Карамазов. Книга 2 (СИ)
“Нужно будет разобраться, что это за штука. Когда вернемся домой, — хмуро подумал я, и тут же поправил себя. — Если вернемся”.
В этот момент, створка со скрежетом начала медленно отъезжать в сторону, и мы с Виктором одновременно активировали плетения телепорта, оказавшись на свободе. Как раз за спинами готовых к нападению бойцов.
Охотников было половина дюжины. Они сгруппировались у двери, готовясь к резкой атаке. И никак не ожидали того, что напуганная и ослабленная дичь сама выскочит им на встречу.
Виктор создал огненный шар и метнул его в спину ближайшего противника. Снаряд с шипением врезался в бойца, мгновенно прожигая плоть и кости. И тут же Феникс активировал “Пламя Инферно”, которое взметнулось из земли и охватило второго противника, испепелив его в долю секунды.
Я бросил дымовую бомбу, заблокировав одного из психов в ловушку. А созданный фантом атаковал четвертого противника, который уже развернулся к нам. Но броню бедолага активировать не успел. Дымный двойник в подкате ударил его в ноги, сбивая с ног. Тут же вскочил, повинуясь моим командам, пнул противника в затылок. Подошва тяжелого ботинка сверху вниз врезалась в шею. Послышался хруст шейных позвонков, и боец замер. А я торопливо создал “Призрачную плеть” и ударил ею по заключенному в дымовую ловушку психу. Сжал ладонь, заставив тонкий шнур затянуться в смертоносную петлю, которая впивалась в кожу, рассекая мышцы.
Из завесы послышался хрип, и я резко дернул плеть на себя. Хрустнуло и на дорожку выпал куцый труп. Следом покатилась голова. Глаза оказались распахнуты, из раззявленного рта вывалился темнеющий язык.
Двух оставшихся противников добил Иванушка. Ударная волна взрыва сбила бойцов с ног. На груди одного из них тут же появилась мишень, в центр которой метко ударили три чародейских снаряда, пробив тело насквозь. А Иванушка в пару невероятно быстрых прыжков оказался рядом с бойцом, который уже начал подниматься на ноги. Он успел создать щит, но в ладонях дружинника появился чудовищных размеров клинок, который был едва ли не больше самого Ивана. И дружинник опустил клинок на противника, пригвоздив бойца к дорожке.
— Ну, вот и все, — спокойно заключил он, когда противник затих. — Готовы. Бесславная смерть. Досадно как-то…
— Угу, — тяжело дыша, хмуро подтвердил Виктор. — Только у меня не осталось ни одного усиления.
— Поздравляю, — послышался из динамика веселый голос Рипера. — Нужно сказать, вы меня не разочаровали, мастер Карамазов. И до сих пор, вам удалось устраивать первоклассное шоу. Еще один прячущийся найден. Осталось трое. Тик-так-тик-так.
Я только кивнул. Потяжелевшая голова кружилась, а во рту чувствовался мерзкий металлический привкус. Кажется, я прикусил щеку от напряжения. Почему-то покачивался левый клык. Вдобавок, все тело ломило. Кости ныли, будто у старика перед непогодой. На меня накатила жуткая усталость. Захотелось сесть у стены, прямо на осколки, рассыпанные поверх бетона, и просто замереть, не двигаясь. И гори оно все синим пламенем. Перед внутренним взором появилось лицо деда, на котором растянулась ехидная усмешка. Она говорила: «Сдаешься? Тебя так просто сломать?»
— Нет уж, — хрипло выдохнул я. — Еще повоюем.
Лишь большим усилием воли я заставил себя двинуться по дорожке:
— Надо… идти… — стуча зубами, просипел я. — Этот квест… на время. Там… наши. Их надо…
— Спасти, — ровным голосом закончил Иванушка и бросил в рот очередную конфетку. — Однажды друг моего троюродного деда…
Виктор заворчал что-то похожее на проклятье и двинулся следом за дружинником. Думаю, из соображения экономии сил он не стал одергивать нашего свежего сотрудника.
И мы двинулись в путь.
* * *Дорожка вывела нас к небольшой, заваленной мусором погрузочной площадке. В ее центре был установлен черный прямоугольный камень. На матовой поверхности виднелись нарисованные три стрелки, указывающие направления. А над полосками красовались два смайлика: один в виде сообщения мессенджера, а второй изображал оскаленный человеческий череп.
От площадки в разные стороны расходились проложенные рельсы. Они уводили к громадам высившихся в отдалении цехов. На каждом из путей стояла пустая вагонетка.
— Вы пришли к распутью, друзья мои, — послышался из динамиков голос Рипера. — И теперь вам нужно выбрать правильное направление. В одном из ангаров вас ждет любопытнейший сюрприз. В двух других — только верная смерть. На камне высечен ребус, разгадав который вы получите подсказку. Но напомню, что в нашей игре нельзя долго задерживаться на одном месте. Через пять минут сюда прибудут собачки — ищейки. Итак, время пошло. Тик-так-тик-так.
И на камне вспыхнуло табло с таймером обратного отсчета.
Я уставился на намалеванные знаки, пытаясь разобрать, что они означают:
— Первый — это скорее всего облачко диалога, — начал размышлять я вслух. — А второй? Смерть? Мертвец?
Опасливо поглядывая на табло, я начал перечислять все варианты словосочетаний:
— Сказать о смерти, говорить со смертью, смертельный разговор… говорить о смерти, говорить с мертвецом…
Камень отреагировал на последнюю фразу и со скрежетом отъехал чуть в сторону. Из черного провала начал медленно возноситься фонарный столб. На нем сломанной куклой болтался висельник. Невысокий, нескладный парень, с криво остриженными волосами, одетый в потрепанную несвежую робу. На ткани виднелись следы крови и чего-то дурно пахнущего. Один башмак с изрядно истертой подошвой сиротливо болтался на стопе, а вторая нога оказалась голой и хвасталась отросшими грязными ногтями.
Я подошел к столбу, запрокинул голову, чтобы уставиться в уродливое лицо убитого:
— Ну, что скажешь?
Как и следовало ожидать, висельник ничего не ответил. Он молча пялился на меня красными от лопнувших сосудов глазами, даже не думая открывать рта. Меня пронзило пониманием. Стоп! Рот!
Обычно болтаясь в петле, человек разевает, рот как выброшенная на берег рыба. В попытке втянуть в легкие хоть немного воздуха. Вот и остается он висеть с открытым ртом и вываленным наружу распухшим языком.
Рот болтающегося передо мной, был плотно закрыт. Словно кто-то впихнул язык за зубы и крепко сжал его челюсть.
Я как можно быстрее взобрался на камень и протянул руку к лицу мертвеца. Подошвы ботинок скользили по гладкой поверхности камня. И я балансировал на “указателе”, рискуя сверзиться вниз.
— Да вы никак с ума сошли князь, — послышался за спиной удивленный голос Иванушки. — Не обижайте этого убогого. Грешно это, право слово.
Но я проигнорировал просьбу и потянул мертвеца за подбородок. И рот покойника широко открылся.
Язык был вырезан, и я сунул пальцы в черный провал, стараясь не касаться зубов. На секунду мне показалось, что покойник сейчас придет в себя и сомкнет челюсти, откусывая мне руку. Такой трюк вполне быть в духе “недоброго чувства юмора” Рипера. Но все обошлось и пару секунд спустя, пальцы нащупали пластиковую капсулу. Я зацепил ее кончиками пальцев и осторожно вытащил наружу.
Спрыгнул с камня и трясущимися руками открыл капсулу и вытащил мятый клочок бумаги. Развернул его.
— Направо, — указал я, и табло с таймером замерло на пятидесяти девяти секундах. Значит, загадку я разгадал правильно.
Виктор ободряюще хлопнул меня по плечу.
— С меня пиво.
— И чистое белье, — хмыкнул я в ответ.
Вагонетка тронулась, едва мы успели забраться внутрь. Наш транспорт покатился по рельсам, быстро набирая скорость.
— Как бы не расшибиться, — буркнул Виктор.
Вагонетка уже неслась как пущенные с горы сани. И металлическая дверь быстро приближалась. И только сейчас я рассмотрел намалеванный на створке веселый смайлик и подпись:
“С приездом”.
Ворота дрогнули и медленно разъехались в стороны, впуская нас в ангар. А вагонетка начала тормозить с мерзким скрежетом, о которого заныли все зубы разом. Из-под колес полетели искры.
Транспорт замер в центре цеха. И мы выбрались на бетон.