Соболев. Пробуждение Дара. Том 1. Том 2 (СИ)

— Устанавливайте таймеры на плюс тридцать семь минут от текущего момента и проваливайте оттуда.
— Принял, таймеры на плюс тридцать семь минут. Все слышали?
Его подчинённые подтвердили и выполнили приказ. Очень скоро здесь начнётся настоящее кровавое безумие.
Вот только ни командира, ни его боевиков это не волновало. Все они выходцы из низших классов, и у всех был свой, зачастую смертельный счет к аристократам. Это будет не теракт, а акт “справедливого возмездия”.
Ну, по крайней мере так они считали.
Точно также считали и члены еще двух боевых групп. Одна в это время минировала Аэропорт Шереметьево Один, а вторая, та, которую задержали для проверки документов, успешно её прошла, и сейчас их грузовик начинённый взрывчаткой въезжал на территорию Московского Мотостроительного Завода. Эта акция обещала быть не самой многочисленной на жертвы, но самой дорогой в плане ущерба, и в теории способной вызвать транспортный коллапс в центре огромного мегаполиса.
То, что нужно для схемы.
***
Фух, повезло, всё кончилось, подумал я.
И ошибся.
Неизвестные судьи разом встали, и тот что был справа от ректора спросил меня:
— Господин граф, вы сегодня уже ответили на вопрос, что аристократ должен делать, когда ущемляют его честь. А теперь ответьте мне, что должен делать титулованный аристократ, офицер и орденоносец, когда затронута не только его честь но и честь армии и следовательно Императоров?
Твою мать, нихрена еще кончилось, видимо, всё только начинается. Очень не хочется отвечать.
А надо, поэтому я собрался с духом и сказал:
— В этом случае обязанность, не право, а именно обязанность оскорбленного вызвать оскорбившего на дуэль, так как задета не просто дворянская честь, а честь армии, а, следовательно, Империи и Императоров.
— Всё верно, — сказал судья.
А потом второй встал и обратился к Богдану Волкову.
— Господин Волков, повторите в точности, то, что вы сказали Валерии Котовой и Алексею Соболеву. Это приказ.
Я почувствовал, как в тот же момент в зале столкнулись две ментальные силы, очень мощные. Судья давил на Богдана, а тот защищался. Очень не хотелось сучёнку отвечать на этот вопрос. Но он ответил, видимо, силы у судьи намного больше чем у Богдана.
— Очень громкие слова для драной кошки, Котова. И как будто я не прав. Пока твой хахаль-трахаль был простым безмозглым бегунком на льду, ты его не таскала по приличным заведениям, а стоило ему побегать с автоматиком и получить висюльку с титулом как вот он, вскочил тут как прыщ на заднице, — сказал Богдан каким-то совершенно опустошенным голосом, а потом добавил, — эти слова я сказал Котовой и Соболеву.
А затем эти два судьи прекратили быть неизвестными, миг и в зале суда, вместо туманных фигур, стояли два императора, Константин Альфа и Константин Бета.
Альфа повернулся ко мне и сказал:
— Граф Соболев, вы знаете что делать.
Мне всё было предельно понятно, и я пытаясь выгадать хоть пару мгновений, ну очень мне не хотелось драться с Богданом, а драка будет страшная, вызвал своего соболя, ища в нем хоть какую-то поддержку.
Но вместо привычного мне зверька на моей ладони стояла моя-же точная копия. И мини я кивал головой, давай мол приятель, делай. Ну так, значит так.
— Богдан Волков, — медленно произнес я, — я вызываю вас на дуэль. Пока один из нас не запросит пощады или до смерти.