Антикварная лавка с секретом

Работница лавки?! А почему такая недовольная?
Женщина снова осклабилась, и я ее узнала. Похожая клыкастая особа красовалась на карте из колоды.
Бухгалтер! Очень, очень злой бухгалтер. И она совсем не рада, что ее призвали.
— Не обращай внимания, — тихо прошептала Белладонна. — Побесится и смирится.
— А чего беситься-то? — спросила я.
— Это Ария из семьи Кобр. Она — нагиня, — пояснила мне Вики, стараясь не глядеть на эту самую Арию. — Они отличаются дурным характером.
Какая прелестная коброчка. А что она забыла среди пустынных женщин?
Тем временем серебристый меч Кабана почернел, заискрился, и воин-скорпион со всего размаха выбил оружие из ослабевших пальцев противника, стукнув того затем рукоятью по лбу. А наглый хряк еще и пробежался по бедняге копытцами.
Трибуны заорали, а чокнутая бухгалтерша, подскочив на месте выдала весьма и весьма непечатную тираду.
— Я же на тебя ставила, ты недоделанный уродец! — было самым приличным, что я оттуда вынесла.
Агриппина Николаевна говорила, что не все работники лавки адекватны. Но меньше всего я ожидала этих качеств в счетоводе.
Но тут герольд объявил выступление Ноэля и Галара Порфира.
Ноэль подошел ко мне пружинящим шагом, посматривая плотоядно и исподлобья. Зрители зашептались, какие-то впечатлительные и невоспитанные личности с задних рядов разразились улюлюканьем.
Ну что тут скажешь — Ноэль в этот момент был красив. Немного диковатой красотой, но… выглядел эффектно, мерзавец.
Спохватившись, я сорвала с шеи жемчужно-серый шарф и повязала ему на руку.
— Я посвящаю эту битву тебе, прекрасная Линора, леди ди Коралл, — произнес он громко и четко. — Противник будет повержен в твою честь.
Затем он повернулся к старшему Порфиру, который как раз получил шарф от своей супруги, и напряженно замер в боевой стойке.
Ноэль издал гортанный клич и бросился на мага. Вокруг Скорпиона образовался щит, отразивший первую атаку противника. Земля, поднятая Галаром, полетела обратно, запорошив тому глаза. А Ноэль раскинул руки и преобразился в сгусток тьмы. Вокруг него завертелся песчаный вихрь…
Ну и шоу началось…
— Оливер, для рыцарей это ведь все игра? — спросила я кота. — В чем состоит их истинная магия?
— Они достают души, — философски заметил Оливер.
— И это все?
— Ха!
— Что ха?
— Они не любят об этом везде трепать, — неохотно протянул кот. — Ну ладно. Раз ты жена, то слушай. Они присваивают чужую магию, могут подселиться в разум врага или вообще захватить его тело, наслать безумие, спуститься в Тартар и вернуться. Темные смерчи, которые они показывают — пустяки. Они сами способны обращаться песчаными бурями и высушивать…
— Оливер, и как они умудрились проиграть королю Гуго?
— Линорочка, я делюсь с тобой тайной информацией. Между нами, белыми и пушистыми. Скорпионы стерли бы всю Кабрию и близлежащих соседей, если бы не съели друг друга, — мягкий голосок Оливера лился размеренно и успокаивающе. — А потом Дориан Шеварр сразился с Фогезом, вломился к тому в голову и внушил ему мысль уничтожить себя. Но Фогез перед смертью успел разбросать артефакты по миру. В тот же миг Шеварр, не выдержав столь мощной магической нагрузки, состарился на сотни лет, превратившись из цветущего молодого мужчины в старца. Но он все равно оставался одним из сильнейших магов, даже не имея зверя. К тому же впитал в себя силы Фогеза. Испуганные Скорпионы склонились перед Шеварром, признав магистром.
Воины на арене уже выхватили мечи. Ноэль двигался с необыкновенной скоростью, которую давало ему магическое оружие. Он легко скашивал шипастые стебли, лезшие из-под земли по воле Галара, и отражал броски.
Но бой был напряженный. Одна из колючих веток задела Ноэля, царапнув скулу. А следом Галар распылил споры, которые облаком повисли над Скорпионом. Тот ушел в сумрак и, вынырнув из него с другой стороны площадки, смел вредоносную отраву вихрем.
Споры полетели в сторону трибун, и мальчишки в ливреях королевского двора заметались, обезвреживая их огненными заклятиями.
— Дальше я знаю. Они принесли клятвы, — сказала я, а Ноэль воткнул лезвие меча в плечо неудачно поскользнувшегося Галара.
— До первой крови! — истошно завопил герольд, останавливая поединок.
К Галару метнулся оруженосец, а Ноэль, развернувшись, двинулся прямо ко мне.
Стремительно подошел, перегнулся через перила и, ухватив за затылок, впился жадным поцелуем в губы.
— Фу! — взмякнул Оливер и испарился.
А, это мы так изображаем влюбленную пару, — поняла я.
    
Глава 35
Меня никогда так не целовали! Даже сам же Ноэль.
Но сегодня он продемонстрировал высший пилотаж, от которого аж голова закружилась.
Рыцарь неохотно отстранился от меня и посмотрел в упор — в глазах его плясали хитрые бесы.
— После турнира и бала нам будет не до любовных утех, — издевательски повторила я его вчерашнюю шутку.
— Кто это сказал такую глупость? — притворно удивился он, приподнимая уголки губ в ленивой усмешке.
— Один, по-видимому, очень уставший Cкорпион.
— Боюсь, утомить меня не так легко, Линора, — это уже был неприкрытый намек.
— Я лично проверю твои слова, Ноэль, — улыбнулась я в ответ. Поцелуй определенно лишил меня последних остатков разума.
Интимно шептаться с мужем на публике было не очень прилично по меркам Кабрии, но молодоженам простительно немного забыться. Поэтому мы не торопились, всматриваясь в лица друг друга.
Ноэль схватил мою руку и дотронулся горячими губами до чувствительной кожи, как раз там, где темнела роза вписанная в круг.
Ну в самом-то деле! Всю жизнь провести с идиотом Петером, а тут шанс получить уникальный опыт. Как можно такое упустить…
Рыцарь развернулся и зашагал через арену к выходу, а у меня немножко подкосились ноги.
— Начни обмахиваться веером, — посоветовала Белладонна. — Прекрасно помогает в любой неудобной ситуации.
Песчаные дамочки зашептались, нарочито громко, чтобы и мы услышали:
— Как она заполучила ди Коралла?
— Эта холодная кабрийка и Ноэль?
Я усерднее замахала веером.
— Не туда смотришь, сладкая Линорочка, — шепнул мне прямо в ухо Оливер, снова возникший на плече. — Ты видела перекошенную физиономию Галара Порфира?
— Да ну его. Достали уже эти Порфиры.
— Рыцари Скорпионы практически непобедимы, но одно слабое место у них имеется. Их женщины, — протянул Оливер.