Ты моя зависимость (СИ)

Что творю? Всего лишь то, о чем мечтал всю свою жизнь.
— Я не пьян. — говорю, заглядывая в её глаза. — И тогда я тоже не был пьян. — Выхожу из комнаты и, спустившись на первый этаж, иду на улицу. Пусть побудет одна и все переварит.
Прости, малышка. Я конченный эгоист, раз втянул тебя во все это. Но я не могу так больше. И теперь я точно не отступлю.
Как только вышел из дома, набрал Яну. Долго ждать не пришлось, друг ответил почти сразу.
— Здорова, брат. Соскучился? — донесся игривый голос парня. Улыбаюсь, люблю этого засранца.
— Ян, она мне не сестра. — сразу перехожу к делу.
— Слушай, я знаю, как ты к ней относишься. — говорит Ян, чуть понизив голос. Видимо Эля рядом.
— Нет, чувак, ты не понял, она мне и правда не сестра.
— В смысле?
— Её мама умерла при родах, тётя Рита — мачеха.
— Ты гонишь...
Нет, Ян, не гоню. Сейчас меня самого разрывает изнутри. Кажется, что я в каком-то сне. Что это нереально.
— Ну что ж, тогда поздравляю. — после небольшой паузы отвечает друг, — благословляю, плодитесь там, размножайтесь...
— Придурок.— хохочу я.
— И это, Вадим, не натвори глупостей, ладно?
— Это говоришь мне ты?
Вспоминая, какие глупости творил Ян в школе по отношению к Эле, хочется смеяться от такого предупреждения.
— Я тебя знаю, чувак, можешь не признавать, но ты ещё больший псих, чем я.
Что ж, а вот в это я сам начинаю охотно верить.
Всю ночь провел в мастерской, адреналин в крови бурлил так, что уснуть было невозможно. Рано утром заскочил домой за вещами в универ. Не удержался от соблазна и, когда проходил мимо комнаты Леры, тихо открыл дверь и заглянул.
Моя девочка спала. Интересно, когда ей удалось уснуть? Еле поборол дикое желание лечь к ней, подмять под себя её стройное тело и снова почувствовать вкус её губ. Рано, Вадим, ещё слишком рано.
Находиться в универе подобно своеобразной пытке. Я знал её расписание наизусть, видел её силуэт в толпе и на физически ощущал её присутствие рядом. Сейчас, когда я узнал, что она мне вовсе не сестра, все ощущалось на каком-то совсем новом уровне. Меня всего будоражило. 
На третьей паре я словил джекпот в виде совмещенной с её группой физры. Только не учёл, что пытка станет ещё безжалостнее, когда я увижу её попку в обтягивающих лосинах. 
— Мне кажется, нам надо поговорить. — говорит она, явно трусясь посмотреть мне в глаза.
Соглашаюсь, хотя сразу предупреждаю, что этот разговор ей может не понравиться. Всю ночь я размышлял, как быть дальше и что делать. И пришёл к выводу, что теперь, узнав правду, я точно не смогу согласиться на меньшее.
Жду на парковке. И вот, наконец, моя любимая девочка спускается по ступеням главной лестницы и садится рядом.
— Вадим, я немного нервничаю...
О да, я заметил это. Я многое хочу ей сказать, но даю первой начать разговор.
— Я думаю то, что произошло, какая-то ошибка, недоразумение.
Боже, она это называет недоразумением?
— Нет. — отвечаю холоднее, чем планировал, но голос сам стал таким от её слов. — Недоразумение — это то, что я узнал о том, что ты мне не сестра, спустя девятнадцать лет. Вот это недоразумение.
— И это что-то меняет?
— Это меняет многое.
— Почему? Я вообще ничего не понимаю, Вадим!
— Потому что я люблю тебя.
Ахереть, вот так просто взял и сказал эти слова. Впервые без тупого братского контекста, а искренне и почему-то так легко, словно говорил ей это всегда. Одуреть можно.
— Я тоже тебя...
— Нет, — не даю ей договорить, — Я люблю тебя не как сестру, я люблю тебя, как девушку, Лер.
— Но как?... Кккак такое возможно? — тихо произносит она. — Мы ведь только вчера узнали.
— Это неважно, — и поясняю, — Я тебя всегда любил именно так. Вчера просто все встало на свои места и доказало мне, что я не гребанный извращенец.
Вижу, что её немного трясёт. Хочется обнять, успокоить, но надо доиграть свою роль до конца.
— Я не смогу это принять, понимаешь? — словно пощечиной доносятся до меня её слова. — Ты мой брат.
— Я и не прошу вот так сразу, я знаю, что нужно время.
 
— Но я не хочу ничего принимать, как ты не понимаешь?!
— Боюсь, это так не работает. Лер, ты самый важный человек для меня...
— Ты для меня тоже!
— Мартышка, дай договорю. Так вот, ты самый важный для меня человек, и я хочу каждую секунду своего времени проводить только с тобой, но...
— Но?
— Не в качестве брата. — и подвожу итог. — Мне этого недостаточно, никогда не было достаточно. 
— А если я хочу, чтобы ты был рядом в качестве брата?
— Это невозможно. Я не хочу давить, но и меня пойми — я тоже не могу иначе, не могу быть просто братом для той, от одного касания которой меня разрывает на куски.
— Ну хочешь, не буду касаться.
— Ага, и рядом быть, и дышать, и что ещё? Лер, я тебе серьёзно говорю, не пытайся меня изменить.
— А ты что делаешь? Пытаешься изменить меня!
— Нет, я просто хочу, чтобы ты открыла глаза. 
Мы подъезжаем к дому и Лера тут же выскакивает на улицу.
— Ты не идёшь? — спрашивает она.
— Нет, — качаю головой, — Я же говорю, не в качестве брата. Но, как только ты поймёшь, что я тебе нужен, я буду с тобой столько, сколько ты пожелаешь. А пока, мартышка, прости, мне надо ехать.
Завожу машину. В зеркало замечаю, что Лера стоит и смотрит мне вслед. Отстойный разговор. Так тяжело видеть в её глазах боль и понимать, что я и есть её первопричина. Но я понимал, какую игру начал. И я чётко знал Леру.
Я просто должен показать ей другой мир и другого себя.
  
Глава 18. Лера
 
То есть взял и уехал, да?! А то, что я себе уже четвёртый час места не нахожу, это пофиг? 
Со злости, работая над проектом его дома, добавляю в гостиную над диваном картину с бигдиком. И мне плевать, если он этого не заметит в графическом варианте, а увидит уже вживую. Вообще на все плевать.
Из окна увидев вернувшихся с работы тетю и дядю, иду в ванну, умываю лицо и леплю на себя тканевую маску — супер конспирация от отёкшего от переживаний лица. И только тогда спускаюсь вниз.
Вадим вернулся только во втором часу ночи. Услышав рёв его мерса, осторожно подкрадываюсь к окну, хотя на сто процентов уверена, что при выключенном свете и за шторой меня точно не видно. Отмираю, когда его силуэт скрывается за входной дверью дома и пулей оказываюсь в кровати.
Прислушиваюсь к каждому шороху. Вот и его шаги. Знаю его походку наизусть. Почему-то жду, что сейчас откроется дверь и он зайдет. Но еще через минуту слышу, как хлопает дверь в его комнату. Интересно, завтра мне снова придётся ехать с дядей и возвращаться на такси? А потом вспоминаю, что завтра у нас нет пар. 
Утром просыпаюсь относительно бодрячком — Вадим ночевал дома, и от этого мне почему-то было спокойнее. Одеваюсь и спускаюсь вниз, сразу сталкиваясь на кухне со всем семейством. 
Вадим стоит у барной стойки в одних лишь свободных серых шортах, сверкая оголенным торсом. Фыркаю. Позер. Но шалость ему удалась — мне становится неловко. Этот засранец ловит мой взгляд и нахально улыбается. Улыбайся, улыбайся, рада, что хоть кому-то из нас весело.
— Нус, молодёжь, какие планы на сегодня? — заговорчески спрашивает дядя, когда мы садимся завтракать.
— Абсолютно никаких! — отвечаю ему.
— Думал, ты хотела потратить свободное время на завершение проекта. — встревает Вадим. Вот же…
— Брось, сын, только не сегодня. — осаждает его дядя. — Нам с мамой Милана Григорьевна подарила четыре пригласительных на выставку декоративных растений в парке. Понимаю, что вам это может быть не очень интересно, но, если планов нет, то могли бы замечательно провести время вместе. Да и чего билетам пропадать.
— Вообще-то звучит просто замечательно!
— говорю я
— Тогда решено! — улыбается дядя. Собираемся и выходим. 
— Я не могу, занят. — говорит Вадим, и настроение сразу же идёт не по тому месту.