Мне бы в небо (СИ)

А после матча я подошёл к Сергеичу.
— Дмитрий Сергеевич, можно вас на пару слов.
— Да можно и больше, чем на пару. Ты мне главное в любви не признавайся, а то после подобного вопроса, от какой барышни вашего возраста, они порой такое начинают воротить, что мне хоть под землю проваливайся, — пошутил физрук.
  
Глава 8
 
Как я и думал, Сергеич не отказался помочь. Договорились, что со следующей недели он начнёт мою подготовку. Но только при условии, что оставшиеся экзамены я сдам минимум хорошо, а в идеале отлично. Но это Дмитрий Сергеевич сделал, только для того, чтобы я не расслаблялся. В том, что он мне поможет, даже сдай я оставшиеся экзамены на тройку, не было никаких сомнений. 
После этого мы ещё немного поболтали с ребятами и разошлись по домам. Завтрашний экзамен никто не отменял. По дороге домой Лёха, зазывал меня в гости, но я отказался. Дома меня ждала мама и учебник алгебры.
— Мой руки и садись ужинать, я как раз пожарила котлет. — крикнула мама, когда я зашёл домой. 
За ужином она сказала, что бабушка пожелала мне удачи на завтрашнем экзамене и попросила, навестить её, как освобожусь. Врачи уже разрешили. 
Попытался заговорить с мамой насчёт того, чтобы оставить бабушку жить с нами, да и о восстановлении дома, но попытка не удалась. Мама сказала, что сперва нужно всё узнать в сельсовете и куче других инстанций, а уже потом решать, что делать дальше. Дядя Коля за эту неделю должен будет со всем разобраться и приехать на выходных с результатами.
Разговаривать с ней насчёт дяди Коли я не стал. Он получил от меня благословения, так сказать, и теперь остальное зависело только от самого дяди Коли и его настойчивости.
Ну а дальше я вновь отправился за учебники. И повторив основные моменты, лёг спать. Перед экзаменом надо выспаться очень хорошо.
В школе я был уже в половине девятого. Экзамен должен начаться через полчаса. А пока было время перекинуться парой фраз, со взволнованными одноклассниками. Не переживали всего несколько человек, среди которых был и Лёха. Он, вместе с парой таких же раздолбаев и единственным отличником в нашем классе — Таней Сидоровой, постоянно подшучивали над остальными. Из-за чего эта компания вскоре оказалась в гордом одиночестве. 
Ровно в девять нас запустили в класс.
Экзамен длился четыре часа. Конечно, все заканчивали намного раньше, но не торопились сдавать свои листочки, проверяя всё по нескольку раз. А в некоторых случаях и вовсе переписывая всё заново. Ребята нервничали и допускали много ляпов, зачёркиваний и так далее. 
В час нам объявили, что время истекло и нужно сдавать свои работы. И вот уже в начале второго я топал в больницу к бабушке, будучи уверенным, что сдал экзамен минимум на четвёрку. Никаких сложностей в решении задач и примеров, подготовленных для экзамена, я не заметил. Необходимые знания всплывали в нужный момент. 
Больница, в которой лежала бабушка, находилась совсем рядом со школой, буквально через один квартал. Заскочив в ближайший гастроном. Купил две пачки печенья. Одну земляничного, а вторую юбилейного, истратив на это все свои деньги, оставшиеся ещё после выходных. 
Мама мне рассказала, где лежит бабушка и как проще попасть в нужное крыло, поэтому я практически не блуждал по больничным коридорам, да и не дали бы мне этого сделать во время тихого часа. Это в детских больницах было очень трудно уложить ребятишек, у которых энергия постоянно бьёт через край, а вот со взрослыми всё обстояло совершенно по-другому. Они, наоборот, всегда были за дневной сон, тем более, чем ещё заниматься в больнице?
Дежурная медсестра предупредила меня, чтобы я не шумел и указала на нужную палату, предварительно проинструктировав.
— Она с самого утра всем рассказывает, что сегодня внук придёт после экзамена. Я даже думала не пускать тебя, а то вдруг от радости вновь плохо станет. А потом поняла, что если тебя не пустить, то бабушка расстроится. А это ещё хуже будет. Поэтому постарайся её не расстраивать. Надеюсь, экзамен хорошо сдал?
 
— По-другому и быть не может. — ответил я и вошёл в палату. 
Всего здесь было шесть коек и все были заняты. Четыре женщины спали, а две бабушки, лежавшие на соседних кроватях, о чём-то разговаривали. Одной из этих бабушек и была моя Анастасия Фёдоровна. 
— Не вставай! — тут же сказал я бабушке, когда она меня увидела и попыталась подняться. — Пока полежи. Успеешь ещё находиться. Знаю я тебя, ни минуты без дела не можешь сидеть.
— Вот поэтому мне тут очень тяжело приходится. — вздохнула бабушка, а затем обратилась к своей собеседнице. — Знакомься Петровна, это мой внук Серёжа. Он у меня в этом году в лётное училище собрался поступать. Лётчиком хочет стать.
А затем мы просто разговаривали. Я даже не заметил, как пролетело больше двух часов. Медсестра пришла делать уколы и ставить капельницы, а меня выгнала. Бабушка сказала, что во время капельницы её всегда клонит в сон, поэтому я отправился домой, пообещав ей ещё и завтра зайти.
А сейчас мне необходимо было самому отправиться в больницу и написать заявление на прохождение ВЛЭК. Лучше сделать это сразу ещё до подачи документов в училище. Если вдруг возникнут какие проблемы здесь, то можно будет это как-нибудь исправить. А вот узнай я об этих проблемах в училище, будет уже поздно. Тем более я надеялся, что здесь мне в случае чего мама поможет. Да, она не хотела, чтобы я поступал в лётное, но и вот таким образом вставлять мне палки в колёса она точно не станет. Мама у меня не такая.
К тому же её помощью я собираюсь воспользоваться только в крайнем случае. А пока нужно заскочить домой и уже потом отправляться и точно узнавать, какие анализы необходимо сдавать. А потом уже с готовыми анализами идти на комиссию. Это сильно сократит время её прохождения. Как вспомню очереди, что приходилось отстаивать в прошлой жизни, так сразу дурно становится. Но в то время я ещё ничего не знал и время выбрал крайне неудачное.
Документы в Сасовском училище начинают принимать с начала июля по конец августа, поэтому нужно торопиться, чтобы успеть попасть туда в первых рядах. Помню, когда я работал там инструктором ребят, которые подавали заявление позже остальных, в основном отправляли домой. Учебные группы уже были сформированы и никому не хотелось лишний раз напрягаться. Исключение делалось только для «непростых» учеников. Но такие в основной своей массе поступали в военные училища.
Забежав домой, я поел и взяв рубль, отправился в медсанчасть при Дягилевском аэропорте. После войны аэродром был передан в ведение дальней авиации. А в будущем на его территории создадут центр боевого применения и переучивания лётного состава дальней авиации.
И вот сейчас я собирался добраться до Дягилевской медсанчасти и узнать всё, что нужно для прохождения ВЛЭК (Врачебно лётная экспертная комиссия). Добраться туда можно было только на первом троллейбусе и именно для этой цели мне нужны были деньги. А ещё я хотел мороженого. Простого пломбира в вафельном стаканчике.
Когда уже закрыл дверь, услышал телефонный звонок. Возвращаться совершенно не хотелось, но вдруг это важный звонок?
— Алло.
— Алло. Сержа это ты? Это Юля Рыжова.
— Привет, Юль. Это я.
— Ну как дела у бабушки?
Интересно, зачем она мне позвонила? Сомневаюсь, что её сильно интересует здоровье бабушки.
— Сейчас уже всё в порядке. Врачи говорят, что самое страшное позади.
— Очень хорошо. А вы как с Валентиной Васильевной?
— Мы с мамой тоже хорошо. Юль, ты звонишь с какой-то конкретной целью, или просто узнать о том, как себя чувствует наша семья?
Нужно её поторопить. Я не знаю до какого часа работает медсанчасть, а попасть туда хотелось бы сегодня.
— Серёж... — замялась девушка, явно собираясь с духом. На заднем фоне я услышал голос Ларисы, что-то быстро тараторящей сестре. — Давай сходим в кино. — наконец, выдавила из себя Юля.
— Давай. Только давай завтра. Сегодня у меня ещё есть дела. И я не знаю, когда смогу освободиться.