Антикварная лавка с секретом
Телега тем временем подъехала к дверям лавки, и Терр начал заносить покупки внутрь.
А мы топчемся на месте, продлевая мучения… Ему самому ничего не жмет там?
— На людях будем делать вид, что мы влюбленные молодожены, — заметил Ноэль. — Не стоит рисковать. Если Порфир устроит скандал и попросит подтверждения брака, король будет вынужден присоединиться к этому требованию. Вас все еще объединяет нить.
— Значит, я и правда, обряженная в цвета ди Кораллов, должна буду махать тебе с балкона платочком? — отшутилась я.
— Ты должна будешь повязать мне на руку свой шарф, — серьезным тоном заявил этот паразит, и крепко зажал зубами мочку моего уха.
Я ухнула и стукнула его локтем в живот, больно ударившись о стальные мышцы.
Что же это — Скорпион ревнует? Да не может такого быть! А как же воля вольная и свободная ратная жизнь?
Глава 28На следующий день произошло неожиданное — мы все-таки умудрились выкрасть Агриппину Николаевну. Решение было принято спонтанно, а операция проведена стремительно и филигранно.
Инициатором явилась феечка Жижи, поднявшая панику.
— Госпожа Агриппина чахнет в неволе, — сообщила она нам за чаем.
Ну что же. Мне все равно нужно о многом ее расспросить…
Оливер согласился за мзду, — в виде копченой рыбки — подсобить. То есть, провести отвлекающие маневры. Дальше Жижи проводила бы меня до «не пропускающих магию» покоев госпожи Агриппины. Саму компаньонку одну к старушке не пускали, но ключи имелись у кухарки, которая носила ей еду.
Я снова переоделась в мальчишку, а отвез нас кузен Жижи в собственной коляске. Оливер всю дорогу болтал, сдавая хозяина с потрохами. Оказывается, мой супруг обхаживал кухарку уже давно, целый месяц, как только заметил нездоровый интерес Петьки к лавке.
И вроде бы, какое мне до всего этого дело? Но почему-то сильно захотелось треснуть рыцаря по шее.
Кузен Жижи остановил коляску не доезжая улицы, где стоял особняк Порфиров, и мы прошлись до него пешком. Там Оливер повел меня за угол дома, а феечка вошла через парадный вход.
С задней стороны расположился уютный палисадник и красивая женщина в самом соку как раз кормила котов.
— Я привел мальчишку, Лионелла, — промурлыкал Оливер галантно. — Малец не ел уже три дня.
Я сразу приняла несчастный вид и начала чесать ухо. Надеюсь, не переиграла, но жалость на миловидном лице стряпухи вызвала. И кто только берет на кухню таких красоток?
Через минуту нас с Оливером уже провели в дом и Лионелла засуетилась, собирая нам еду.
— А где твой хозяин, милый Оливер? — прощебетала она нежно, доставая свежий хлеб.
— Бедняга хворает. Нога разболелась, — нагло соврал кот. — Как очухается, так сразу прискачет. Не делай такое зверское лицо, красавица моя сладкая, — шепнул он уже мне, — выглядит подозрительно.
С этими словами котяра, потягиваясь и ласкаясь, покрутился вокруг Лионеллы и как бы ненароком зацепил когтем связку ключей. Та совершенно беззвучно отцепилась от ее пояса и оказалась у меня в кармане. Вот тебе и магический зверь.
— Он каждый день о тебе вспоминает, называет отрадой сердца и мечтает о сладостных поцелуях, — продолжил плести кот.
А эта дурында развесила уши и даже не заметила, как я выскользнула за дверь.
Снаружи меня уже ждала Жижи и мы быстро побежали через весь дом к комнатам Агриппины Николаевны. Отперли запоры и вывели поникшую старушку под ручки.
— Леночка, ты пришла за мной, милая. Спасибо, — пролепетала она.
В гостиной мы, конечно же, натолкнулись на Галара Порфира, — не может же постоянно везти — а я только и успела вякнуть:
— Здравствуйте, Галар Иванович.
Агрипинна Николаевна показала зятю козу, и мы испарились в воздухе.
Материализовались уже в лавке, но без Агриппины Николаевны. И с ощущением, что нас крепко надули.
Как же так?! Я ведь собиралась расспросить ее о семье!
Но феечка Жижи только грустно пожала плечами.
Ноэль Шардон ди Коралл
Ноэль ощущал досаду. Что на него нашло?
Каштановые густые локоны, матовая кожа и манящие глаза с поволокой свели с ума его — опытного мужчину, знавшего множество искусных любовниц. В Красной Пустыне за его внимание бились красивейшие наложницы Кораллового Оазиса.
А эта бесовка… Такая нахальная, прямолинейная… Разве положено женщине быть настолько бесхитростной?
Он медленно вышел из реки и позволил холодной воде стечь с тела и с волос. Утер ладонью лицо, отряхнулся, и улыбнулся селянкам, которые с хихиканьем пробегали мимо.
Вороной равнодушно покосился на него, а Ноэль насухо вытеревшись грубым куском полотна, облачился в чистое белье и новый мундир.
Без освежающего купания в последнее время было не обойтись. Так допекла его эта колючка.
А если все-таки консуммировать брак?
Он вскочил на коня и пустил его рысцой по ароматному травяному покрову Кабрского леса.
Рискованно. Он слишком сильно желает Линору. Может не удержаться, и навредит ей.
С обычными женщинами он никогда не срывался, сохраняя в процессе ясную голову. А с ней…
Ноэль оглянулся, подумывая отыскать тех крестьянок. Он заметил, как лукаво блестели глаза у рыженькой. Подобные сигналы он всегда считывал безошибочно и в этом случае наверняка мог рассчитывать на приятные полчаса где-нибудь в тени деревьев.
Он даже уже почти развернул коня, но затем вспомнил, что Порфир может следить за ним. Если его обвинят в неверности, кострул сделает все, чтобы вернуть Линору.
Ноэль сжал зубы при мысли, что этот слизняк смеет претендовать на нее.
Он легко раздавил бы тому череп одним движением.
Демоны, это что, ревность?
И ведь удовлетвори он зов плоти, все бы сразу прошло. Он потерял бы интерес к Линоре. И после снятия метки продолжил жизнь. Продолжил так, как всегда мечтал.
Он перенесся мысленно в Шардон. Как наяву увидел его озера и бурные горные реки, подобные живому хрусталю. Изумрудные пастбища, суровые ущелья, заброшенные города канувших в небытие древних народов.
Воспоминания увлекли его и Ноэль не заметил, как доехал до лавки. Привычно попросил Фло (или Кло) принести ему еды во внутренний двор. Он все так же избегал ужинать с Линорой, ограничиваясь функциями соратника.
Хотя охранять ее ему нравилось.
После страстных минут на его плаще, в этом самом дворе, беречь ее стало так же естественно, как дышать.
Возможно, потому что она была такой хрупкой, нежной? Он сам не понимал и старался не задумываться.