Последний из рода Грифичей (СИ)

— Не отрицай этого, — и он поднял ладонь, словно отбрасывал сразу все мои оправдания. — Я знаю, что это ты сделал, ты помог ему сбежать, — загадочным голосом проговорил Конрад Милфордский.
— Знаете, оправдываться и что-либо говорить на этот счет я не буду.
А инквизитор кивал в такт моим словам, не перебивая.
— Многие меня считают очень злым человеком. Так я вам скажу, что это не так, у меня есть чувство сострадания и милосердия. И, несмотря на мой возраст, я в этой жизни кое-что видел и могу по глазам понять человека. По его глазам я видел, что он это не со зла сделал. Он не убийца, полагаю, это произошло чисто случайно. Так сказать, несчастный случай, — я пожал плечами.
Тут инквизитор рассмеялся громким и звонким голосом.
— Так ты думаешь, его за убийство посадили в башню? Однако ты прав, он не убийца. Он настоятеля Талия не убивал, как ему было предъявлено. Он его неловко толкнул, и тот после падения ударился головой об пол, но он всего лишь потерял сознание. Монахи принесли его в келью и привели в сознание. - А разыскивают его, чтобы выпороть, и всего то, за то что забрал Библию с собой.
— Ладно, не буду тебя спрашивать, где он и для чего он тебе, но постарайся сделать так, чтоб его не нашли хотя бы первые полгода. Пусть это будет моей благодарностью тебе за спасенную мне жизнь.
— Разрешите вас спросить, если у нас пошел разговор по душам? — обратился я инквизитору.
— Спрашивай, что тебя интересует? — с интересом взглянул на меня Конрад.
— Я слышал, что у некоторых людей имеются нечеловеческие способности. Такие, как умение очень быстро двигаться. Для обыкновенного человека его движения еле уловимы. А некоторые могут подавлять силу другого человека, и он будет обездвижен на некоторое время. Вот скажите, это колдовство?
— Я наслышан о таких способностях человека. Полагаю, данные силы даны человеку Господом нашим. Я читал даже некоторые древние трактаты, говорящие об этих силах, там же была легенд,а о первой ведьме, — ответил спокойно инквизитор.
— А проклятые предметы? Тоже слышали о таком. И предметы эти обладают немыслимой силой. Будто они дошли до нас от старых богов.
— Это ересь и выдумка невежественных крестьян, — спокойно ответил Конрад, но вот его взгляд изменился.
Волчара, матерый волчара. С таким не поиграешь и долго за нос не поводишь, и я рад, что он благодарен за свое спасение, иначе у нас мог состояться совсем другой разговор.
Я лишь склонил голову, признавая, что услышал и понял Конрада.
— Приятного дня, сэр Ратибор, — инквизитор, поднявшись пошел дальше гулять по саду.
Посмотрел, как он удаляется от меня, и в голове возникла мысль. Если каждого настигает возмездие по делам его, значит, Конрад Милфордский должен был умереть от проклятья, или это было просто испытание, предупреждение, а может, и возмездие, — вернув его к жизни, и не дав умереть, я продлил его жизнь, во благо ли?
Размышляя об этом и о многом другом, я не заметил, как ко мне подошел сэр Ален и попросил разрешения присесть рядом.
Сидя напротив меня, он долгое время молчал и посматривал по сторонам, будто был чем-то взволнован, но, насколько я его знал, он был не робкого десятка, просто так его не напугать, тем более мы находились не где-нибудь, а в графском саду.
— Сэр Ратибор, будьте вечером в главной зале, вас желают видеть граф и герцог, — сказал он, глядя мне в глаза. — И будьте внимательнее и лучше смотрите по сторонам, вы человек новый в этих краях, но уже слишком близки к герцогу и его семье, это многим не нравится.
— Спасибо, сэр Ален, за предупреждение, — поблагодарил я его.
Кивнув мне в ответ, он удалился. Я задумался над его словами, а ведь он прав, прибыл я недавно и так быстро вознесся в глазах окружающих. Вожу дружбу с герцогом и его братом. Уж парочка недоброжелателей у меня найдется, ну и хрен с ними, так веселее.
Продолжая сидеть, я размышлял о том, что еще задумал герцог, да еще и приглашение такое странное через сэра Алена.
Утро плавно перешло в день, а после непродолжительной прогулки по городу и вовсе солнце склонилось к закату.
 
Возле входа в замок меня встретил сэр Ален и попросил проследовать за ним в зал.