Его проблема или Возврату не подлежит

— Слава! — схватив меня за подбородок он его сжал двумя пальцами. — Прекрати! Никто не смеет так говорить о тебе, даже ты сама, поняла? Прекрати винить себя. У меня уже есть сын. Больше детей я не хочу. Ясно? — спросил он.
— Хочу побыть одной. — говорю, вставая с его колен.
На этот раз Матвей не останавливал меня. Как же это сложно! Быть рядом с ним, любить его. Когда он не любит в ответ. Он не хочет детей? Но я хочу! Безумно хочу маленькую копию Матвея! Частичку себя и его!
Поднявшись наверх, осмотрела нашу с ним комнату. В этом доме у меня нет ничего своего. Все здесь принадлежит Матвею, как и я. Смешно до слез. Так стремилась быть независимой, а в результате что? Постоянно от кого-то завишу.
Уснула почти сразу, стоило прилечь на кровать. А утром меня ждала ужасная мигрень. Матвей разрешил остаться дома, сам же уехал на работу. Ночью он как обычно спал рядом, обнимал. Словно ничего не произошло.
Пролежав час в постели, в пустом доме, поняла что хочу уехать.
 
Глава 28
Долго не раздумывая, собралась, вызвала такси. И вот еду за город. Я не сбегаю. Нет. Просто хочу навестить своего старого друга. Думала позвонить ему. Но оператор предупредил что абонент не абонент и выходить со мной на связь не планирует. Вне зоны он. Но когда мне это мешало? Проблема. Заявлюсь без предупреждения.
Дед Федор служил еще вместе с моим дедом. Но в отличие от моего старика дослужился до майора и ушел в отставку. Долгое время работал на моего отца. Там то мы и познакомились. А сейчас, когда дед Федор вышел на пенсию, он перебрался в тихий городок возле реки, что достался ему от его матери. Он часто вспоминал и рассказывал как бывал там в детстве. Так что я заочно была знакома с этим местом. Сейчас же имею возможность познакомиться лицом к лицу.
На такси я доехала за два часа. Долго, но удивленный вид деда Федора того стоил. После первого удивления, он обнял, провел меня в дом, его крепость, как он с гордостью говорит, и напоил чаем. Домик представляет собой одноэтажное кирпичное строение с небольшим огородом и садом.
Живет дед Федор один и изысканной кухни от него ждать не стоит. Обычная полевая каша наше все. Она у него божественно получается.
— Бронька, вот это сюрприз устроила! — говорит дед с прищуром.
Я прячу взгляд.
— Что уже натворить успела?
— Дед Федь, ты ведь меня знаешь. — говорю ему с улыбкой, пытаясь все свести к шутке.
Но дед Федор меня действительно знает очень хорошо. Поэтому на мою ложь не повелся.
— Вот потому и спрашиваю.
— У меня всё хорошо. Лучше расскажи, как ты? — меняю тему. — Помнится мне, ты говорил что когда я приеду ты уже окольцован будешь. Где кольцо? Где молодая невеста?
— Умерла. — говорит дед.
Как то разом расхотелось шутить.
— Прости. Я не знала. Соболезную. — говорю, положив свою руку на его, с целью поддержать.
— Дура что ли? Любовь умерла. Оказалась прошмандовкой. Ушла к Михалычу. Он, видите ли моложе и у него трактор свой.
— Ну, трактор это конечно солидно. — киваю, делая вид, что поддерживаю ее выбор. — Но вообще, дура она. Ты дед ого го еще. Сам поле перелопатить можешь. А уха у тебя какая! М-м-м! Вкуснятина просто. Кстати, что насчет покушать?
— Подлиза. — говорит дед с улыбкой, но на лесть ведется. — Будет тебе уха. Но сперва ты мне расскажи. Что натворить успела? Кто-то обидел? Снова хахаль какой-то?
— Почему снова и причем здесь хахаль? — спрашиваю в ответ.
А про себя удивляюсь, это я такая предсказуемая, или просто дед меня знает как облупленную?
— Ты хоть мне не ври. — говорит дед. — Насмотрелся я на таких. А новость о сломанной судьбе сына мэра еще долго по городу бродила. Все списали на несчастный случай. Но мы то знаем кто приложил руку к его коленке.
Я грустно улыбнулась. Сейчас мне все это кажется таким далеким. Даже где-то невероятным. Тогда действительно я была?
— Дед, я влюбилась. — сдаюсь под натиском внимательных некогда светло-голубых, а сейчас почти серых, глаз.
— Да понял я. Беременна? — спрашивает серьезно. — Ты меня знаешь. Если обрюхатил и бросил, найду паршивца и заставлю жениться.
Дед Федор мне никто. У нас нет родственных связей. Но он ближе мне чем кто-либо. К нему я бежала с разодранной коленкой, с первой двойкой, после первого поцелуя с мальчиком. За последнее я жалела. Он с тем мальчиком беседу провел и парень после этого меня стал избегать. К чему я вела? Дед Федор мне как член семьи. После смерти моего родного деда он взял на себя его функции. Чувствовал вину за то что тот погиб, а он выжил. Я своего родного деда не помню. А дед Федор всегда был рядом. Да, мой супер носоломный удар — его наука. И сейчас, слушая как он распаляется и грозится найти того кто меня мог обидеть, я просто не могу слёз сдержать. Начинаю рыдать. Дед это видит, садится рядом со мной и обнимает. Успокаивает, гладит по голове. И я ему все рассказываю.
К концу своей речи начинаю подозревать что дед вспомнил свое прошлое, и подсыпал мне в чай сыворотку правды. Ну или он просто мастерски умеет добывать информацию. Разведчик ведь.
— Знаешь что, Бронька. — говорит он после моих признаний.
— Оставайся ты пока у меня. Свежий воздух, речка. Отдых тебе нужен. Достали и измотали они тебя. Бывший твой, теперь этот… Еще отец твой…
— Дед. — прерываю его, останавливая.
— Что дед? Поговорила бы ты с ним.
— У меня нет отца. — отстраняюсь от деда. — Он сам это сказал.
— Потому что ты дура сказала что у него нет дочери. Что? Думаешь я не в курсе вашего последнего разговора? Я все знаю. Вы же обое-рябое, гордые.
— Не сомневаюсь. — говорю тихо.
— Говоришь нет у тебя отца? А кто тогда дело с сынком мэра замял? Или думаешь никто тебя не искал, потому что испугались тебя?
— Мне все равно. — стою на своем.
— Ко мне тогда зачем приехала? Раз не за отца спросить? Что, все-таки пузатая?
— Нет. — качаю головой.
Никто из моей прошлой жизни не знает, что я не могу иметь детей. В этом не смогла признаться даже деду Федору.
— Да? — переспрашивает дед с недоверием. — Значит тебя от сытой жизни так поперло? Видно любит тебя твой мужик. Кормит, чтобы не увели?
— В смысле поперло? — посмотрела на свои бока. — Где?
— Где надо. — язвит дед. — Огурчики будешь?
— Какие? — спрашиваю.
Я не завтракала, и есть хочу. Чай с печеньками и кашка не очень то сытные блюда.
— Соленые. — дед прищурился.
— Нет, не хочу. — говорю. — Я уху хочу.
Уху я все-таки дождалась. Ароматы такие витали, что пока я дождалась свою миску, пол огорода залила слюнями. Зато дед на поливе сэкономит.