Я сама тебя выбрала (СИ)
— Мне? Вы хотите меня послать в логово к этому психу? — возмутилась я. Ну, имею же я право на голос-то в этом гадюшнике.
— Вы ж сами сказали, что знаете этого человека…
— Андрей Рихардович, у нас в редакции имеются сотрудники куда способнее, — продолжала сопротивляться я. Только бы держаться подальше от этого Волкова.
— А кто только что говорил, что хорош в журналистике? — мг, раунд! И почему-то я оказалась в нем проигравшей. И это я тащусь сейчас по пробкам в гости к сестре на побывку.
Я безбожно застряла здесь. Ещё таксист колотит толстыми пальцами-сосисками по баранке руля в такт песне. Бесит!
Раздражённо бросаю ему деньги и выскакиваю на улицу, дабы добежать до ближайшего метро. Главное двигаться. Длительное сидение на месте мне никогда не приносило пользы, тем более в автомобиле со сломанным кондиционером. Я зла, абсолютно и бесповоротно!
Добраться бы до Аринки. Там и пожалеют, и приласкают, и накормят, и спать уложат. Рай! А завтра уже на амбразуру в лице Волкова кинусь. Пусть терзает мою бедную душонку. Три дня у меня есть. В пятницу статью сдавать в редактуру, в субботу верстка, и фигушки я возьмусь хоть ещё раз не за своё дело. Запрусь дома, выключу все телефоны, наберу вкусняшек и буду все выходные смотреть сериалы глупые.
Закон подлости… И это происходит со мной? Именно так! Через пару минут моей пешей прогулки на десяти сантиметрах, пробка начинает движение. ЗАШИБИСЬ!
Вечером, когда уже начинает смеркаться, поезд меня привозит в город, где живёт тот самый Волков и мои родственнички. Ноутбук за время пути сдох, как и телефон, зарядка которого дышит на ладан. И это ещё один не самый удачный день в череде многих. Привыкнуть пора, а я все удивляюсь и раздражаюсь.
— Привет, замученным злым тёткам! — веселая улыбка Барышникова ну никак не шла в ногу с моим настроением. Я отфыркалась в ответ, как простывшая кошка, закинула вещи в багажник, уселась. При этом Ромка стоял в сторонке, наблюдая с веселой улыбкой за всеми моими маневрами. Только его шуточек сейчас не хватало. А этот не упустите шанс поиздеваться.
А, нет! Сел молча, завел двигатель, тронулся, маневрируя с лёгкостью между потоком машин, выезжающих с вокзала. Движение, конечно, не московское, но если все это четырехколесное черепашье двинется в город, будем мы добираться очень долго. А тут ещё, как на зло, хотелось в туалет. Через несколько минут, тишина мне надоела, завела я разговор первой.
— А где сестра? Я думала, она меня встретит.
— Матвей немного заболел, температура поднялась. Дала поручение мне, встретить драгоценного пассажира, — ответил Ромка.
— А Настаська с Соней как? — что-то, а вот непутёвая тётка за племянников всегда беспокоилась. Если я так с ними ношусь, не представляю, какой я буду бешенной мамашей.
— Вроде нормально пока. Изолировали в другую комнату. А то у нас один начинает, потом всем семейством страдаем. Ты как раз попадаешь в самый очаг, — рассмеялся он.
— Не удивлюсь если эта зараза прицепится. У меня полоса черная, так что я в самый раз. Не нравится мне твое спокойствие.
— Так я на успокоительных, — шутка зашла удачно, заставив меня рассмеяться.
— Какой же ты ненормальный, Барышников! Прям весь в жену, — продолжала я хохотать, выплёскивая все негативные эмоции. К моим «барышатам» только с улыбкой, чистым сердцем и кучей подарков. По-другому, не примут.
Всю дорогу мы с Ромой вели неспешные разговоры, я поделилась историей своего незапланированного визита, на что зятек пришел в неописуемый восторг:
— Я на это с удовольствием посмотрю!
— На что?
— На то, как Даниил будет тебя гнать взашей, — веселье его я не разделяла.
— Злой ты, Ромка! Это не моя идея. Как будто я не знаю, как с ним тяжело. Он пока в ресторан мебель делал, несколько лет назад, мы с ним друг друга чуть не поубивали.
Мысленно я содрогнулась, понимая, на что подписалась. Правда, отступать было некуда. На то я Рима Сергеевна Пиманова, чтобы идти до конца. Этому я научилась у сестры.
Ее я увидела уже позже. Пока сбивала температуру моему племяннику, сама уснула рядом. Вышла из комнаты вся такая помятая, лохматая, в лосинах и широкой футболке, по всей видимости, Ромкиной. Не удивительно. Когда болеет ребенок, тут не до красоты.
— Как мой мальчик? — поинтересовалась я, после привычного приветствия.
— Спит! Вроде легче, — устало потерла она лоб.
— В больницу…
— Ага, чтобы начали с уколов. У нас сразу антибиотики и никаких возражений. Нашему участковому педиатру звонила, женщина человечна, сказала, чтобы понаблюдала. Завтра заедет, посмотрит.
Вокруг меня прыгала стрекоза в пышной юбке, которая помогала младшей сестренке играть в догонялки. Одна ползком, другая — спотыкаясь через огромного лабрадора, который лениво таскал младшей мячик, швыряемый в разные стороны. Смех и грохот, смешанный с веселым лаем молодого пса, слышался на весь дом. Идеальное семейство! И честно, где-то в глубине души, я завидовала чистой белой завистью, и радовалась за них. Ах, да! Забыла сказать, что Сонечкиной крестной стала именно я. Гордо ношу это звание и отвечаю всем требованиям.
— Девчонки, я винишко достал. Будете? — Ромка появился в гостиной с непочатой бутылкой итальянского вина.
— Мне нужно немного, чтобы расслабиться, — плюхнулась в плетенное кресло на террасе Аринка. Я последовала ее примеру, прежде притащив бокалы и корзинку с фруктами, которая очень быстро опустела после того, как Настя делала набеги.
Да, однозначно, не зря день прошел, если он так хорошо заканчивался. Я вдыхала воздух полной грудью и чувствовала, как внутри набегает, словно морские волны, легкое умиротворение. И даже сон здесь казался крепче.
С утра мен разбудила легкая возня рядом. Нехотя открыла глаза. Солнце пробивалось сквозь легкие занавески, которые колыхались от легкого ветерка через открытую балконную дверь. На улице радостно пели птицы, призывая к раннему подъему. А то, что еще раннее утро, я поняла по настенным часам, которые висели здесь специально для меня. Здорово, когда тебя даже в доме сестры ждет собственная комната!
— Польш! — вздохнула я, когда увидела рядом массивное тело лабрадора, смотрящего на меня черными глазами. — Ты чего приперся, негодник? Прячешься, да? Скоро «барышата» проснуться! — почесала я пса за ухом. Собака довольно завиляла хвостом. — Подымайся! Я тоже встаю! — оповестила я, спуская ноги на мягкий ковер.
Мои уже кружили внизу, Ромка, у плиты готовил завтрак на все семейство, а Аринка, выглаживала вещи каждому домочадцу.
— Доброе утро, родня! — спустилась я, оповещая о своем прибытии на территорию кухни.
— Доброе! Польш у тебя что ли был? — уточнил Ромка, кивая на бегущую впереди меня собаку.
— Ага! Перепугал меня немного, — я отобрала утюг у сестры, оправив ее посидеть. Сегодня она выглядела куда бодрее. Как сообщили чуть позже, Матвею стало лучше, поэтому и настроение у Аринки было куда солнечнее.
— Дамы и господа, теперь расскажите мне, как лучше подступиться к вашему Волкову, — поинтересовалась я уже за завтраком.
— Как как? Да никак! Если ты бы пришла и долго-долго его умоляла смастерить что-то для тебя, тогда другой разговор, и то не факт. А вот так, в качестве журналиста, а и еще в душу лезть, тут даже мы бессильны, — развела руками сестра. — И это, несмотря на то, что в нашем доме он частый гость, мы, можно сказать друзья. И не вздумай его напугать, мне еще беседка нужна в саду! А то вообще потом пошлет.
— То есть, шансы у меня нулевые? — парировала я.
— С ним нужно быть немного хитрее. Лесть не любит, замаслить тоже не получится, нужно понравиться. Человек сложный. Характер кошмар, судьба не лучше. Так что, сначала попробуй подружись, а потом уже действуй, — вступился за Волкова Ромка.
— Так у меня всего три дня. Как? Влюбить его в себя?
— Не вариант! Таких желающих куча, но он любил свою жену, при чем, как все утверждают, безумно. Поэтому, этот вариант сразу отпадает — заявила Аринка, подвергнув мое радужное настроение нападению разочарования.