Понедельник – день тяжелый (СИ)

— Так, — наконец взяла дело в свои решительные руки наша Снежная Королева. — Мы можем обсуждать это хоть до ночи, но кому-то придется пойти. Юля отпадает…
Хоть и с недовольными вздохами и мысленным ворчанием, но мы согласились: дети — святое!
— У меня, как вы знаете, визуалка горит — с этими вашими бесконечными переделками, элементарно не можете с заказчиками справиться! Всё тоже должно быть готово к понедельнику. Так что я тоже отпадаю.
Ткнув нас носом в нашу профнепригодность, Лазарева уставилась выжидающе. Я молчала. Только-только позвонил Стас: мол, наконец-то разгреб свои завалы на работе, готов со мной встретиться. Когда именно? Сегодня совсем без сил, в субботу или воскресенье, там видно будет… Вроде и хорошая новость, нужно кричать ура и в воздух кепочки бросать, но как представишь, что все выходные будешь сидеть на телефоне, ожидая его звонка, а потом вдруг окажется, что планы переменились, или настроение у него на нуле, или всплыло что-то другое неотложное, а меня ведь всегда можно задвинуть на полку — подождет… И такое бывало.
— Разделиться, — наконец подал голос «домовой». — Один на склад. Другой на площадку.
— Да-да, хорошая идея, — с облегчением затараторила уже ничем не рискующая Юлия, — чего вам целых два выходных дня терять!
— Я на склад. Только в субботу, — продолжил Алексеич. — В воскресенье тещин юбилей. Пропустить никак.
— Теща — это святое! — согласился Максим.
Хорошо бы срочно завести таких же лояльных ко мне родственников — нет, на детей пока совершенно не претендую, а теща мне и так не светит… Представляю, что сказала бы мама, попроси я отмазать меня от работы в выходные! «Надо постараться, хорошо зарекомендовать себя в коллективе, потом отдохнешь, на пенсии!» До той самой пенсии еще дожить надо! Если она вообще у нас будет.
Хорошо, конечно, что Алексеич взял на себя склад: ворочать коробки, а некоторые еще и потрошить — дело спиноломательное, но и плиточку пересчитывать за… это, устанешь.
Мы с Максом глядели друг на друга безо всякого энтузиазма: у Гончарова тоже был дефицит понимающей родни, а другую убедительную отмазку придумать он просто не успевал. Но терять выходной не хотелось, да еще на исправления чужого косяка.
— Жребий? — предложил парень. Я неохотно кивнула: ни в карты, ни в любви, ни в лотереи мне традиционно не везет, ну а вдруг, наконец?..
Никакого чуда не случилось, и теперь я уныло смотрела на крестик на вытянутой собственной рукой бумажке: символический знак на одном из моих выходных дней…
— Во что играете? — поинтересовался возмутительно безмятежный Черкасов, выходящий из своего кабинета: все наши «думские» дебаты он, как ведущий специалист, преспокойно пропустил.
— Да так, кто из нас пойдет плиточку считать…
— А, ту самую? Ну и кто же этот счастливчик?
Кристина кинула на меня взгляд, который иначе как злорадным не назовешь.
— Да вот, наша Женя вызвалась!
«Вызвалась», как же!
— И я, — буркнул Алексеич, таща перед собой портфель, словно пропуск на выход. — На складе буду.
— Ай, молодцы! — одобрил нас обоих Черкасов, поправляя шарф. — И в какой день займешься этим богоугодным делом?
Так как наш «домовой» уже испарился, вопрос был адресован исключительно мне. Я глянула в мобильник на вовремя, как школьная подсказка у доски, пришедшее сообщение: «Давай все-таки в субботу, часам к трем-четырем». Ну, значит…
— В воскресенье.
Ведущий архитектор потрепал меня по-отечески по плечу.
— Самохина, ты справишься! Я в тебя верю.
И продефилировал расслабленной походкой из офиса вон.
Злодей.
СУББОТА
Все-таки главное для женской красоты — долгий здоровый сон! В этом я еще раз убедилась, открыв глаза в одиннадцать утра субботы. Пятничный вечер прошел мирно, без запоев и заедов, и потому немного припухшее лицо — ото сна, а не от излишеств. Но зато какое свежее и розовое! Так же неспешно расправившись с бутербродом (прогресс по сравнению с рабочими днями, когда мой завтрак состоит из одного кофе), я лениво заглянула в холодильник. Прикинула, что можно приготовить на обед без особого напряга, ибо после сорвавшегося прошлого свидания шевелиться лишний раз не хотелось. А не накормить ли мне моего долгожданного глазуньей из двух яиц, х-хы? А что — полная тарелка животного белка плюс соленая капустка с лучком, натуральные овощи! Чем не здоровое питание?
 
Я вздохнула: жаль, Стас не оценит. Ладно, сделаем ход конем: закажу мясное в соседней кафешке, рис, так и быть, отварю и какой-нибудь интересный легкий салатик настрогаю. Алкоголь Стас обычно приносит сам и обязательно шоколад. Темный, хотя я каждый раз напоминаю, что люблю молочный; мне все время втолковывают, что нужно исправлять свой вкус, ибо горький гораздо полезней…
Взгляд остановился на бутылке из-под джина, до сих пор торчащей на сушке: а Стас-то не знает… Потянулась выкинуть, но поглядев на закрытую крышку, передумала. Имеется у нас с подружками давняя традиция: кому достаются последние капли алкоголя, шепчет заветное желание в опустевшую бутылку, накрепко затыкает пробкой (закручивает крышкой) и хранит до исполнения. Совершенно не помню, что я загадала, но что точно загадала — зная себя, уверена на сто процентов. Ладно, если просто миллиард долларов, суперуспешный будущий проект или любовь до гроба, а вдруг, не дай бог, мир во всем мире?! Нет, надо припрятать, пусть лучше постоит дома от греха подальше!
Так же неспешно, в «ритме вальса», убрала разбросанные вещи, смахнула скопившуюся за неделю пыль, прищурила свои прекрасные (накрашенные), лишь немножко близорукие глаза и решила, что дома у меня распрекрасно, чисто и уютно.
К трем часам я последний раз заглянула в духовку, полюбовалась на сервировку стола, проинспектировала макияж в зеркале. Всё готово, всё отлично, сейчас и Стас подъедет…
О, звонок!
Но не в дверь. Уже понимая, что это значит, но надеясь, что мой молодой человек названивает, чтобы узнать, какое именно вино я хочу к обеду, схватила мобильник и затараторила:
— Алло? Стасик, ты где? Уже близко?
— Знаешь, — расслабленно заявил любимый мужчина, — я тут только недавно проснулся, еще в кровати валяюсь, неохота одеваться и тащиться к тебе через весь город. Так что давай всё переносить на завтра…
— Но как же? — растерялась я, машинально показывая на накрытый стол. — Я уже все приготовила, как ты любишь, жду тебя, жду…
— Ну так засунь еду в холодильник, — порекомендовал сонный голос. — Завтра и опробую.
— Но завтра я не смогу…
— Что, опять сборище твоих подружек? Да гони ты их всех в шею, сколько раз тебе говорить! Вот присосались! Семейные пусть лучше вон своими семьями занимаются, а с безмужними нечего компанию водить, сама старой девой останешься!
Я поджала губы.
— Похоже, ты уже вполне проснулся, раз опять за моих подруг взялся! Так что поднимайся, одевайся и приезжай! Я подожду.
— Я же сказал, что устал за неделю до чертиков, хочу сегодня дома поваляться, тебе что, совсем меня не жалко? Всё, давай, до завтра!
— Завтра я не могу, — повторила я ровно, хотя внутри уже всё кипело. — Я работаю.
Пауза.
— Ты мне это назло, что ли? — задумчиво вопросил мой мужчина. — Раз не по-твоему, пусть будет вообще никак?
Я задохнулась от возмущения.
— «По-моему»? Стас, ты же сам первый предложил субботу! И я не вру, мне завтра и правда надо работать…
— Да конечно! — с сарказмом прокомментировал тот. — Ты же у нас просто незаменимый специалист, на тебе вся фирма держится! Знаю я эту твою работу, сама рассказывала — принеси-подай!
Да, имела я глупость пару раз ему пожаловаться, что меня в бюро грузят все кому не лень! Ну а с кем поделиться, как не с близкими людьми?
За что теперь и огребаю.
— Но я реально завтра… — попыталась снова, но меня не слушали. Не слышали.
— Я ведь давно предупреждал, что давить на меня совершенно бесполезно! Нечего тут свои претензии выкатывать и меня для собственного удобства переделывать! Не хочешь видеться — это твое решение, только потом не жалуйся и не приставай: «Ста-ас, я так соскучилась! Ста-ас, ну когда мы увидимся?» — передразнил мой мужчина противным тонким голоском. — Значит, у меня теперь и воскресенье свободный день? Отлично!