Пираньи

– Ну и как, получилось?
– После всех событий последних дней, думаю, что да.
– Вот и хорошо.
Мы вернулись в комнату.
– Пойдем, я покажу тебе твою спальню.
Мы вышли из гостиной, я шел следом за ней.
– Кроме того, я думаю, что тебе, так же как и мне, хочется принять ванну и переодеться.
– Правильно. Но сначала скажи, у тебя есть телефон? Мне нужно позвонить дяде.
– Телефон у меня в комнате. Давай номер, я закажу разговор.
Я присел на край кровати, пока Альма говорила с телефонисткой. Мы подождали несколько минут. Она повернулась ко мне.
– Телефонистка говорит, что линия в Штаты перегружена. Она перезвонит через несколько часов, – сказала она.
– Черт побери.
– Здесь так часто бывает. Нужно быть терпеливым. Залезай в ванну, потом поужинаем, к тому времени линия как раз освободится.
Глава 7
Из своей комнаты она повела меня в ванную и показала на дверь напротив.
– Вот твоя спальня. Ванная между нашими комнатами.
Она открыла зеркальный шкафчик над двумя умывальниками в мраморной облицовке.
– Здесь все, что тебе понадобится: бритва, крем для бритья, одеколон. Сейчас я наполню ванну.
Я открыл дверь в свою комнату. Мой чемодан лежал на кровати, но одежды в нем не было. Я повернулся, чтобы спросить.
Но она предупредила мой вопрос.
– Мамачита чистит твои вещи. Она все погладит и приготовит к тому моменту, когда ты вылезешь из ванны.
– Глазам своим не верю. Это лучше, чем любой пятизвездный отель.
– Это только начало, – засмеялась она.
Альма открыла краны в огромной овальной ванне, всыпала в воду горсть разноцветной соли для купания. Воздух наполнился незнакомым экзотическим ароматом. Она отыскала маленькую белую деревянную лопаточку и размешала соль в воде, потом повернулась ко мне.
– Раздевайся и брейся. Ты, наверное, дня три не брился.
Я тупо посмотрел на нее.
– А что делать с грязной одеждой?
– Брось на пол. Мамачита потом выкинет ее. Она уже ни на что не годится.
Я продолжал смотреть на нее.
– А ты что собираешься делать? Она начала раздеваться.
– Мне тоже надо искупаться. Ванна большая, специально рассчитана на двоих. А ты что, стесняешься?
– Нет, но я немного удивлен.
– Не понимаю. Ведь ты уже видел меня без одежды, и я тебя видела.
– Когда это ты меня видела?
– Не говори глупостей. Мы же жили в такой тесноте. Там совершенно негде было уединиться. Ну давай, давай. Поторапливайся.
Она направилась к биде.
– Мне нужно вымыться, а ты пока брейся.
Когда я вошел в воду, она уже сидела в ванне. Вода была теплой и приятной, она ласкала кожу.
– Ну как?
– Отлично!
Она приподнялась и достала большой перламутровый пластиковый флакон с длинным тонким носиком.
– Встань. Это специальное мыло для ванн. Дай я на тебя побрызгаю, кожа станет мягкой.
Медленно, легкими движениями, она размазала мыло по моему телу.
– А теперь ты, – сказала она, передавая мне бутылочку.
Я чувствовал себя неловко. Мои движения были не такими легкими и нежными, как у нее. Она медленно подставляла мне спину, потом повернулась лицом. Я вопросительно взглянул на нее. Она улыбнулась.
– Не будь таким глупым. Заканчивай.
Я быстро растер мыло. У нее была упругая грудь и плоский живот. Едва касаясь кожи, я размазывал мыло все ниже.
– Сильнее. Намыливай волосы.
Я сделал то, что она просила, взбивая пену между ног. Она посмотрела мне прямо в глаза, когда я возвращал ей бутылочку, и брызнула мылом на мой член и мошонку. Ее дыхание сделалось глубоким и судорожным.
– Ты чувствуешь, как напряглась и хочет любви моя кнопочка?
Я кивнул.
Она начала массировать мои гениталии.
– Смотри, он встает.
– Если ты не прекратишь, я кончу прямо у тебя в руке, – сказал я.
– Я уже два раза кончила.
Она закинула руку мне на плечо и потянула к себе.
Мы встали на колени, и я уже не мог больше терпеть. Меня пронзило, как молнией, казалось, конца этому не будет.
– Боже мой! – простонал я, потом посмотрел на нее. – Я залил тебя всю.
– Вот и прекрасно. Это самое лучшее средство для кожи из всех придуманных людьми.
 
Как будто откуда-то издалека до меня донесся телефонный звонок. Потом меня начали трясти за плечо. Я медленно сел: мы лежали голые в постели.
– О, я просто вырубился.
– Этого я и добивалась, – сказала она нежно. – Я думала, что ты будешь кончать без конца.
Я тряхнул головой.
– Кажется, я слышал телефон.
– Это из Штатов, – она быстро достала флакончик. – На, вдохни, а то ты еще спишь.
Понюхав кокаина, я почувствовал, что голова проясняется.
– Где телефон?
– Здесь.
Она подняла трубку аппарата, стоявшего на тумбочке с ее стороны постели.
Я поднес трубку к уху. Женский голос заговорил по-английски.
– Мистер Стивенс?
– Да.
– С вами будет говорить мистер Ди Стефано. Раздался щелчок, и я услышал дядин голос. Он прозвучал глухо и грустно.
– Angelo е morto, [3] – сказал он. Он не спрашивал, он уже знал.
– Да, мне очень жаль.
– Когда это случилось? – тихо спросил он.
– Почти неделю назад. Капитан судна пытался похитить груз. Он выстрелил Анжело в спину. Все произошло в считанные секунды.
– А ты где был?
– Я был внизу, в каюте. Когда я услышал выстрелы, то схватил пистолет и успел застрелить капитана, когда он спускался вниз по ступенькам, и еще одного матроса. Потом, вместе с двумя другими матросами, мы спустились вниз по реке до условленного места, они тоже захотели поживиться нашим грузом, и мне пришлось от них избавиться. После этого нас нашел Винс. Если бы не он, мы бы не выбрались.
– Ты сказал «мы». С вами там был кто-то еще?
– Да. Анжело привез девушку из Лимы. Ему понадобилась переводчица.
– Анжело нужно было с кем-то спать, – сказал дядя безжалостно. – Можно его как-нибудь доставить в Штаты?
– Нет, дядя. Его похоронили в пятистах километрах вверх по Амазонке в джунглях.
Он помолчал.
– Я просил его не ехать, но он никогда меня не слушал. Он всегда пытался что-то доказать самому себе. Я не хотел, чтобы ты ехал. Я говорил Анжело, что это не для тебя, – сказал он.