Халцедоновый вереск
– Единственный способ, которым можно выбраться из каменной клетки, – это изменить ауру находящегося внутри нее. Мою ауру менять уже поздно, поэтому… – тихо произнес Дарион.
– Так ты… – Я уже не смотрела на него. Просто уперла взгляд в пол, стиснув кулаки так, что ногти до боли впились в кожу. Меня использовали. Тот, от кого я ожидала этого меньше всего.
– Думаю, скоро здесь будет Орсо с отрядом, – сказал Дарион и протянул мне одежду.
Не хотелось отрывать взгляд от пола и двигаться тоже не хотелось. Но я оделась и посмотрела на Дариона.
– Почему просто нельзя было об этом сказать?
– А если бы ты отказалась? – в ответ спросил он. – Ты говорила, что понимаешь, что значит быть королем. У меня есть обязательства, которые нужно выполнять. И которые я не могу переложить на Орсо. И мне нужно вернуться в Антару.
Я не стала спрашивать, что сделал бы Дарион, если для выхода из клетки нужно было убить, или как же обязательства передо мной. Я любила правду. Но сейчас слишком боялась ее услышать. У меня и так было чувство, что я очень долго гонялась за бабочкой, наконец-таки поймала ее, но она обожгла меня, отчего я упала и о камни разодрала колени и ладони.
Было больно. Глаза были влажными от непролитых слез.
– Ты хоть немного этого желал?
Дарион что-то хотел ответить, но послышался топот стражников, громкие ругательства Орсо. И в следующую секунду в сломанную каменную клетку набилась куча народа.
Весь вечер ко мне в комнату приходили люди. Взволнованный отец с леди Инарией, придворный лекарь, невесты-приятельницы, Орсо. Но тот, с кем бы я действительно хотела поговорить, не появлялся. Впрочем, маловероятно, что Дарион навестил бы меня. Не после того бардака, который устроил Мак-Элис.
– Информация о том, что вы были в каменной ловушке, скрыта, – лежа рядом со мной на кровати, произнес Орсо. Он чесал Рысю за ухом, а слова его можно было трактовать так, что о падении дочки лорда никто не узнает.
Я лишь грустно улыбнулась. Об этом знаю я, и, как по мне, этого уже достаточно.
– Мак-Элиса схватили, сидит в камере. Казнь будет прилюдной, – продолжал посвящать меня в детали Орсо.
– Некоторые невесты решили уйти с отбора. Твои новые подруги, – с ноткой ревности произнес Орсо.
Я рассмеялась.
– Разве ты не сам хотел, чтобы мы подружились?
– Я хотел, чтобы ты обзавелась разносторонними знакомыми, – надул губы он. – Но не важно. Я рад, что у тебя теперь есть приятельницы. Испытание невест прошло неплохо. Советники знатно поразвлеклись за счет невест. Первое место теперь занимает Лаодика.
– Думаю, она будет хорошей королевой. – Я попыталась выдавить из себя улыбку.
– Рия, не будет лучшей королевы, чем ты.
– Мне неимоверно хочется прибить короля, – раздраженно выдохнула я. – Думаю, любая королева будет лучше меня.
Первые эмоции от произошедшего в каменной ловушке улеглись, и теперь я чувствовала злость. Я, в конце концов, не девушка из квартала Коралловой розы! Я леди. Причем не просто леди. Я пара этого индюка! Но в том, что мной смогли так воспользоваться, стоило винить только себя. И если уж быть совсем откровенной, лежать в своей кровати и гладить Рысю было многим лучше скорой смерти в каменной клетке. Поэтому сложно было винить Дариона в желании выбраться оттуда. Но со своим желанием вновь запустить в короля огненным шаром я ничего не могла поделать.
– Где Дарион?
– Должен быть в кабинете, – насторожившись, ответил Орсо. Видимо, решимость в моем взгляде его немного напугала.
– Он закончил с заговором?
– Не уверен, но он засадил в темницы всех, чьи имена они с Корбином знали.
Я кивнула и принялась одеваться в более подходящий наряд, чем банный халат.
– Что у вас произошло? – с подозрением спросил Орсо, тактично отворачиваясь.
– Ты же знаешь, что должно было произойти, раз мы смогли выбраться из ловушки. – Я дождалась кивка друга и добавила: – А я забыла. Вспомнила только после. И Дарион не потрудился напомнить мне об этом.
Рука Орсо, гладящая Рысю, замерла. И сам он замер. Вытянулся в струнку.
– И вы об этом не успели поговорить, потому что как только я стал чувствовать Дара, перенесся вместе с отрядом в пещеру. Ты сразу же отправилась в комнату заниматься самокопанием, а он пошел сажать преступников в темницу. – Орсо запустил руку в волосы и взвыл. – Вот дураки-то! А я думаю, чего ты чуть ли не вся в слезах сидишь, а братец сажает всех, кто косо на него посмотрел!
Орсо подскочил с кровати и суматошно забегал по комнате. Нашел мои чулки, верхнее платье, какие-то бусы со стола захватил и все это вручил мне.
– Одевайся, чего встала! К нему скоро советники придут докладывать об отборе. Вам бы до них переговорить.
Я послушно все надела, умолчав о том факте, что не собиралась разговаривать с Дарионом. Я собиралась прийти, запустить огненным шаром сначала в дверь, потом в самого Дариона, а затем с гордо поднятой головой уйти.
Но планы мои не сбылись, потому что в кабинете Дариона уже были советники. И говорили они об отборе.
– Я не буду жениться на девушке, которую выбрали вы, – произнес невозмутимо Дарион.
Сердце на миг замерло, а потом забилось часто-часто.
– Но, ваше величество! – Голоса советников невозмутимыми не были. – Она – самый подходящий вариант!
Я прерывисто выдохнула и сжала кулаки.
Они ведь говорят не обо мне. Не могут они говорить обо мне. И Дарион не мог бы… Одно дело выбраться из ловушки за счет моей невинности, но совсем другое – плюнуть и забыть об этом.
– Я пригласил вас, чтобы узнать, как продвигается отбор, а не выслушивать советы относительно подходящего варианта!
– Но, ваше величество, леди…
Дарион не дал договорить советникам. Беззубый аванк! Мне нужно было услышать имя. Казалось, что от этого зависит моя жизнь.
– Вот именно потому, что ваше, вы умолкнете, примете мой выбор, дадите мне бумаги и исчезнете с глаз долой.
– Вам следует…
– Да лучше бы вы касательно внутренней политики так настойчиво раздавали советы. В отборе я и без вас разберусь!
– Ваше величество, а как же моя дочь? – к моему удивлению, прозвучал голос отца. И голос этот был уставшим. Видимо, всем советникам надоело спорить с королем.
– Я уже все сказал! – Вот тут голос Дариона повысился.
А у меня все оборвалось внутри. Так это все-таки обо мне… И Дарион все-таки сделал это с нами. Я отшатнулась от двери, как от ядовитой.
Даже интересно, рассматривал ли он возможность женитьбы на мне когда-либо? Или эта возможность настолько его ужасала, что он предпочитал об этом не думать. Тогда какую роль он мне отводил? Не жены, но фаворитки? Потому что для королевы я недостаточно хороша.