Другие Мы

– До усрачки. – Признается она, прикусывая губу. В ее рту мелькает стальное колечко пирсинга. – Но мать сказала, что нужно воспользоваться шансом, и все дела.
– Понимаю. Моя говорит то же самое.
– Мы что, не могли просто съездить на экскурсию в университет?
– И как бы тогда отец Дина смог блеснуть перед жителями Брайт Фоллз своей крутостью? – Смеюсь я, забирая у нее стакан. – Спасибо, что позаботилась обо мне.
– Не стоит. Ой… – Мартина меняется в лице. – А что с твоей юбкой?
Я отвожу взгляд на витрину кофейни, где за стеклом виднеются столики, заполненные посетителями. Внутри опять одни подростки: смеются, едят лимонные пироги, пиццу, пьют коктейли.
– Так. – Отмахиваюсь. – Шла по обочине, не успела отойти вовремя.
– Дай, догадаюсь. – Подруга разворачивает меня к себе. – Опять Дин и его свора придурков?
– Уверена, они меня не заметили.
– Как же. – Качает головой Мартина. – Ну, я им покажу!
– Лучше не нарываться. – Тихо прошу я.
– Сейчас мы быстро замоем пятна на твоей юбке, – командует она, утягивая меня за собой в кофейню, – а затем в школу. Будь уверена, я придумаю, как отомстить этим накаченным затупкам!
– Мы и так уже опаздываем, – спохватываюсь я. – Сбор в девять.
– Тут бежать три минуты, сначала приведем тебя в порядок, чтобы они не радовались.
– Тогда я лучше надену сменные джинсы, которые взяла с собой.
– Мы едем к океану, а ты взяла джинсы? – Толкая дверь в уборную, изумляется Мартина.
– А что? – Хмурюсь я.
– А бикини взяла?
– Думаешь, я разденусь при всех?
– Ну, ты и зануда, Люси Кобер! – Хохочет она.
 
3
 
Когда мы подходим к школе, наши одноклассники уже занимают места в автобусе, стоящем у входа.
– Алина, Лео, Флора. – Отмечает по списку учительница, госпожа Йордаль. – Так, а где еще четверо?
– Мы здесь, – отзываюсь я, спеша к автобусу.
Приходится тянуть подругу за руку, ведь та еле шевелит ногами: ей плевать, что мы задерживаем остальных.
– Люси, Мартина. – Ставит галочки в списке госпожа Йордаль. Затем оглядывает нас и строго замечает: – Девушки, постарайтесь сделать так, чтобы покончить с напитками до прибытия в лабораторию.
– Хорошо. – Послушно киваю я.
– И не переборщите с лимонадом, а то обмочите штанишки во время перемещения! – Звучит визгливый голосок из приоткрытого окна автобуса.
Я узнаю его сразу – это Саша Ким.
Звезда школьной самодеятельности и затычка в каждой дырке. Не спорю, девчонка хороша собой: миниатюрная, стройная, с хитрыми раскосыми глазками и длинными волосами цвета вороньего крыла, и мне до нее, ой как, далеко. Но и ее природных талантов явно не достаточно, чтобы быть первой во всем, как она стремится – и петь, и танцевать, и быть ведущей школьных мероприятий и лидером шайки самых популярных учениц школы.
Хотя, усердия у Саши не отнять: везде, где можно засветиться и блеснуть, она светится и блещет. Вот как сейчас – перетянула все внимание на себя, отчего одноклассники смеются и свистят.
– У тебя какие-то проблемы с недержанием? – Усмехаюсь я, бросив на нее взгляд через окно. – Иначе бы тебя так не беспокоила эта тема.
Автобус взрывается новым смехом, а госпожа Йордаль знаками призывает всех к спокойствию:
– Ребята, пожалуйста!
– Что ты вякнула, тупица? – слышится из окна.
Это – мне, не учительнице.
– Занимайте места. – Мягко напоминает нам Йордаль, вздохнув.
С гулко бьющимся сердцем я поднимаюсь в салон. Едва вижу свободные места сразу за водителем, у меня будто камень падает с души: как хорошо, что не придется сидеть рядом с Ким.
– Что, отрастила зубки, сиротка? – Останавливает меня ее издевательский тон.
– Тебя и это беспокоит? – Бросив на нее короткий взгляд, негромко отвечаю я.
– У-у-у! – Гудят ребята.
Им явно по вкусу намечающаяся заварушка. Еще бы: тихоня впервые открыто бросает вызов признанной королеве.
– Радуюсь за тебя. – Смеется Саша. – Этими самыми зубками тебе придется прогрызать себе путь наверх – из этого болота. А пока наслаждайся поездкой: вряд ли, тебе когда-нибудь еще подвернется такая возможность!
 
Я оборачиваюсь и награждаю ее долгим, тяжелым взглядом.
– Можно я начищу ей рыло? – Шумно выдыхает Мартина, стоящая за мной в проходе.
– Не стоит. – Я придерживаю ее рукой.
– Знай свое место, зубрила. – Посылает мне воздушный поцелуй Саша.
Они сидят на последнем ряду вчетвером: она, Дин, Винс и Артур. Саша смеется, игриво наклоняясь на плечо Дина – знает, что, если ситуация накалится, он не даст в обиду свою девушку. Да никто и не решится выяснять отношения с девушкой Вильчека. И пусть она всего лишь одна из ряда счастливиц, которым повезло проводить с ним время, но, все же, задержалась подле него дольше других – целых три месяца, настоящий рекорд.
– Все правильно. – Отвечаю я тихо, и голоса смолкают: каждому хочется услышать, что я ей отвечу. – Мне еще предстоит найти свое место. – И с легкой улыбкой добавляю: – А вот тебе гораздо проще. Ведь главное в жизни барана – занять свое место в стаде, так?
Салон автобуса взрывается смесью визга и хохота, но смысл моих слов доходит до Саши только спустя пару-тройку секунд.
– Ах, ты… – Порывается подняться она, но Дин, придержав за локоть, осаживает ее.
Он что-то шепчет ей на ухо, и Саша возмущенно сжимает челюсти. Я оборачиваюсь к Мартине, та показывает Ким средний палец.
– Все, хватит. – Прошу я подругу и подталкиваю ее к сидению.
Мартина садится у окна, я – рядом.
– Ты мне за это ответишь, – шипит с последнего ряда Ким.
Я оборачиваюсь, но смотрю не на нее. Мы сталкиваемся взглядами с Дином.
Его лицо напряжено, скулы резко очерчены, он кажется раздраженным и смятенным одновременно. Не удивительно, никто не ожидал, что я стану отвечать этой выскочке, для меня всегда было проще робко опустить взгляд и пройти мимо.
Но сейчас мне нечего терять: уже конец учебного года, скоро выпускной, и мне не придется быть изгоем еще целую вечность. Через две недели каждый из нас пойдет своей дорогой, и мы больше не увидимся. Ни с Сашей, ни с ним.
– Это ты тупая овца! Поняла, да? Ты! – Продолжает шипеть Саша.
А я не могу оторваться от голубых глаз Дина: они не холодны, как обычно, в них сверкают искорки интереса.
– Серость! – Не унимается его подружка, тоже теперь показывая нам нецензурные жесты. – Дрянь!
Винс поддерживает ее аплодисментами, ему явно по вкусу девчачьи разборки.
А я смотрю на пухлые, красивой формы губы Дина, изогнувшиеся в ухмылке. На его длинный нос с озорными мальчишескими веснушками, которыми раньше было обсыпано все его лицо. Смотрю на его новую стрижку – короткую по бокам и рваными, фактурными прядями уложенную на макушке. И как будто вижу на мгновение в этом образе следы мальчишки, с которым дружила когда-то в детстве.
Но этот образ быстро ускользает – едва Дин прищуривает глаза, и отбивает мой взгляд словно хлыстом. «Пошла прочь!»
Я отворачиваюсь и делаю глоток лимонада. В груди все еще клокочет от возмущения и волнения.
– Горжусь тобой. – Протягивает мне руку Мартина.
– Ага. – Я пожимаю ее. – Спасибо.
– Боже мой, нужно отбить, Люси! – Хохочет она, высвобождаясь из моей хватки. – Вот так.
Теперь я отбиваю ей «пять», как полагается.
– Ты действительно проводишь слишком много времени с книгами!
– Дин постригся, – зачем-то говорю я вслух.
Мартина без раздумий оборачивается и смотрит на них, затем тут же отворачивается.
– Точно, а я и не заметила.
Мне в щеки ударяет жар. Надеюсь, мое замечание не выдало мой интерес к нему.
– Отрастит бородку и усы, и тогда его точно перестанут путать с девчонкой! – Добавляется Мартина.
И мы смеемся. Мне снова приходится дать ей «пять» за удачную шутку.
– А вот и те, кому повезло меньше. – Вдруг вздыхает она, когда в автобус поднимаются Марк Дэвис и Якоб Строцци.