Серый взгляд бога
Анджела зажмурилась и опустила голову. Тихо шелестел дождь за зашторенным окном.
– Анджела, – я примирительно поднял руки вверх, – я как раз и пытаюсь понять общую картину… И не обижайся, но ты не знаешь, что знаю я, а я не знаю, что выяснила ты. Вот это закономерное совпадение меня и обрадовало. Давай просто спокойно поговорим…
– Хорошо… – устало ответила она, допив залпом вино. – Да, все правильно… просто я даже тебе боюсь рассказать все… Ты же ведешь расследование не только в связи со мной? Ты же не позвонил уже отцу?
– Конечно нет, – ободряюще кивнул я, – мне казалось, сначала нужно все обсудить…
– Вот за что ты мне нравишься, – неожиданно улыбнулась она, – ты рассудительный…
– Стараюсь… – развел я руками.
– Так вот, слушай. – Я подлил ей вина в бокал, просто так требовал этикет, а не мое желание ее напоить. – Я очень дружила с тетей Элси, мы были с ней как подруги. Еще в детстве она играла со мной и много рассказывала интересных историй про загадочные арты Древних. Вот потому я и решила разобраться в этом деле. Да, она старше меня, но мы, правда, очень похожи…
– Ты сказала «дружила», – уточнил я, – но ведь Элизабет жива.
– Верно, – кивнула она, глядя в бокал, и меня это немного тревожило, – и я тоже жива… вопреки… Просто… я действительно не знаю, с чего начать, и хочу быть уверена, что ты не разболтаешь полиции Нью-Фауда лишнего… все очень сложно…
На ее глазах заблестели слезы.
– Анджела, – я взял ее ладонь в свою, – если бы мне не доверяли, никогда не поручили бы это дело. Мне приказано разобраться тут деликатно. Я открою некоторую секретную информацию для тебя: целью является прекращение секретных экспериментов с артефактами в госпитале фонда Шпигеля. Тебя непосредственно это не коснется.
Она бросила на меня пронзительный взгляд и промокнула свои прекрасные глаза тыльной стороной ладони.
– Да, я кое-что слышала об этом и поняла, что это ужасно. – Голос ее дрогнул. – И я, и тетя Элси имеем к этому непосредственное отношение.
– Я могу честно пообещать, что без острой необходимости не придам огласке ничего такого, что могло бы тебе навредить, – она не убирала руку из моей и смотрела на меня своими огромными сверкающими темно-зелеными зрачками, – да и задаток, полученный от твоего отца, я уже честно отработал.
Она помолчала, обдумывая мои слова, потом молча кивнула.
– Хорошо, – снова сказала она, – я попробую тебе поверить, так как выбор у меня невелик. Да и моя интуиция сиблинга подсказывает, что ты славный парень.
– Когда меня хвалят, я чувствую острый приступ паники, – сказал я, выпучив глаза, и Анджела наконец-то рассмеялась.
– В общем, Мозес Шпигель, отец тети Элси, научился оживлять мертвых…
Почти в этот момент, словно в дешевом фильме ужасов, сквозь занавески замерцала вспышка молнии, и раздался резкий раскат грома. Анджела покосилась на окно и зябко повела плечами. Камин весело потрескивал, и комната только начала прогреваться, и все же было понятно, что не от холода она озябла.
– Я недавно столкнулся с похожим случаем, когда человек умер, а потом неожиданно ожил… – сказал я, чтоб как-то продолжить беседу.
– И у него на виске был похожий шрам? – Анджела повернула лицо, указав на свою отметину.
– Да, – подтвердил я.
– Я была одной из первых. – Она снова смотрела вглубь бокала, слова явно давались ей с трудом. – Это было давно, кажется, вечность назад я попала в страшную аварию и очнулась только в госпитале фонда Шпигеля. Там мне в голову вставили какую-то уникальную железку Древних, и я выжила… Голова вот только после этого часто болеть стала, даже пирацетам не помогает…
– Ах, Анджела, – сочувственно ответил я, – даже не могу представить, каково это. Если тебе неприятен этот разговор, можем отложить его на потом…
– Нет, Заг, – она покачала головой, – это как поход к зубному врачу: чем дольше откладываешь, тем тягостнее становится. И поверь, это не вся боль, которая донимает меня. Я справлюсь – я сильная.
Снова в горах прогремел гром, и дождь продолжил укрывать наше убежище.
– Так вот, – продолжила Анджела, – это так, вводная часть. Потом закрутились всякие личные дрязги, которые я ненавижу!
Началось все с отца. Однажды я приехала с учебы немного раньше, потому что в академии отменили последнюю лекцию, заболел профессор истории. Джейкоба почему-то не было на месте, и я поднялась в отцовский пентхаус, где у него кабинет и приемная. Мне надо было с ним поговорить о моем переводе в «сталкер-команд».
Когда выходишь из лифта, налево приемная, а направо банкетный зал. В приемной тоже никого не было, да и дверь отец закрыть забыл, по крайней мере, до конца. Я подумала, он не занят, и уже пошла к двери, когда услышала голоса: один голос папин, а второй какой-то картавый, резковатый, я бы сказала, вычурный.
Приемная довольно большая, и я невольно притормозила по пути к кабинету, размышляя, помешаю я отцу или нет? Обычно, когда он ведет важные переговоры, он мне всегда сообщает заранее, он или Джейкоб, его помощник. Говорили они о чем-то странном для обычной деловой беседы. Картавый назвал отца почему-то Гюнтером…
Я вздрогнул и нахмурился, именно про некоего Гюнтера говорил мне перед смертью Капитан – Клаус Браун! И при этом, когда я упомянул Пакеду, даже бровью не повел, не так уж он был со мной искренен. Неужели Пакеда и есть Гюнтер?
– Отец сказал, – Анджела прикрыла веки, словно погрузившись в воспоминания, – что какое-то «возрождение» тормозит, так как не все ключевые фигуры соглашаются добровольно… Тогда голос ответил, что нужно сделать это руками каких-нибудь фанатиков: похитить, аккуратно все сделать и отпустить, это не привлечет внимания к эволюционерам.
Я замерла, как будто меня молнией ударило! Услышать столько сразу! Да причем про отца! Мне стало очень любопытно, кто же этот человек, с таким карикатурным голосом? У меня все бурлило внутри, ты просто не представляешь, Заг!
Я представлял, потому что нечто похожее сейчас происходило у меня внутри.
– Потом тот, другой, – продолжила Анджела, – сказал, что ему нужен последний объект у коридора Скорпиона. Иначе поле не будет работать… Отец сказал, что работает над этим, а тот перебил и напомнил отцу, чтобы тот не забывал, чем он ему обязан…
Она вздохнула.
– Короче, щель в двери была небольшая, и мне очень хотелось уйти, – Анджела закурила свой тонкий Tayerton, – а в этот момент отец сказал своему собеседнику, что он выбрал дурацкий псевдоним, про некоего «Зеро» уже болтают все до последнего гангстера. В этот момент я его увидела, точнее, его силуэт, так как у отца в кабинете огромное окно, и он сидел на его фоне. Особо много я не разобрала, но мне показалось, что железка в моей голове барахлит: в узкой щели за столом сидел невысокий полный человек в котелке… Но самое неприятное, что часть стола и окно позади немного просвечивали через его фигуру! Я не вру, Заг! Зодиаком клянусь! Я просто испугалась! Я тихо, стараясь не дышать, вернулась к лифту и спустилась на цыпочках по лестнице…