Антикварная лавка с секретом

 
Глава 73
Сердце непроизвольно забилось сильнее и к горлу подступила легкая тошнота.
— Я спасла тебя… Я правда…
— Мне не нужны оправдания! Что вы сделали?!
— Лия растила тебя одна. Вы жили при бродячем цирке. Я познакомилась с ней поближе, втерлась в доверие. Судьба Лайана Бенжамена сложилась не очень удачно. Его дети не смогли вернуться домой, потому что Абрил навесил на него воровство и растрату. Лия была вдовой и после смерти отца буквально выживала.
— Значит, несчастья преследовали и мою семью?
— Выходит, что да. Ты была младенцем и Лия не справлялась. Вы ютились в обшарпанном фургоне, продуваемом всеми ветрами, плохо питались. У бедняги почти пропало молоко. И я… я забрала тебя.
Я потеряла дар речи. Вот так вот просто забрала?
Белладонна отодвинулась от Агриппины и нахмурила брови.
— Ты могла помочь женщине, но красть ребенка! Агриппина, как ты посмела?!
— А что оставалось делать? Мне нечего было ей предложить. Деньги бы у нее отобрал директор цирка, а приютить ее у себя тоже не получалось. Мой зять Галар Порфир тогда был в немилости у Гуго Девятого. Поэтому решил перебраться в другой, очень удобный мир с технологиями и совсем без магии. И взял с собой Петю. Тогда-то меня и осенило последовать за ним вместе с девочкой. Владея магией, обустроиться в чужом мире очень легко. Изучить язык, обычаи. Я нашла тебе приемных родителей, пожилую бездетную чету. А дальше уже подстроила так, чтобы вы с Петей оказались в одном классе.
— Он подло приворожил меня!
— Я не просила Петера применять магию. Я надеялась, что вы влюбитесь в друг друга, поженитесь и возродите лавку. Дар останется в семье, у общих потомков Бенжаменов и Брассов. И удача вернется. Но Петя так пристрастился к новой жизни, к роскоши, набрал долгов. Галар, которому удалось, наконец, укрепиться при дворе молодого короля, обвинил во всем меня. Возможно, даже догадывался о твоем происхождении, не знаю. — Агриппина приложила руку к груди и ненадолго замолчала. — Если бы Гуго Десятый узнал о том, что я похитила и вывезла одаренного ребенка, меня бы судили. Пришлось скрываться.
Я хмыкнула — травить и кидаться вредоносными заклинаниями в Кабрии можно, а вот какие-то преступления все же наказуемы. Но это и понятно в условиях нехватки сильных магов и артефакторов.
— Ваш Петер и с Мануэлем Фогезом подружился, — злорадно проинформировала я Агриппину.
У той аж глаза округлились от удивления.
— Он жив?! И все еще охотится за печатью?
— Ага. Недавно мы с ним как раз сразились. Но сейчас меня интересует другое, дорогая Агриппина Николаевна. Где мне искать мать? — я крепилась, говорила резко, но у самой все внутренности сжимались в тугой жгут. А если Лия погибла?
Ноэль застыл у окна и не вмешивался. Я знала, что он утешит меня позже, но обязана была смело взглянуть в лицо прошлому.
— Думайте, Агриппина Николаевна. Должен существовать выход. Ведьма сможет отыскать ее по семейным вещам?
— Я увидела тебя тогда, потому что ты была носительницей дара. Но Лия пустышка. Ее не обнаружить таким способом.
— Вы могли защитить мою мать. Найти ей место у какой-нибудь вашей подруги. Предоставить убежище в этом доме. Вытащить из нищеты. Но вы ее бросили. Украли у нее дочь. Вы отвратительны мне.
— Я молю только об одной милости, Леночка. Позволь мне отправиться в царство Снежного короля к внуку. Он все, что у меня осталось.
Ноэль подошел к нам и помог Агриппине подняться с постели.
— Доставлю с ветерком, — глухо прошипел он.
Мы с Белладонной встретились взглядами.
— Я знала ее с детства, — вздохнула та. — Но, полагаю, отправить ее к Петеру, наилучшее решение.
 
На кухне Кло заканчивала мыть посуду.
— Бедолаги, — начала она, завидев меня. — А как малыш набросился на еду. Девочка правда держалась, но потом Вики уговорила ее поесть.
Я устало улыбнулась.
— Спят?
— Искупались и заснули. Я постелила чистое белье, и ночные рубашки Вики пришлись им впору.
— Надо будет купить детям новую одежду.
— Ой, девчонка Коррина очень гордая. Говорит, что благодеяний не желает. Отработает пропитание для себя и брата.
Значит, ее полное имя Коррина?
— Дай ей какое-нибудь несложное задание, чтобы успокоить. А они не рассказали, как попали к бабке Лиссе?
— Девочка отказалась рассказывать, — Фло поставила мне тарелку с пирогом, и я только сейчас поняла, как утомилась и как опустошена.
Я не знала тогда, что свежая молва о лавке, в которую так запросто заглядывает Снежный король, пронеслась над Зарром. Заглянула и в особняки знати, и в магазины торговцев, и в кварталы мастеровых, в хижины бедняков и рыбаков, живущих в речном районе. А оттуда полетела за пределы столицы, осев в одиноком монастыре Белых Голубок, на отшибе Королевского леса.
    
Глава 74
Дым стоял коромыслом. Подготовка к ярмарке — не шутки.
Кора настояла на том, чтобы я взяла ее с собой помогать Белладонне за прилавком. А следом за ней потянулся и братец Иво, который без сестры категорически не засыпал.
— Викиии! — мой голос, кажется, проник во все уголки дома. — Ты будешь заниматься детьми в поездке!
Они бегали в одних ночных рубашках, а парнишку, который уже пришел в себя, еле отловили, чтобы вымыть. Стоит ли говорить, что проказник Оливер тут же присоединился к новым друзьям. Он же и выведал их историю. Очень незамысловатую и грустную.
Кора и Иво были крестьянскими детьми-сиротами в царстве Снежного короля. Однажды неугомонный мальчишка убежал в лес, где и был схвачен ведьмой. А Кора согласилась отработать его спасение. Впрочем, и у собственной мачехи им жилось несладко. Вот так вот — сплошная сказка.
— В старых сундуках, возможно, завалялось что-нибудь детское, — дала совет Белладонна.
И то верно. Сундуков и тюков в доме было столько, что мы еще и не все открыли. Для разнообразия я задумала проверить каретный сарай. Там-то и нашелся небольшой ящичек с листами, вырванными из дневника Брасса, а также пожелтевшие письма и записи Агриппины.
Я не стала все это внимательно читать. Только бегло просмотрела. Ей и правда сильно не везло. И самым большим ударом оказалась сорванная много лет назад свадьба. Вот и происхождение ненужного приданого объяснилось. Второй раз Агриппина вышла замуж уже без любви.
Вернув бумаги обратно в ящичек, я оставила его в сарае. Последние дни все, связанное с прошлым Брассов и Бенжаменов, откликалось только саднящей болью в сердце.
Не вызывало сомнений, что нашу семью проклятие лавки не затронуло. Это Агриппине хотелось так думать, чтобы оправдать подлость. Погубили нас Брассы. Без всякого волшебства.