Пираньи

Шерман неопределенно покачал головой.
– Я уже попытался связаться с миссис Джарвис, но она путешествует где-то в Южной Америке, и никто точно не знает, где она находится.
– Мне от этого совсем не легче.
– Но существует еще одна проблема, – добавил Шерман, – у Джарвиса было двести миллионов долларов своих денег, но этого было недостаточно, и он где-то нашел еще одного партнера, о котором никто ничего не знает, и тот предоставил ему недостающие двести миллионов, чтобы он смог расплатиться с Брэдли. У него на подходе было еще четыреста миллионов, чтобы откупить у Брэдли все его акции. Правда, я не знаю, где он собирался достать эти деньги.
– Куча денег! Как же ему удавалось скрывать это? – спросил Даниэль.
Шерман посмотрел ему в глаза.
– Джарвис был странным человеком. Он ни с кем никогда не делился. Даже я не знаю, к кому он обратился за помощью.
– Грязные деньги, – убежденно произнес Даниэль.
– Возможно, – сказал Шерман, подняв руки, – но мы этого не знаем.
Они сидели некоторое время молча, потом Даниэль заговорил:
– Я думаю, нам лучше сидеть и не рыпаться.
В первый раз за полгода он потянулся за сигаретой, глубоко затянулся и тут же закашлялся.
– Гадость! – Потом спросил: – Так ты думаешь, что Брэдли мог быть в этом замешан?
– Не знаю.
– Брэдли держался очень уверенно. Даже до взрыва, – заметил Даниэль. – Но есть две вещи, которые я никак не могу понять. Зачем он встречался с судьей Джитлином и Джедом Стивенсом?
– Судья Джитлин – его юрисконсульт из Оклахомы. А вот о Джеде Стивенсе я ничего не знаю.
– Я знаю Стивенса. Он главный исполнительный директор корпорации «Дженерал Авионикс Лизинг», – ответил Даниэль. – За ним по крайней мере шесть миллиардов долларов. Он сдает в аренду самолеты почти половине авиакомпаний мира.
– Ты думаешь, что Брэдли обратился к нему?
– Все может быть. Вот это мы и постараемся узнать.
Глава 8
Брэдли опустился в огромное кресло за столом и посмотрел на судью Джитлина и Джеда, сидевших напротив. Он вытащил из нагрудного кармана белый платок и вытер пот со лба.
– Господи, – сказал он. – Господи! Судья Джитлин посмотрел на него.
– У тебя есть еще что-нибудь выпить?
– Шерри, – проговорил Брэдли в селектор, – принесите, пожалуйста, Канадиан Клаб для судьи и Гленморанжи со льдом для меня.
Он повернулся к Джеду.
– А вы что будете пить?
– Мерный кофе с сахаром, – отозвался Джед. Через минуту Шерри вошла в офис и поставила перед ними напитки.
– И пожалуйста, ни с кем меня не соединяйте, – сказал Брэдли ей вслед. Она кивнула и вышла, закрыв за собой дверь.
Брэдли поднял свой стакан.
– Ваше здоровье.
Судья кивнул и сделал большой глоток. Брэдли снова наклонился к переговорному устройству.
– Я забыл, Шерри, судья никогда не ограничивается одним стаканом, понадобится целая бутылка.
Шерри тут же вернулась с бутылкой Канадиан Клаб, поставила ее перед судьей и снова удалилась.
Некоторое время Брэдли молчал. Потом заговорил, обращаясь к Джеду:
– Я несколько озадачен. Вы свалились как снег на голову. Что заставило вас так поступить?
– Я был вчера у вас на вечере.
– Там было еще человек пятьсот. Но никто из них не предложил мне восемьдесят пять миллионов.
– Меня это тоже заинтересовало, – вступил в разговор судья Джитлин. – Ведь вы предложили точную сумму, которая была необходима для того, чтобы Брэдли не вылетел из компании. Как вы об этом узнали?
Джед улыбнулся.
– У меня есть друзья, и у вас есть друзья. Друзья обмениваются новостями между собой. А я по натуре игрок.
– Это довольно высокая ставка, – заметил судья.
– Нельзя выиграть много, если играешь по мелочи, – парировал Джед.
– Что вы надеетесь получить от этой сделки? – спросил Брэдли.
– Пока еще не знаю, – ответил Джед. – Об этом, пожалуй, стоит поговорить.
– Даже имея восемьдесят пять миллионов в кармане, мне было бы непросто тягаться с Джарвисом. А вы предложили мне деньги еще до того несчастья, которое с ним произошло, – продолжал копать Брэдли. – Я все еще не понимаю почему.
 
Джед снова улыбнулся.
– Может быть, мне нравится, как вы держитесь. Вы закатили грандиозную вечеринку.
Судья наполнил свой стакан.
– Вы очень молоды. Откуда у вас такие деньги?
– У меня шестьдесят процентов акций компании, которую я основал – «Дженерал Авионикс Лизинг Корпорейшн». Ее общая стоимость составляет шесть миллиардов долларов.
Он по очереди посмотрел на них обоих.
– Так что, джентльмены, как видите, я могу позволить себе такой поступок. А пока успокойтесь, я не собираюсь у вас ничего отнимать. Может, нам посчастливится, и мы вместе заработаем кучу денег.
Брэдли повернулся к судье.
– Что вы думаете?
– У тебя нет выбора, – снова повторил судья. – А кроме всего прочего, он напоминает мне тебя. Вы оба сумасшедшие.
– Меня продолжает беспокоить та доля акций, которая принадлежала Джарвису, ведь на сегодняшний день он обладает сорока процентами акций студии «Милленниум». И мы не знаем, как ими распорядятся, – заметил Брод.
Голос судьи прозвучал холодно, в нем проскальзывали стальные нотки.
– Ты сам влез во все это. Теперь сам и выбирайся.
– Брэд обязательно найдет выход из сложившейся ситуации, – сказал Джед, обращаясь к судье. – Я верю в него.
– Спасибо, – поблагодарил его Брэдли. – Нам нужно будет вернуться к обсуждению, когда мы узнаем побольше фактов.
– Обязательно, – откликнулся Джед. – А теперь я должен вернуться к себе в офис.
Он поднялся и положил на стол перед Шепардом несколько визитных карточек.
– Вы мне позвоните, или я вам позвоню. Мы устроим небольшое совещание, пригласим всех юрисконсультов, бухгалтеров, консультантов.
Брэдли поднял на него глаза.
– Ну а пока, может быть, мне написать расписку на восемьдесят пять миллионов?
Джед внимательно посмотрел на него. Их глаза встретились.
– Л разве у вас есть деньги?
– Нет.
– Так какая разница? – улыбнулся Джед. – Позже мы урегулируем и этот вопрос.
На прощание он пожал руку сперва Брэдли, потом судье.