Камень. Книга Девятая (СИ)
— Все вопросы туда.
Евгения фыркнула и заявила:
— Кто бы сомневался! — И повернулась к подружке: — Тамара, пойдем на пляж, пока солнце еще высоко.
Когда они отошли, фыркнула уже Юсупова:
— Демидовы! Что с них взять! Не удивлюсь, если по возвращении в Москву Женька и в Кремль заявится, чтобы присмотреть подходящую спаленку для первой брачной ночи, потому как особняк Алексея недостаточно для нее хорош.
Никто даже не улыбнулся, только Багратион бросил в пространство:
— Да нормальная Женя девушка… Просто любит эпатаж, точно знает, чего хочет, и не стесняется об этом говорить. Пляж пойдем смотреть?
Я же махнул рукой:
— Вы идите, позже догоню… — и прогулочным шагом направился к компании взрослых. — Прошу прощения, я украду у вас отца на пару минут? — И когда мы с ним отошли, поинтересовался: — Вы Демидовым никаких предварительных обещаний не давали? А то Женя уж слишком дерзко на нашу с ней свадьбу намекает.
— Не было ничего такого, я бы знал, — помотал головой он и ухмыльнулся. — Давай смоделируем ситуацию, сынок: мы с дедом вызываем тебя в Кремль и заявляем, что твоя свадьба с Демидовой или Шереметьевой вопрос решенный. Твоя реакция?
— Разворачиваюсь, уезжаю к себе и больше в Кремле не появляюсь.
— Вполне ожидаемо. Другая ситуация: мы с дедом приезжаем к тебе в особняк и заявляем то же самое? Уверен, ты нас не выгонишь, просто откажешься общаться на эту тему. Таким образом получается, что до получения с твоей стороны полного согласия, Романовы не могут пообещать ни Демидовым, ни Шереметьевым вообще ничего. И, что самое характерное, и те, и другие это прекрасно понимают и к деду твоему лишний раз не лезут. А это значит?..
— Женя исполняет по собственной инициативе.
— И князь Демидов, скорее всего, таких указаний внучке не давал. А сам-то ты понимаешь, что род не просто так на твоей скорейшей свадьбе настаивает?
— Так, может, это вы с царственным дедом в сложившейся ситуации виноваты? — ощерился я. — Женился бы ты на Лизе Пожарской, может, и прямых наследников мужского пола у Романовых было бы в избытке, а не только одни девки?.. — И выдохнул.
— Может быть, — родитель остался спокоен. — Прошлого не вернешь, сынок, и дочек я тоже люблю.
— Я их люблю не меньше, но пойми, эта ситуация с женитьбой меня здорово напрягает.
— Очень хорошо понимаю и даже не хочу тебе ставить в пример воспитанных в лучших традициях рода Колю и Сашу, которые даже не пикнули по поводу своих скорых свадеб. — Отец хлопнул меня по плечу и хмыкнул: — Все, Лешка, шагай к молодежи и постарайся к выходкам Демидовой относиться поспокойнее — вдруг тебе на ней все же придется жениться?
— Очень смешно!
Настроение, понятно, испортилось, и, когда я спустился на берег, меня не тронули даже красивейшие виды на Ниццу, открытое море и марину с огромным количеством белоснежных яхт. Некое раздражение я чувствовал и по отношению ко всей нашей компании, которая уже успела забыть недавний разговор и веселила себя пусканием «блинчиков» по волнам. Так и хотелось крикнуть: «Нахер с пляжу, я здесь ляжу!» Однако через пару минут я успокоился и подошел к любовавшимся видами батюшкам, Владимиру и Василию, которые сегодня заменяли отпущенного родителем на бл@дки Кузьмина:
— И как, господа, нравится пейзаж?
— Более чем, Алексей Александрович, — кивнули они, а Владимир поинтересовался: — Что-то случилось? Вы были очень раздражены…
— Дела семейные, — отмахнулся я, мысленно поморщившись — доспех до конца не восстановился, вот и пропускает часть эмоций. — Не обращайте внимания. А как вам вообще?.. — и неопределенно помахал рукой.
— Экзотика, особенно после заснеженного Подмосковья. Мы даже вчера вечером в Сен-Тропе сподобились искупаться, получили массу впечатлений.
— Разместились нормально?
— Да, вполне, рядом с номером Кузьмина. Банковские карточки получили, Иван Олегович обещал в ближайшее время сводить нас по магазинам за всем необходимым.
— Отлично. Просьбы, пожелания?
— Нам бы храм посетить, Алексей Александрович…
— Кузьмин на… серьезном задании, а мы сегодня вечером с вами идем в самый пафосный клуб Монако. Думаю, завтра можно будет что-то придумать, после того как проводим в аэропорт основную часть молодежи. Кстати, как вам Медичи, Бурбоны и Гримальди?
Батюшки переглянулись, и Владимир осторожно ответил:
— Не дотягивают до уровня Романовых, особенно это касается Гримальди. Кроме того, никаких признаков наличия колдунов в свите этих родов не обнаружено.
— А теперь я вам, господа, поведаю одну занимательную историю…
И рассказал им про «знакомство» с французской колдуньей, закончив нехитрой сентенцией:
— Господа, подобное любопытство будет простительно только вашему покорному слуге с его уже сложившейся репутацией полного отморозка, но никак не вам. Так что постарайтесь работать исключительно на прием, все остальное — в крайней ситуации, когда не будет другого выхода.
— Мы все поняли, Алексей Александрович, — кивнули они, — соответствующие инструкции мы уже получили от Лебедева перед вылетом и здесь от Кузьмина.
— Отлично, — и, мысленно похвалив за предусмотрительность и того, и другого, растянул губы в улыбке. — Кстати, как вам Иван Олегович в качестве непосредственного командира?
Батюшки остались серьезными:
— Уверены, что Иван Олегович, с его-то богатой биографией, способен научить нас очень и очень многому.
— К гадалке не ходи, — кивнул я и усмехнулся. — Ваши почившие в бозе прежние командиры, это которые Тагильцев и Бирюков, просто дети малые по сравнению с Кузьминым, а уж Пафнутьев какой затейник… И я еще не говорю про старших Романовых, и в особенности про мою царственную бабушку! А сейчас прошу прощения, господа, но вынужден вас покинуть…
***
— Занятный все-таки юноша этот Алексей, — Людовик-старший отпил из бокала вина и оглядел сначала роскошный интерьер одной из небольших гостиных дворца Гримальди, а потом и присутствующих, среди которых наличествовали хозяин дворца с сыном и Умберто с наследником и старшим внуком. — Я еще в Москве Николя говорил, что у молодого человека явный дипломатический талант, а он только от меня отмахивался.
— Дипломатический талант? — поморщился король Италии. — Этот Алексей мне показался настоящим волчонком, из которого вырасти может только… высокопоставленный мафиози с безупречными манерами, если использовать близкую итальянцам терминологию.
— Так и я про это же, — кивнул Людовик и указал в сторону обоих Гримальди. — Алексей, к твоему сведенью, сделал нашим уважаемым хозяевам такое предложение в лучших традициях твоих мафиози, от которого они не смогли отказаться.
— Это ты про обещание Алексея вырезать весь род Гримальди, если они обманут Романовых? Джузи докладывал, но я не поверил. Неужели?..
За Людовика ответил Альбер:
— Лично обещал исполнить… При своих родичах, Еве, Кристине, Стефании и твоем Джузеппе… И мы все, что характерно, ему поверили.
Умберто вскочил:
— Но это же грубое нарушение всех существующих правил!
— А я тебе про что говорю? — поморщился Людовик. — Присядь уже, Ума, и успокойся, тебя-то это какой стороной задевает?
Слегка побледневший итальянец упал обратно в кресло, а француз продолжил:
— У молодого человека талант добиваться поставленной цели, а сейчас к этому таланту добавляется и… страшная репутация. Думаете, Романовы его в Монако на финальную часть переговоров просто так отправили? Они с помощью Алексея убивали сразу двух зайцев, как выражаются русские, — угрожали расправой Гримальди в случае невыполнения ими принятых обязательств и адекватно отвечали на провокации со стороны Германии и Англии после объявления известных договоренностей. Со всеми двумя поставленными задачами принц справился, надо отдать ему должное, просто блестяще! И решил по ходу еще одну важнейшую задачу, поставленную Романовыми — засветился по полной во всем мире в качестве этакого благородного рыцаря из дамских романов. Вы вообще понимаете, что увиденное нами сегодня в Монако повторится везде, куда бы принц ни приехал?