Ловец магических животных

Вампиры презрительно фыркнули, а Фредо пообещал:
— Всё дно цветами устелю, только не рыдай!
— Я не из-за ящика, я за сестру волнуюсь, — поникла Зизи.
У фей не было гендерных различий: все феи были женского пола. Когда фея достигала взрослого возраста, ей достаточно было пожелать обзавестись потомством, чтобы родить себе доченьку. В эльфийской медицинской литературе такой феномен именовался партеногенезом, и он встречался у разных видов живых существ. Те же огненные саламандры при наступлении неблагоприятных природных условий, когда их виду начинало грозить вымирание, могли приносить потомство без помощи самцов. Фей мужского пола не существовало в принципе, как и союза брака в их роду, поэтому они особенно ценили своих близких: цементирующей основой их сообщества являлась любовь к детям и кровным родственникам, преданность друзьям. Для феи лучший друг значил больше, чем для многих женщин муж. Зизи зачислила в свои друзья Сета, и ловец давно признал, что легче смириться с этим обстоятельством, чем пытаться что-то изменить.
— Будем надеяться, с Ибби ничего страшного не случится, — успокоил Сет расстроенную кроху. — Ты же сама говорила: феи — опытные шпионки, твоя сестра работает в разведывательном отряде самого эльфийского Лорда.
— Да, она у меня очень хитрая и смелая! — похвасталась Зизи. — Лорд обещал повысить её до звания командира крылатого батальона, если она справится с миссией… э-эээ… с возложенной на неё миссией. Я не пошла на государственную службу, но зато я в семье самая красивая!
Зизи завертелась в отсветах костра, отвлекая слушателей от своей оговорки. Она чуть было не выдала военную тайну, доверенную ей сестрой!
Солнце село.
Сет сидел в походной палатке и при свете фениксов читал последний выпуск столичного медицинского журнала, а саламандра у его ног роняла слёзы над страницами перечитываемого романа. Повинуясь магическим нитям притягивающего амулета, слезинки сразу сливались в прозрачный флакон, предназначенный к продаже. Фредо штопал разорванный рукав своей куртки, а Зизи сидела на плече Сета, болтая ногами и бесконечно отвлекая его от чтения вопросами:
Почему он не продаёт слёзы фей (которые будут всяко дороже всех прочих слёз)? Как им спасать Ибби, если ту поймают враги? Что такое «инфильтрация» и зачем он читает такие скучные книжки с такими сложными словами? И чаще всего звучало: «Эй, ты меня слушаешь?»
— Тяжело быть другом феи, — тихонько выразил соболезнование своему наставнику Фредо, когда Зизи вылетела из палатки, чтобы принести в неё побольше цветов, которые и без того охапками лежали вдоль стен.
— Совсем не иметь друзей ещё тяжелее, — заверил Сет, захлопывая книгу.
Неожиданно сухой тон заставил Фредо с любопытством покоситься на наставника, но расспросы мальчик удержал при себе: очевидно, это тоже была тема, что портит нервную систему.
Фениксы выпорхнули из палатки, погрузив её в темноту: птицы предпочли переночевать в кроне дерева. Саламандра завалилась спать в центре разведённого Сетом костра, ещё ярко мерцающего язычками пламени в ночи. От соприкосновения с животным, переполненным магией огня, костёр заполыхал, словно в него плеснули самогона, и рептилия довольно заворочалась, зарываясь поглубже в горящие головёшки. Конь подступил поближе, грея бока в источаемом пламенем жаре, вампиры, напротив, злобно зашипели на огонь и туманом перелетели через пруд, запрятавшись в прохладе и сумраке кустов на противоположном илистом берегу. Зизи сладко спала в палатке, в цветочном ворохе, посапывая в унисон с Фредо, завернувшимся в стёганое одеяло.
Сет лежал без сна и обдумывал дальнейший маршрут. Очевидно было, что основная масса ловцов двинется к пологу со стороны Волшебного леса, по самой простой и близкой дороге. Через болотистые места у подножья Драконьих Гор пробраться сложнее, да и могучие рептилии, обитающие в горах, не слишком жалуют незнакомых человечков. Сет потёр бугристую кожу на подбородке — след давнего ожога — и продолжил размышлять, какой путь выбрать, чтобы гарантированно не столкнуться с коллегами — охотниками на магических зверей.
…
Тем же вечером главнокомандующий явился на доклад королю. Вайко нетерпеливым жестом оборвал длинную вступительную речь, сразу спросив о главном:
— Выяснили, кто в городской библиотеке прошлой ночью похозяйничал?
— Пока нет. Тот, кто уничтожил старинные эльфийские книги в общественной библиотеке, больше в ней не появлялся. Однако своевременно замеченная порча эльфийских книг в одном месте заставила нас предположить, что злоумышленник не ограничится одним хранилищем древних фолиантов. Поскольку единственное место в столице, где тоже хранятся книги ушастых, — королевская библиотека, мы сразу организовали в ней засаду. Наши артефакторы разместили по периметру магические ловушки, и те кого-то зафиксировали в помещении сегодня ночью! Тот, кто уничтожил часть фолиантов, таки явился, чтобы полностью завершить начатоё дело.
— Вы его поймали?! — привстал король, торжествующе присвистнув.
— Не совсем, — замялся главнокомандующий. — Наши артефакторы заблокировали магическую тварь в дальнем хранилище, но схватить её пока не представляется возможным. Видите ли, тварь обладает магией, она сделалась невидимой и может проскочить мимо наших сетей, если мы отключим ловушки, чтобы самим войти в хранилище.
Король нервно постучал пальцами по подлокотнику кресла и желчно процедил:
— Магические твари не могут питаться бумагой и воздухом, а ничего другого в библиотеке нет…
— Именно! Совершенно верно, ваше величество! — подобострастно поклонился главнокомандующий королевских войск. — Тварь изголодается, её магия ослабнет, она станет видимой и не сможет защищаться заклинаниями — тогда мы её и схватим!
— И узнаем, зачем она уничтожила старую писанину мерзких эльфов.
— Писанина действительно старая, нам невероятно повезло, что библиотекарю что-то понадобилось в той секции: обычно в неё месяцами никто не заглядывает. Согласно картотеке в той секции хранились описания флоры и фауны Запретных Земель, ничего важного.
— Верно: всё, что нам нужно знать для уничтожения тварей, мы выясним сами, опытным путём, — зловеще усмехнулся король. — Полукровка нам поможет: она же гений разрушительных зелий. Сколько ждать, пока запертая в хранилище тварь окончательно обессилит?
— Если она крупная, то дней десять, если мелкая — максимум семь. Ловец Хайдук дал такой расклад по вампирам и фениксам, а он второй ловец страны после Сейтана.
Вайко ухмыльнулся, развалясь в кресле:
— Сынок бывшего королевского секретаря быстро сообразил, с какой стороны у бутерброда масло, и правильно использовал свои обширные познания о животных всех мастей: из него вышел первоклассный ловец. Уж куда лучше, чем ветеринар!
Главнокомандующий поддержал веселье короля, ожидающего скорое получение ещё одного козыря в планируемой войне с магическими тварями. В клетках и охраняемых резервациях всех нелюдей держать надо, только так! Иначе они будут вечной угрозой человечеству!