Пираньи
– Это уже твои заботы, – сказал я. – Делай так, как считаешь нужным.
– А как Джим Хэндли?
– Джим займется финансами, так что работайте вместе.
– Ну что же, хорошо, – сказал он, вставая со стула. – У меня дела. Надо возвращаться на студию.
Мы обменялись рукопожатием.
– Успешного тебе дня, – пожелал я и улыбнулся.
– Тебе тоже, – проговорил он и ушел вместе со своим дружком.
Я откинулся в кресле и закурил.
– Господи, – едва слышно вздохнул я.
У меня было такое чувство, будто меня вынули из-под пресса. К тому же я все еще ждал, когда дядя Рокко пришлет деньги.
Джим Хэндли склонился ко мне.
– Что будем делать дальше?
– Занимать.
Я повернулся к Рону Шрафту, который возглавлял группу из трех человек от DB&L.
– Можем ли мы выбросить на рынок высокодоходные облигации на миллиард долларов?
Несмотря на молодость Рон был умен и имел доступ к важной информации. Он перешел сразу к делу.
– Нет, не получится, – сказал он. – Майк говорит, что цифры сейчас не в вашу пользу.
– У нас есть имущество, – заметил я. – Недвижимое имущество стоит не менее четырехсот миллионов и дает нам доход в размере сорока миллионов в год. Один удачный фильм, – и мы будем просто купаться в деньгах.
– За последние два года «Милленниум» уже потеряла почти двести миллионов, – ответил Рон. – Не было ни одного удачного фильма. Кроме того, Майк не верит в кинобизнес.
– Думаю, он ошибается.
– Но Майку нравишься ты, и он хочет делать с тобой дела. Если ты вольешь «Милленниум» в «Дженерал Авионикс», он считает, что сможет продать для тебя на целых пять миллиардов высокодоходных акций.
Я внимательно посмотрел на него.
– Это абсолютная чушь, – ответил я. – «Дженерал Авионикс» не нуждается в деньгах, и я не собираюсь висеть на крючке из-за этой кинокомпании.
Рон отнесся к моим словам спокойно.
– Это всего лишь возможный выход, – заметил он. – Майку хотелось помочь.
Я поднялся и протянул ему руку.
– Поблагодари его, – сказал я. – Но это не та помощь, которая мне нужна.
Мы вежливо простились, и они ушли.
– Сукины дети! – выругался Хэндли.
– Это ничего не значит, – откликнулся я. – Для Майка это всего лишь бизнес.
Шерман Сиддели повернулся ко мне.
– Я говорил с Макманусом, и он дал понять, что «Американский банк» тоже не поможет нам.
Я расхохотался.
– Ну где вы видели банк, который дал бы вам денег, когда они нужны до зарезу?!
– Вы совершенно правы, – откликнулся Макманус. – Но «Американский банк» уже безвозвратно потерял сорок миллионов долларов, вложив их в фильмы, которые провалились.
– Да ладно тебе, Мак, – вмешался я. – «Американский банк» за многие годы потерял сотни миллионов в кинобизнесе. Сорок миллионов – просто капля в море. Кроме того, единственная причина, по которой вы дали ссуду «Милленниум», заключается в том, что вы надеялись, что Шепард переведет счета своих нефтяных компаний к вам.
Макманус усмехнулся.
– Умник, – сказал он.
– Почему бы тебе из спортивного интереса не заключить вместе со мной сделку со «Стар Айленд», которая, возможно, не принесет дохода? Пять миллионов, разве это много?
– А что я получу от тебя за это?
– Финансирование новых аспектов деятельности «Дженерал Авионикс».
– Ты это серьезно?
– Я всегда держу свое слово, – ответил я. – И, кроме этого, я гарантирую тебе первый доход с картины, если она будет иметь успех.
Макманус повернулся к Сиддели.
– Как ты думаешь? Сиддели согласно кивнул.
– Пичтри знает свое дело. Я поставлю на него свои деньги. Если бы у Шепарда был такой директор студии, как этот гомик, он бы не вылетел в трубу.
– Я свяжусь со своим банком, – сказал мне Макманус. – Думаю, что мы договоримся.
– Спасибо, – ответил я. – Нам это поможет. Сиддели повернулся ко мне.
– Джарвис знал, что делал. Он поручил проверить Пичтри вдоль и поперек.
– Плохо только, что он не додумался так же тщательно проверить свою машину, – заметил я.
– Просто он погнался не за той девушкой, – возразил Сиддели. – У нее дружок – гангстер из Лас-Вегаса.
Он посмотрел на меня.
– А я не знал, что вы были знакомы с миссис Джарвис.
– Много лет назад она была замужем за моим двоюродным братом.
– Я пытался переговорить с ней, – продолжал Сиддели, – но она не захотела даже встретиться со мной.
– Я к этому не имею ни малейшего отношения. Я с ней даже не разговаривал, пока она сама не обратилась ко мне по поводу этого дела.
– Это был просто счастливый случай, – отметил Сиддели.
– Да, пожалуй.
Сиддели опять внимательно посмотрел на меня.
– Джарвис предлагал мне пост вице-президента и главного юрисконсульта в «Милленниум».
Я посмотрел ему прямо в глаза.
– Ну что ж, если вы все еще хотите получить этот пост, считайте, что он ваш.
Он заколебался, потом протянул мне руку.
– Мы сработаемся, – ответил он. Я улыбнулся.
– Я в этом не сомневаюсь.
Наконец совещание закончилось, и я вернулся к себе в офис. Я прошел к маленькому бару в углу кабинета и налил себе виски со льдом.
Ким наблюдала за мной.
– Как ты себя чувствуешь? – спросила она.
– Я устал.
Я выпил половину бокала одним глотком.
– Дозвонись до дяди Рокко, – попросил я.
– Зачем он тебе понадобился? Я взглянул на нее.
– Он обещал мне пятьсот миллионов долларов, а я пока не получил ни цента.
Глава 6
Когда я вернулся после ленча, у меня в офисе сидел какой-то человек. Улыбаясь мне, он поднялся со стула.
– Мистер Стивенс, – сказал он.
Потом протянул свою визитную карточку. Я быстро пробежал ее глазами. Такие карточки делают в Европе, они больше по размеру, чем американские.
Леонардо Да Винчи
Директор по финансовым операциям
Супер-Сэттел Евроскай
Радиовещательная корпорация
Канал 21
Лихтенштейн
Я удивился.
– Примите мои извинения, мистер Стивенс, – сказал незнакомец. – Мне не хотелось, чтобы мой визит выглядел как вторжение, но мистер Ди Стефано уверил вашего секретаря, что это вполне удобно.
Я молча подошел к своему столу и позвонил дяде Рокко.