Янтарный свет. Трилогия (СИ)
Полностью опустошив небольшой накопитель, он оглядел порозовевшую женщину и оттянул её веко. Оценив зрачок и равномерность дыхания, он удовлетворенно кивнул.
– Неплохо… Я бы сказал, очень неплохо!
Он опустил взгляд, чтобы собрать накопители в карман, но обнаружил там только один.
– Что за?.. – пробормотал он и поднял взгляд на младшего сына, который гонял во рту один из накопителей. – Эй! Это не…
Ребенок дернулся от громкого голоса и замер, тут же выпучив глаза.
– Только не говори, что ты его…
Мальчишка начал делать глотательные движения, из рта тут же потекла слюна, и он начал метаться по кровати, не понимая, что происходит.
– Твою ж налево, – выругался Руди и схватил ребенка.
Быстро сообразив, что тот подавился накопителем, он обхватил его за живот двумя руками и несколько раз сильно сжал. Камень вылетел пулей и, ударившись о стену, покатился по полу.
– Уа‑а‑а‑а…. – заревел несмышленыш.
– Спасти мать, а потом угробить сына, – проворчал начинающий целитель, нагнувшись за камнем. – Снек бы меня точно не понял… А Гош хорошенько бы треснул…
Подняв камень, он замер, совершенно не обращая внимания на плачущего ребенка и подрагивающую руку матери, которая начала реагировать на плач.
В руках воришки был тот самый пустой накопитель. Буквально несколько секунд назад он был простым прозрачным кристаллом, а сейчас он имел голубоватый цвет, холодил руку и внутри просматривались мелкие пузырьки.
– Вода и воздух, – пробормотал Руди и по‑другому взглянул на малыша, заливающегося горькими слезами от страха.
В этот момент в двери появился старший сын с двумя горшками в обнимку. Одной рукой он умудрялся поддерживать небольшой мешок, внутри которого были два каравая хлеба.
– Ч‑ч‑что случилось? – спросил он, с опаской осматривая небольшую комнатушку.
– Порой самый яркий свет, – пробормотал Руди, не сводя взгляда с камня. – Рождается в кромешной тьме.
Воришка перевёл взгляд на Рогана и пронизнес:
– Ты знаешь, что твой брат владеет силой ветра и воды?
* * *
Гош взглянул на Снека.
– Готов?
Клирик вздохнул и встряхнул руками.
– Только давай без янтаря, а? – проворчал он. – Хорт просил не светить способностями.
– А я зачем по‑твоему клинок у солдат взял? – буркнул паладин. – Не хлеб же резать.
– Тогда и про крылья забудь. Только свет.
– Ладно, ладно, – вздохнул напарник. – Там только воздушник и один маг земли. Должны и светом обойтись.
Гош еще раз осмотрел лагерь и остановил взгляд на следящей руне, вырезанной на стволе дерева.
– Только давай не тяни. Чтобы не как с той тварью у Ари в деревне.
– Не буду, – кивнул Снек. – Начали?
Паладин размял плечи, затем шею, слегка присел, отвёл клинок назад и сфокусировался на маге воздуха, которого считал в данной ситуации самым неудобным противником.
– Начали.
Вспышка света, и фигура Гоша размазывается в воздухе.
Белоснежный росчер из опушки несётся к противнику и спустя секунду врезается в мага воздуха, превращая его в кровавый взрыв, разбрасывающий вокруг ошметки мяса, кишок и костей.
– Во имя Твое, – шепчет Снек, запуская заклинание. – Во славу Твою…
Глава 21
– Да ладно тебе, – хмыкнул маг со знаками различия стихии земли. – Не ной. Мы неплохие деньги тут подняли.
Бойцы рядом с костром закивали, довольные тем, что удалось не только выполнить поставленную задачу и отрезать сообщение посыльных осажденного города от столицы, но и сумели неплохо заработать на мелких купцах, улепетывающих подальше от войны.
– Задача была отлавливать вестовых, а не грабить всех подряд, – недовольно проворчал воздушник. – Мы не разбойники, а регулярная армия Свадии.
– Судя по отношению инквизиторов, это они регулярная армия, а мы так… мелочь, – хмыкнул напарник. – Вот скажи мне, Шон, ты недоволен таким положением?
– Конечно недоволен! – всплеснул руками воздушник.
– А сделать с этим сейчас что‑то можешь?
– Нет, – немного помявшись, ответил собеседник.
– Тогда перестань травить себя бесполезными угрызениями и делай то, что тебе более выгодно, – развёл руками маг земли. – Какой смысл нервничать и злиться? Лучше немного приборохлиться!
От солдат послышались смешки, а маг земли указал на них рукой.
– Посмотри на этих рубак. Хорошие парни. У каждого своя причина, но они тут. Кто‑то по доброй воле, кого оброком от деревни в армию отдали, но тем не менее. Они не трясутся, что завтра могут умереть. Они делают то, что им выгодно сейчас.
– Ваша правда, господин маг, – закивал старший воин. – Завтра нас могут дёрнуть на большую битву, где нас силой магов может размазать по земле, как паштет по хлебу. Нас могут выследить маги Дракара. Да чёрт с ними. На нас могут выйти такие же, как мы умники, решившие пощипать торгашей по дороге на столицу. Может произойти что угодно.
Воздушник вздохнул и хмуро оглядел собравшихся вокруг костра.
– Возможно… возможно, вы и правы, но… – тут он сжал кулаки.
– Придёт время и для этого выбора, – кивнул маг земли и покосился на бойцов. Что‑то для себя решив, он произнёс: – Инквизиторы, конечно, ушлые ребята, но сейчас они заглотили такой кусок, что проглотить не смогут. Тут и Бравия, тут и недовольные в Свадии. Если эта война затянется, или, не дай бог, они проиграют в битва с Дракаром… Нет. Это все равно долго не продлится. Слишком много недовольных. Всем не угодишь. Вот увидишь, не пройдёт и десяти лет, как их сбросят и загонят в какой‑нибудь угол.
Воздушник также покосился на бойцов и спросил:
– Не боишься такое говорить?
– Боюсь, но настолько устал от этой лжи и лицемерия, что уже плевать. Когда они против тьмы выступали и тёмный ковен резали – я в них верил. Когда они корни пустили и начали по Свадии тёмных гонять, я морщился, но считал, что это необходимо. А вот когда они переворот устроили и в Бравии свои интриги провернули… – маг земли сморщился и поднял взгляд на воздушника. – Знаешь, я видел, как они за невыплаченную дань целую деревню в сеновал загнали. Деревня маленькая, да еще и тля урожай пожрала. Они их сожгли в назидание другим.
– Господин маг, а как вы видели? Неужто…
– Меня к этим инквизиторам в усиление поставили, – нехотя признался маг. – Инквизиция уже не борцы с тьмой. Частенько это обычные убийцы.
Над костром повисла тишина, которую спустя десяток секунд нарушил Шон.
– Есть у Янтарного ордена одна присказка, – задумчиво смотря в костер, произнёс он. – Лишь в самой глубокой тьме рождается настоящий чистый свет… Как и в самом чистом свете рождается настоящая тьма.
– Была.
– Что?
– Была одна присказка, – хмыкнул маг земли. – Янтарные хоть и были редкостными баранами. Упёртые до ужаса. Однако… Вот в ком я был уверен, так это в янтарниках. Ох уж кто тьму гонял и в хвост, и гриву. И тёмный ковен они знатно резали, и лишнего никому из своих не позволяли. Разве что в городе своем чудили иногда, но то по пьянке всегда было.
– Дубовая лоза, – хмыкнул воздушник и поднялся на ноги. – Знатные разгильдяи… были.
– Да, – кивнул маг земли и, улыбнувшись, поднял взгляд на воздушника. – Паладин их, Гош, говорят, не раз главе ордена морду набить пы…
Тут он заметил, как хмурится воздушник и вертит головой.
– Что?
– Дальние маяки молчат, а ближние…
В этот момент со стороны кустов ударил поток света, который врезался в воздушника.
ХРЯСЬ!
В один миг он взорвался брызгами крови и ошмётками плоти. В стороны полетели кишки, руки и осколки костей.
– К БОЮ! – заорал первым командир солдат.
Маг земли окутался мраморной полусферой и замер, вычисляя противника, но свет ударил снова, причём в защитный купол, заставив его пойти трещинами.