Убей или умри 4 (СИ)

Она замешкалась, разыскивая в прихожей свою обувь, и так и умчалась в свою квартиру через лестничную клетку в моей рубашке.
Сам не отдавая себе отчёта, я думал об Ольке, как о постоянных отношениях. Когда встречаться, как предохраняться, даже где нам дальше жить… Её уютная хозяйственность задела что-то в моём сердце так глубоко, что внутри стало тепло-тепло.
Герои фильмов в таких случаях закуривают, чтобы заполнить паузу. Я вместо этого поставил чайник, но он даже не успел закипеть, когда Оля вернулась.
Она меня приятно удивила. У меня были опасения, что Олька напялит какое-нибудь бально-коктейльное платье в пол, оставшееся от выпускного, на который я так и не попал. Вместо этого, она надела яркую блузку и пышную юбку чуть ниже колена, и стала выглядеть мило и романтично, хотя и несколько старомодно. На плечах крохотная меховая не то шубка, не то курточка.
— Я готова, — с порога заявила она.
За это время она даже причёску уложить успела и глаза подкрасить. Я окинул свою соседку восхищённым взглядом, словно видел в первый раз.
— Тогда поехали.
Мерседес ждал нас внизу. Водитель если и удивился, то не подал виду. Сначала я хотел выбрать заведение попроще вроде "Вина и Пасты" или той же "Бургерной", но увидев, как старается Оля, решил её не разочаровывать.
— В "Румпельштицхен", — скомандовал я.
— Вы уверены, Андрей Олегович? — уставился на меня водитель.
— Абсолютно, — безмятежно ответил я.
Водитель тут же запищал, набирая что-то на своём смартфоне, и вряд ли это был навигатор.
— Там же столики надо за месяц заказывать, — прошептала мне Оля, — вдруг нас не пустят?
Что-то она слишком хорошо знакома с подобными заведениями. Информированность Оли неприятно кольнула. Не иначе, побывала уже в таких с кавалерами на внедорожниках. Ревность накатила и тут же схлынула.
Сами виноваты, Андрей Олегович. Девушки вам нравятся яркие, и в какой-то мере даже опытные. На монашку или серую мышку не поведётесь. А у всех таких девушек есть какое-никакое, но прошлое. Только оно не имеет значения. Где тот кавалер? Да хер его знает. Он где-то в прошлом. А Олька здесь, рядом. Довольная, оттраханная, в ресторан с тобой едет. И останется она с тобой дальше, это только тебе решать.
Думать о себе по имени-отчеству было забавно.
— Пусть попробуют, — буркнул я, улыбаясь, чем поверг Олю практически в экстаз.
Ресторан Модеста оказался неплохим вариантом. Случайные люди там действительно были бы там как на ладони. Столики заказывали, и убийце пришлось бы приложить немало усилий, чтобы попасть внутрь вслед за нами.
Я, если честно, желал, чтобы ему это не удалось. Не хотелось подставлять под удар Олю, да и поесть спокойно он бы помешал.
Сюрпризы начались уже у входа.
— Добрый день, Андрей Олегович! — широченный охранник опустил в пол свои поросячьи глазки, открывая перед нами дверь.
Я молча кивнул, пропуская Олю вперёд.
— Откуда он тебя знает? — снова прошептала она.
В ответ я пожал плечами. На скуле охранника была свежая ссадина, так что я догадывался о событиях нашего мимолётного знакомства. Лица я вчера не запоминал.
Мы зашли в общий зал. Я стал оглядываться и с сожалением замечал, что все столики действительно заняты. Обеденное время. Наверняка у Модеста сейчас ведут деловые переговоры, пускают пыль в глаза проверяющим, умасливают потенциальных инвесторов…
— Андрей Олегович, прошу вас и вашу спутницу пройти в зал для особых гостей, — Блондинка-метрдотель так и лучилась радушием. Она выбежала нам навстречу, и я даже испугался, как бы она не поскользнулась на своих каблучищах от такой резвости. — Вот сюда, пожалуйста… на лестницу.
Зал для особых гостей был роскошен. Он располагался на балконе, и напоминал театральную ложу. Зеркала, лепнина и драпировки, которые в нижнем зале терялись на фоне пространства, здесь окружали со всех сторон. На небольшом возвышении стоял белый концертный рояль. На нём наигрывала джазовые импровизации красивая мулатка в ослепительно-белом платье. Олька сжала мой локоть, кажется, чтобы не упасть в обморок.
 
Здесь было всего десять столиков. Три из них занимали, вероятно, очень богатые и важные люди, которым и полагается сидеть в таких местах, а ещё два — спортивного вида мужчины в тёмных костюмах и белых рубашках. Они пили кофе из крошечных чашечек и чистейшую воду из высоких стаканов, и старательно не смотрели в мою сторону.
— Андрей, а ты кто? — выдала мне Олька, когда мы сели за столик.
— Как кто? — не понял я, — сосед твой.
— Я уже начинаю сомневаться, — Оля огляделась, — Ты олигарх?! Или секретный агент?
— Да хватит тебе! — я напустил на лицо равнодушия, — Сказал же, в МосТехе работаю. Должность просто… руководящая...
— Комплимент от заведения! — блондинка-метрдотель, видимо, взялась обслуживать нас лично.
Она выставила перед нами тонкие хрустальные бокалы, и сейчас наполняла их игристым вином.
— За любовь! — пафосно провозгласила Олька, мне кажется, для того чтобы позлить блондинку.
Если поставить их обеих на подиум, то блондинка бы явно выиграла. Оле не хватало стиля, уверенности и того лоска, который появляется у женщин, которые очень себя любят. Но мне сейчас блондинка была совершенно неинтересна.
Практически все мои женщины в последнее время превосходили меня. Статусом, доходом, опытом… Всегда я должен был тянуться к ним. Соответствовать их уровню. Это полезное упражнение для саморазвития, но оно постоянно держит в напряжении.
Сейчас с Олей я не просто распустил павлиний хвост и сыпал понтами. Я чувствовал, насколько сам изменился за эти недели. И дело не только в деньгах или в статусе. Я стал гораздо лучше понимать, как устроен окружающий нас мир. Какие рычаги и пружины его двигают.
Я шёл в "Румпельштицхен" с вызовом, словно во вражескую крепость. А сейчас понял, что эта крепость мной покорена. Я здесь не просто так, а по праву победителя. И если вдруг я начну бить посуду, лапать блондинку-метрдотеля или даже решу помочиться на одну из мраморных колонн, то скорее всего мне не будут устраивать скандал. Наоборот, пришлют уборщицу с метёлкой и совком, дадут номер телефона для дальнейшего общения или принесут влажные салфетки, чтобы... ну понятно что.
Оля заказала какой-то салат и морепродукты. Наверное, следила за фигурой. Я взял себе солянку и стейк. Разбираться в меню было неохота, а я уже успел узнать, что в каждом приличном ресторане есть солянка и стейк. Ошибиться невозможно.
Блондинка принесла мне карту вин. Раньше бы это обстоятельство повергло меня в ступор. Я понятия не имел, как разбираться во всех этих сортах и годах, и самое главное, почему-то считал это умение очень важным. Типа я такой: "Принесите Божоле урожая тысяча девятьсот пятьдесят второго года. Это был солнечный год и вино под стать ему". И все вокруг уважительно кивают, мол, человек знающий. Теперь, честно говоря, мне было на это насрать.
— Мне, пожалуйста, красного. Но не сейчас, а когда мясо принесут. А девушке белого, сухого.
— А сорт? — блондинка опешила. Она не привыкла к таким кратким заказам.
— Я полностью доверяю вашему профессионализму, — я мило улыбнулся. — Удивите нас!
Вино было вкусным. Мясо мягким. Оля уминала за обе щеки целые кусты зелёных листьев разной формы и размера.
— У тебя телефон звонит. — заметил я.
Олина сумочка висела на спинке стула, и я услышал доносящееся оттуда пиликанье рингтона.
— Не успела, — сказала Оля, не делая особых попыток взять трубку.
В этот момент мобильник запиликал вновь. С явной досадой Оля достала телефон и быстро приложила к уху.
— Да мама, всё в порядке…я занята, потом перезвоню… — она попыталась спрятать смартфон, но не успела.
— Что у тебя с телефоном?!
Видел я убитые смартфоны, но такое наблюдал впервые. Весь экран состоял из густой сетки трещин. Такое чувство, что по нему проехал гусеничный трактор. Непонятно, как стекло вообще держалось, а не рассыпалось на сотню мелких осколков.