидала, что никакой свадьбы не будет, а Кирилл назначил ее быстрее, чем я могла предположить. Хотя… несколько недель он, конечно, потянул. А затем резко решил с датой.
Что вообще можно успеть за неделю, если мы три часа подряд платье выбрать не можем? Мне ничего не нравится. Платья, конечно, красивые, но какие-то скучные, что ли. Однообразные, слишком пышные или узкие, длинные или короткие. Почти в каждом я нахожу, к чему придраться.
– Даже не знаю, что вам предложить, – растерянно говорит Ирина – владелица салона и по совместительству мамина подруга.
– Может, в другой салон? – решаю предложить я.
– Кира! – возмущается мама. – Придумала тоже… Этот – лучший. Почти все наши девочки здесь свои свадебные наряды покупали. Одной тебе ничего не нравится. Давай еще раз то, кремовое. Оно лучше всех было.
– Не хочу, – отвечаю с нажимом. – Мне оно не нравится.
– Кира! Нам еще туфли нужны, платье, пробная прическа. Ты представляешь, сколько дел? А организация? Хотя… кого я спрашиваю! Об этом ты вообще не думаешь!
Не думаю, тут мама права. Но это не потому, что я безответственная, а потому, что пышной свадьбы никогда не хотела. Я бывала на всех этих торжествах, и они мне категорически не нравятся. Куча незнакомых гостей, снующих туда-сюда с фальшивыми улыбками, бесконечные тосты от тех, кого молодожены в глаза не видели. Хорошо, конечно, что без конкурсов, но свадьбы, на которых я бывала, напоминали мне прием у какого-нибудь политика: скучные, серые, однообразные.
– Я сказала, что мне здесь ничего не нравится, – говорю уже с нотками раздражения в голосе. – По второму кругу перемерять ничего не буду.
– Ирина Александровна, – обращается одна из работниц салона к маминой подруге. – Может, предложить им новую коллекцию? Она только что поступила. Полчаса назад буквально.
– Не знаю даже. Там не поглажено еще ничего и не подготовлено. Не думаю, что…
– Несите! – командую я. – Только уберите сразу пышные платья, я их не надену.
Маме моя идея явно не нравится, но спорить она не решается из-за моей вспыльчивости. Сама не знаю, что на меня нашло, ведь обычно я спокойная, особенно с ранимой и чувствительной мамой. Видимо, гормоны, о которых мне все твердили, таки сказываются.
– Выбрала пять вариантов, – говорит та самая девушка. – Думаю, они вам понравятся.
Разложив платья, она ретируется, оставляя меня один на один с мамой и Ириной. Я иду на примерку. Возлагаю надежды на эти пять вариантов. Заниматься примеркой мне надоело, да и спина почему-то адски болит. Врач предупреждала, но я думала, это только на последних месяцах, когда живот уже будет большим.
Первое платье снимаю сразу же. В нем я выгляжу, как бабка на очередной распродаже. Мне не идет. Ирина приносит другое, затем третье. Четвертое меряю уже без энтузиазма. Первые три были настолько невзрачными, что я даже из примерочной не вышла. Хвастаться нечем.
Когда же вижу в зеркале свое отражение, понимаю, что это оно. То самое платье. Даже не застегнутое оно сидит как влитое. Обтягивает грудь и талию, да и ниже прямое, без излишней вычурности.
– Ну, что там? – не выдерживает мама и дергает шторку.