Видишь Суслика? (СИ)

- Может закружиться голова, Фудзивара-кун – прошептала Ласка, – это кустарники Вечнозелёного Дёрена Амиталия, в пору своего цветения они выделяют особый аромат, заставляющий говорить правду.
- У меня… Нет секретов. – еле выдавил из себя Суслик.
- Секреты есть у всех, Кадзуо-кун, но ты можешь не волноваться, сейчас же дёрен не цветёт. – перешла на более фамильярное обращение обольстительница. Суслик прижался головой к груди Ласки и почувствовал, как её соски напряглись.
- Но листья Амиталии тоже имеют такой эффект, так что дыши, дыши, Кадзуо-кун. И расскажи мне всё, что тебя тревожит. – У кадета действительно закружилась голова, но Вал тихонько посмеялся внутри него, дескать, вот хитрая бестия, психотропные вещества решила на нём использовать, но нет, нееет, не выйдет. Суслик внезапно отпустил её и сам встал на камешек, надавив себе на свежий синяк на бедре. Боль и движение воздуха выше лабиринта привели его в чувство, он вдохнул поглубже и собирался уже было целовать Ласку, как услышал шаги. Он спрыгнул с камня и присел, поманил девушку к себе, прижимая палец к губам.
- … делу сёгуната?
- Политика меня не интересует. Я не состою в клане, чтобы всерьёз рассматривать подобные вопросы.
- Ну а если мне просто интересно, что ты думаешь о гипотетическом сёгуне?
- При сёгуне у меня появится возможность основать клан? Если да, то я окажу самую деятельную поддержку делу сёгуната.
- При Императоре новых кланов не появлялось никогда, – уклончиво ответил первый из собеседников с другой стороны живой изгороди.
- Значит, причина в Императоре? – прямо спросил второй.
- Многие полагают, что божественный микадо попал под сильное влияние гайдзинов в своем окружении, – снова ушёл от ответа собеседник.
Наверное, господа продолжили обмен любезностями и дальше, но Суслик и Ласка не стали следовать за ними, чтобы продолжать подслушивать. Разговоры о политике убили всю романтическую атмосферу.
* * *
Хомячок пытался вытрясти из друга все воспоминания о неудачном свидании, но того больше интересовали подробности наблюдения из окна. Была замечена нетипичная активность дежурных на КПП; повсюду сновали незнакомые люди. Суслик припомнил, что особо чувствительные кадеты с бессонницей в крыле Омега, перебивая друг друга, рассказывали о необычных звуках ночью и странностях: мол не всегда узнают своих офицеров – через раз другое лицо мерещится.
- Нужно увидеться с Пумой, – решил Суслик. Джунгарик расплылся в ехидной улыбке.
- Ай ты проказник, Фудзивара-кун! Тебе одной дамы мало, значит? Но тебе повезло. Я видел, что сестрица сегодня здесь, правда, при исполнении, но так даже лучше. Ей так идёт форма! – Глаза Хомяка неведомым образом сформировались сердечками и он выскочил за дверь. Затормозивший Суслик вышел за ним и столкнулся нос к носу с Хорьком.
- Позже поговорим, Кагосима-сан, есть кое-что важное.
Хорёк внимательно поглядел на исчезающую за поворотом фигуру кадета, заглянул в приоткрытую дверь комнаты. Какие беспечные. Не комната, а проходной двор!
Пума руководила осмотром военных кораблей. Хомяк договорился, чтобы его и друга пропустили к сестре. Это было достаточно легко, кто ж не знал этого милого Минамото с шилом в заднице? Обнимашки Синдзи быстро наскучили, и он здорово удивил друга знаниями об особенностях установки противолодочных орудий. Да, Хомяк ввязался в спор с парнями из группы Пумы, чему Суслик был только рад.
- Новая броня на палубе, отлично! – Довольно подмигнула Каори, – Приглядись, Фудзивара-кун, этот корабль – мечта! Таким и должен быть настоящий мужчина. – Девушка ловко пригнулась и погладила палубу.
- Такая сильная, такая гладкая, такая молодая! Ещё ни разу не была в боях, но уже готова принять на себя всю страсть битвы, – Пума продолжала поглаживать палубу кончиками пальцев. Ей действительно безумно шла форма, высокие берцы стягивали ноги, только подчёркивая всю красоту ног и аппетитных ягодиц. Суслик вспотел, ему казалось, что Пума гладит вовсе не палубу, а его тело.
 
- А какие там переборки! Пойдём, покажу.
Кадзуо решил, что пора прервать это безумие.
- Этот корабль ещё кто-нибудь уже видел?
- Побойся небес! Ты здесь исключительно из-за моего брата, - Каори взялась обеими руками за штормовой леер, ­– какой он крепкий, гляди. Прочный, жёсткий, такой длинный. Он готов выдержать любой шторм. Фудзивара-кун, я хочу такой леер себе. – на последнем слове она тихонько застонала, и Суслик ощутил, как одежда прилипла к его спине. Он взял её руки в свои, и наступила тишина. Волны тихонько бились о корпус.
- Помните, в порту…
Взгляд Каори помутнел. В порту у них случилось много чего интересного. Фудзивара унял волнение и продолжил.
- … Было много подозрительный проходимцев, ошивающихся там с оружием. Насколько хороша наша военная охрана? – Очки его съехали на нос, Пума хищно улыбнулась и резко притянула его в объятия.
- Обо мне беспокоишься, малыш? Не стоит.
- Нет, об этом великолепном судне, - промямлил, ища воздух, затисканный Суслик. А вот это был уже другой разговор. Капитан отделения охраны императорской семьи не могла пропустить это. Она отпустила голову Кадзуо.
- Следуйте за мной.
Так и появились они перед замолкнувшими Синдзи и ребятами отряда – лохматый, вспотевший Фудзивара и озадаченная Каори. Теперь мысли о недостаточности охраны корабля и города начали тревожить не только Валентина Соболева.
- Проверка закончена. Я подпишу все необходимые документы – сказала взъерошенная Пума начальнику порта. Он улыбнулся девушке, и подал планшетку с бумагами.
- Но… Каори-ниисан, мы ведь… – начал Хомяк.
- Не спорь с сестрой. – одёрнул его Суслик.
Выйдя из порта, Пума отослала отряд на базу и попросила прикрыть её отсутствие.
- Корабль отличный, тут без нареканий. Но где экипаж? – пояснила Пума брату.
- Да! Здесь что-то нечисто.
- Сегодня я ещё раз слышал странный разговор. Давайте называть вещи своими именами: готовится заговор.
- Проверку порта должен был осуществлять другой отряд стражи. Я вписала себя в последний момент. – продолжила Пума.
- Зачем? – удивился Суслик.
- У меня были на то причины – сказала она уклончиво, но её плотоядный взгляд всё объяснял без слов.
- Кто ещё в курсе про заговор? – спросил Хомяк
- Ласка. Мы с ней слышали тот разговор вместе.
- Вы с ней вместе? – рыкнула Пума.
- Она, эм, сопровождала меня в столовую. Через сад.
- Но они же с разных сторон! – воскликнула Пума.
- Разве? – удивился Суслик.
- Мы можем доверять Ласке? – Хомяку было очень непривычно выступать в роли голоса разума, но он храбро взял на себя эту роль.
- Да. Доверять можно. – процедила Каори.
- Ласка — это хорошо, но мало. Заговор против Императора готовят как минимум два могущественных клана, а у нас только Фудзивара, в почти полном составе, и Минамото…
- Мы не сможем перебросить наших бойцов незаметно – посетовала Пума.
- Тогда, как насчёт Хорька? – предложил Суслик.
- Клан Кагосима? Да, это имеет смысл. Они смогут оказать поддержку, но можно ли им доверять?
- У нас нет выбора.
Неспешным шагом они дошли до кафе «Парфэ». Оттуда Пума позвонила в академию, и попросила позвать свою «подругу» к телефону. Через пятнадцать минут она прибыла в кафе вместе с Хорьком, и тут же накинулась на мороженное, которое затребовала в качестве взятки.
- Что происходит? – спросил Хорёк.
- Какой клан владеет портом Китакюсю? – спросила его Пума в ответ.
- Оути.
- Это те самые Оути, из которых был Ёсио? – уточнил Вал.
- Да, те самые. И я ещё раз хочу принести извинения за тот случай…
- Да проехали, Хорёк, проехали – остановил японскую вежливость Валентин.
- Это имеет смысл. Жёсткая таможенная политика императора нравится не всем владельцам портов.
- Да о чём вы говорите?