Камень. Книга Девятая (СИ)

— Сей момент!
Коньяк Джузи выпил чуть ли не залпом, постоял, зажмурившись, несколько секунд, поставил стакан на стол и улыбнулся:
— Умеете вы, русские, правильные слова найти! Спасибо, Алексей!
— Обращайся, Джузеппе…
***
«Улизнуть» от пати у меня все-таки не получилось — как-то незаметно вся наша компания опять расположилась в гостиной, тем более до импровизированного танцпола около бассейна пройти требовалось всего несколько метров. И опять забота, и опять сок, и опять коньяк! Терпение мое закончилось, когда Варя попыталась накрыть мои колени пледом.
— Вы хотите, чтобы я ушел? — меня трясло. — Разве я похож на немощного старика? Пожалуйста, прекратите! Если мне будет что-то нужно, я вас попрошу!
Слава богу, меня поняли правильно, никто не обиделся, и я смог спокойно наслаждаться очередным вечером на Лазурном побережье.
В двенадцатом часу в бассейн с бокалами полезли самые смелые девушки, за ними еще и еще, и вот в воде скачет молодежи больше, чем «на берегу».
— Где мои семнадцать лет? — вздохнул сидевший рядом Прохор.
— Не завидуй, старый, — прохаживающийся рядом с бокалом вина Кузьмин хлопнул друга по плечу. — У нас с тобой другие развлечения были в редких увольнительных.
— Это да…
Пискнула чуйка, меня выбросило в темп, а перед глазами заплясали фиолетовые круги!
Твою же мать! В направлении отеля, на самой грани чувствительности, двигались очень опасные облики, некоторые из которых показались мне знакомыми…
Все… Не могу больше…
— Лешка, ты чего стонешь? — сквозь свист в ушах услышал я голос воспитателя.
— Прохор, объявляй боевую тревогу! — я открыл глаза и понял, что стою. — К нам гости!
Лицо воспитателя мгновенно приобрело хищное выражение, он обернулся и рявкнул:
— Вова, у нас гости, объявляй боевую тревогу!
Кузьмин, закрывший глаза, стоял в странной, напряженной позе, как будто готовился к прыжку:
— Чую гостей… Напряжения не чувствую…
Тут влез Михеев:
— Дюбуа сообщил: подъезжает его величество Людовик.
Мы все трое: я, Прохор и Ваня, — одновременно выдохнули:
— Твою же мать…
Напряжение резко спало, как и пришло, ноги подкосились, и я упал обратно в кресло.
Проклятый режим «Война»! Интересно, а у меня что, совсем нет шансов остаться нормальным человеком? Или все-таки подсознанию понравилось функционировать по программе безусловного выживания, а я, дурень, этого так до конца и не понял?
— Вы это, простите меня… — пробормотал я.
— Можем только похвалить, — ухмыльнулся Кузьмин. — Я-то, наивный, думал, что хотя бы пару дней побуду тут самым крутым шаманом с самым громким бубном, а оказалось…
— Поддерживаю коллегу, — улыбался воспитатель. — Лучше перебздеть, чем недобздеть, сынка. А на повестке дня, вернее, вечера возникает другой вопрос: что нам теперь делать с этой толпой веселых молодых людей в преддверии намечающегося визита высочайшего лица? Как бы конфуза не вышло…
— Надо выдергивать из басика Колю с Сашей, — предложил я, — они быстро молодежь в себя приведут…
Понятно, что бежать и встречать короля Франции на крылечке отеля я не собирался и отрядил на эту почетную миссию братьев с сестрами. Не встал с кресла и тогда, когда Людовик с сопровождающими лицами заявились в гостиную, а только изобразил соответствующую моменту улыбку.
— Сиди-сиди, Алексей, — «разрешил» его величество мне и сам опустился в прохоровское кресло. — Как себя чувствуешь? — и опять эта трогательная забота в голосе. — А про твою раннюю седину, оказывается, мне не врали…
— Не переживайте, ваше величество, все хорошо, через пару дней снова буду бегать.
— Я видел, как ты умеешь бегать, — многозначительно протянул он. — Ну да ладно… Алексей, позволь представить моего сына и наследника, Людовика.
Будущий король Франции был повыше своего отца и пошире в плечах, фамильное сходство наличествовало. Мы пожали друг другу руки и обменялись соответствующими любезностями. Дальше последовало предложение выпить за встречу с осторожным вопросом:
 
— А тебе можно, Алексей?
— Ваше величество…
— Будет достаточно государя.
— Государь, открою вам большую тайну, в России только так и лечатся.
Посмеялись, выпили из принесенных услужливым официантом бокалов и решили оставить официоз, пригласив «к столу» Стефанию, моих сестер с братьями, Джузеппе и обеих Гримальди.
Около получаса «самое высшее общество» посвятило светскому трепу о нашем отдыхе, пока Людовик-старший буквально не потребовал у меня в обтекаемых выражениях подробного отчета о сегодняшнем «происшествии».
— Абсолютно ничего не помню, государь, — улыбался я самой широкой из своих улыбок. — Мне воспитатель сказал, что так бывает, когда слабая психика не справляется с травмирующими воспоминаниями, — и демонстративно погладил себя по волосам. — Одно помню очень хорошо…
— Так-так… — оба Людовика подались ко мне.
— Какая-то гадость случилась со мной на территории Франции, а среди пострадавших оказались в том числе и мои сестры с братьями, которых я очень люблю и которыми дорожу.
Оба Бурбона переглянулись с ничего не выражающими лицами и откинулись на спинки кресел, Стефания же в очередной раз просто опустила голову.
— Алексей, ты хочешь что-то этим сказать? — ровным голосом поинтересовался король. — У меня создается впечатление, что ты не заинтересован в расследовании происшествия.
— Повторяю, государь, пострадали в том числе и мои сестры с братьями, следовательно, я как никто заинтересован в расследовании. Если вам нужна какая-то дополнительная информация, общайтесь с моим дедом Николаем. Уверен, вы найдете с ним общий язык.
— Действительно, так будет проще, — кивнул он. — Итак, молодые люди, не будем о грустном. Чем планируете заниматься завтра? Могу я чем-то помочь?
Взвизгивает чуйка… Темп… Опять круги перед глазами и свист в ушах…
Господи, за что?..
И снова приближающаяся группа крайне опасных обликов!
И опять я возвращаюсь в себя с дикой головной болью, и опять понимаю, что стою, а присутствующие за столом смотрят на меня как на придурка!
— К нам движется группа сильных людей, — буркнул я, падая обратно в кресло. — Государь, вы у нас тут самый опытный, разбирайтесь…
— Что вообще происходит? — вылупился на меня Людовик. — Это какая-то очередная шутка, Алексей? Если это так, то ты переходишь все…
Недовольный спич короля прервал звонок чьего-то телефона.
— Да, деда… — ответил Джузи, одновременно умудряясь жестами извиняться перед сидящими за столом. — Минут через десять будешь? Встречу. Деда, а с нами его величество Людовик… Передать, что ты рад? Хорошо… — и итальянец с виноватым видом убрал телефон в карман. — Ну, вы все слышали…
— Будет через десять минут? — Людовик жестом остановил вбежавшего в гостиную Дюбуа и уставился на меня. — Это ж сколько километров, Алексей? Еще и слабая психика, травмирующие воспоминания с оторванными головами… Черепа в качестве законного трофея… Да, сильная кровь у Романовых… — он хмыкнул. — Алексей, возьми Стешу замуж, я тебе, помимо дружбы Бурбонов, за внучкой такое приданое дам, никто из ваших родов и рядом не стоял!
— Все вопросы к деду Николаю, государь, — я с трудом изобразил улыбку.
— Ты не спеши, подумай… — и он повернулся к Дюбуа. — Дай-ка догадаюсь, в аэропорту Сен-Тропе приземлился самолет короля Италии и сейчас мой царственный брат направляется сюда.
— Да, государь, — кивнул тот.
— Дюбуа, даже знать не хочу, почему о визите Умберто я узнаю последним, — он вздохнул. — Неудивительно, что постоянно какая-нибудь ерунда случается. Что ж, надо идти встречать царственного брата. Алексей, а ты останься и отдохни, мы сами сюда придем…
Когда гостиная опустела, я закрыл глаза и попытался расслабиться — предстояло выдержать еще и знакомство с Медичи…