Неприятности в старшей школе
Я зажмуриваюсь, а когда открываю глаза, вижу вспышку голубого света, прежде чем вокруг опускается тьма.
– Все в порядке, Рэй, – шепчет Виенна. – Просто немного кетаминчика. И он обещал, что не причинит тебе вреда.
* * *
– Она пошевелилась, добавить ей?
Я морщусь и медленно приоткрываю глаза. Спустя несколько секунд мне удается сфокусировать взгляд, и я вижу окно.
Я несколько раз моргаю, но это не особо помогает.
Голова начинает гудеть, и я на автомате пытаюсь поднести к глазам свою руку, но она мне не подчиняется.
Как раз в этот момент до меня доносится смех, и я, оглядываясь, замечаю седовласого мужчину, сидящего напротив меня. А сбоку от него – какое-то подобие степфордской жены [5]. Я моргаю и теперь вижу ее четче.
Служанка Коллинза?
Я пытаюсь наклонить голову и именно в этот момент наконец понимаю, что лежу, в то время как они сидят.
Я пытаюсь приподняться, но мои конечности не работают.
– Где я, черт подери? И кто вы, блин, такие?
Мужчина улыбается, и вокруг его глаз отчетливо проступают гусиные лапки, выдавая его солидный возраст.
– Ну и тебе здравствуй.
– Сэр, ввести ей еще?
Я бросаю взгляд через свое тело и замечаю человека, сидящего у моих ног, – еще одного мужчину.
– Я что, непонятно выразился? – строго спрашивает седовласый мужчина. – Я же сказал, только минимальную дозу, мне нужно, чтобы она говорила.
– Где я, мать вашу?! – кричу я, но слышу вместо возгласа лишь невнятное бормотание.
Он снова обращается к мужчине, не сводя с меня глаз:
– Продолжайте, доктор. – Он улыбается, складывая руки на колени перед собой. – Ты в салоне моего лимузина, конечно же. Такое себе клише, на мой взгляд, я предпочитаю «Таун Кар» [6], но для сегодняшнего приключения нам нужно было больше места.
Мужчина, которому уже, наверно, далеко за пятьдесят, наклоняется ближе.
– Ты знаешь, кто я?
– Кусок дерьма.
Он поднимает руки, словно соглашаясь.
– Меня зовут Донли Грейвен, а это гораздо менее эффектная и не имеющая ни важности, ни силы Эстелла Грейвен, – он указывает на женщину, что молча сидит рядом. Он откидывается на спинку сиденья и зажигает сигару, в то время как второй мужчина вытаскивает из моей руки иглу и садится.
– Служанка Коллинза, – хриплю я.
Донли кивает:
– Да, и его мать.
– Он получил меньше, чем заслужил.
Женщина молчит, а Донли издает смешок.
– Не сомневаюсь.
– Что вам… – Я сглатываю, пытаясь избавиться от сухости в горле. – Что вам от меня надо?
– Подтверждение, – безэмоционально отвечает он.
Худой человек у моих ног встает рядом со мной на колени, и я вижу, как он затягивает ленту на моей руке выше локтя и легко вводит иглу.
Я начинаю дышать быстрее при виде крови, стекающей по трубке.
– Без паники, – говорит мне Донли. – Всего лишь немного крови, Брейшо. Если то, что я слышал, правда, ты и сама будешь этому рада.
Я пристально наблюдаю за действиями мужчины.
– Какое подтверждение вам нужно? – спрашиваю я, зная, что он мне не ответит.
– Я должен сказать. – Я встречаюсь с ним глазами, услышав скрип кожи. Он придвигается ближе. – Ты достаточно красива. Изысканно красива, по правде говоря, хотя, кажется, ты и сама этого не знаешь. – Он понижает голос: – Может, в этом и есть разгадка, эм? Тихая красота, но настолько яркая, что сразу же подчиняет любую душу. Вот что здесь случилось, да? Все, кто тебя окружает, пали перед твоим шармом. – Он окидывает меня взглядом, и у меня внутри все сжимается. – Готов поспорить, она ненавидит тебя за это, за твою красоту… – он умолкает, и я хмурюсь. – Наверняка еще и говорила тебе всю твою жизнь, что все наоборот?
– Вы с ней знакомы.
Он снова игнорирует меня.
– Это и вправду печально, если учитывать, что тебя могли любить и трястись над тобой, каждый день напоминая о твоем совершенстве. Растить тебя, как принцессу, которой ты и должна была стать.
Я хмурюсь при виде увлеченности, с которой он это говорит.
– Скажи-ка мне, милая Рэйвен. Он уже сказал тебе? – он наклоняет голову. – Я имею в виду Ролланда.
Проклятье. Он знает.
– Прошлым вечером, – взгляд Донли тяжелеет. – Когда он вернулся домой, он сообщил тебе, что я собираюсь нанести тебе визит?
Я раскрываю рот, но не произношу ни слова, и он цокает, откидываясь назад.
– Печально, я же сказал ему, что нет смысла проявлять терпение.
Погодите. Что?
– Вы с ним говорили?
– Я с ним даже обедал. Перед тем как он вернулся домой.
Ролланд солгал.
– Скажи, ты девственница? – спрашивает Донли.
Я чувствую, как горлу подступает паника, но подавляю ее.
– Идите на хрен.
Он вздыхает и делает знак мужчине, сидящему у моих ног.
– Непокорная, как и она, – задумчиво произносит он.
Мужчина у моих ног опускается на пол. Встав на колени, он засовывает под меня свои руки и толкает, пока моя спина не касается ковра рядом с ним.
Я пытаюсь закричать, но получающийся у меня звук скорее похож на хриплый шепот, и я в ужасе наблюдаю, как этот человек расстегивает мои джинсы и тянет вниз, оголяя одну из моих ног. Потом он стаскивает с меня трусы.
– Не трогайте меня! – шиплю я, но он игнорирует меня и ставит мои стопы на пол так, чтобы колени торчали вверх. – Я не…
– Замолчи, – перебивает меня Донли. – У тебя был шанс.
Я стискиваю зубы.
Этот придурок считает меня тупой девчонкой, потому что застал меня врасплох – в первый и последний раз.
Мать Коллинза, Эстелла, отворачивается к окну, когда мои раздвинутые ноги оказываются прямо перед ней.
– Не сопротивляйся, и все будет быстро. – Донли поворачивается к Эстелле, которая, даже не глядя на него, передает ему напиток. – Доктор?
Я зажмуриваюсь, и мне кажется, что мои ресницы увлажняются во время осмотра, но я не чувствую ничего, кроме отвращения.
Плачут только слабаки.